Вспоминаю - из давнего.
Ему не исполнилось даже двух месяцев.
Мать маленького Демушки ушла отводить двух старших дочек в детсад, оставив заснувшего малыша в квартире со спящим супругом. По пути обратно она зашла в магазин, потом еще куда-то, потом остановилась поболтать с соседкой. Когда женщина вернулась домой, и муж, и сын спали, она пошла на кухню, приготовила обед, потом постирала белье, и вдруг поняла, что ребенок долго не просыпается. Матери показалось, что Дема не дышит, и она в испуге кинулась в кроватке. Грудь малыша не вздымалась, и щечки на ощупь были уже холодными... Женщина упала на колени перед кроваткой и завыла, как раненый зверь. Проснулся пьяный муж, недовольно замычал... Испуганная соседка, пенсионерка Агния Дмитриевна, начала звонить в дверь и стучать в нее ногами. Она же и вызвала полицию, мол из соседней квартиры доносятся дикие крики, там точно кого-то yбивают! Надо добавить, что Агния Дмитриевна знала толк в yбийствах, она часто смотрела передачи Леонида Каневского, незабвенные "Улицы разбитых фонарей" и прочие детективные фильмы.
Через некоторое время в дежурную часть полиции позвонил сосед снизу, отсыпавшийся после ночной смены, и сообщил, что слышал звук падения и настолько страшный крик, что там, наверное, кого-то yбивают.
Тем временем Агнии Дмитриевне открыл дверь покачивающийся из стороны в сторону владелец квартиры, который даже не поинтересовался у жены, что случилось, и не успел он ничего сказать, как старушка лихим кавалерийским наскоком просочилась в комнату. Владелец неодобрительно крякнул и, не закрыв дверь, направился на кухню, где начал жадно пить холодную воду.
Из открытых дверей выскочила кошка Муська и задорно помчалась вниз по лестнице.
Тем временем сосед снизу решил проверить, что происходит в злополучной квартире и, вооружившись газовым ключом, направился вверх. Ему в ноги врезался испуганный комок меха, отскочил и скрылся где-то в подъезде. Тогда сосед окончательно уверился, что там что-то не то, перехватил ключ поудобнее и побежал вверх, перескакивая через ступеньку.
Его глазам предстала следующая картина: за настежь открытой дверью рыдали, обнявшись, две женщины.
Он вошел в квартиру и спросил:
- Что случилось?
Агния Дмитриевна выскочила из комнаты, начала было объяснять соседу, что у женщины yмер ребенок, но тот задал самый важный вопрос:
- Скорую вызывали?
Получив отрицательный ответ, мужчина вышел на лестничную площадку и позвонил в службу скорой помощи, кратко объяснив ситуацию. По лестнице уже грохотали берцами два "ппсника", один дюжий и могучий, второй несколько поменьше габаритами.
Скорая подлетела за семь минут, констатировала cмерть до приезда бригады, и врач скорой помощи в ходе осмотра громко уведомил полицейских, что на шее маленького Демьяна он увидел кровоподтеки и подозревает, что смерть была насильственной...
Ребята из патрульно-постовой службы заметили, что владелец квартиры тихо, чуть качаясь, продвигается к выходу, и блокировали его в кухне до выяснения обстоятельств. Сосед снизу стоял на лестничной клетке и уходить не собирался, он готов был дать показания. Агния Дмитриевна гладила по голове безутешную, доверчиво жмущуюся к ней мать Демушки и что-то ласково ворковала ей на ухо, давно забыв, что раньше она жаловалась другим бабулькам на то, что дети из сорок второй квартиры постоянно орут и мешают ей спать...
Наша группа собралась быстро - следователь приехал на своей машине, мне было недалеко идти пешком, сыщик и криминалист приехали из отдела на служебном УАЗике. Сыщик, увидев, что мать ребенка не может успокоиться, отправил Агнию Дмитриевну за пустырником и начал опрос с соседа снизу, потом, в ожидании действия препарата, опросил старушку, затем, пока мы проводили осмотр, мать малыша. Отец сидел на кухне.
В однокомнатной квартире было чисто, но тесно и совсем небогато. В комнате были стол, диван, кроватка малыша, двухъярусная детская кровать, комод, шкаф, телевизор. В кроватке лежало тельце маленького Демьяна, личико младенца было совсем белым, на лице и шее ярко выделялись кpовоподтеки. Кости были на ощупь целы. По характеру и расположению кpовоподтеков можно было предположить, что кто-то большой, сильный, одной рукой схватил малыша за шею, а второй рукой с силой накрывал его ротик...
Мы пошли на кухню. Следователь, невысокий молодой мужчина с умными грустными глазами, спросил у отца:
- Зачем вы yбили сына?
Пьяный, с трудом трезвеющий мужчина попытался было сказать, что ничего не помнит, но ему никто не верил.
И тогда из него полилось... И не любил он жену, и детей не хотел, и не нужны ему эти дети, и надоели вечные декреты и безденежье, и крик, и писк, и пеленки, и вечно кормящая или беременная жена... А тут вдруг выпил с друзьями, ночью пришел, спать завалился, голова пухнет, трещит, а дети проснулись, орут, кричат, в садик собираться не хотят... Наконец вышли на улицу, и тишина, будь она благословенна... Но не тут-то было, через полчаса заорал Демка. Громко, яростно, требовательно. Вставать не хотелось, но взял на руки, чтобы покачать, а ребенок завопил еще громче, и так этот звук пришелся болью по истерзанным нервам, что, казалось, сделал бы все, чтоб только он заткнулся...
Вот и заткнулся - навсегда...
- А что, ты не знал, что детей обратно не засунешь? Нарожал - корми, люби, это же твои дети, - спросил сыщик из-за моего плеча незнакомым, низким, будто ворчащим голосом.
- Знал. И жалею. И вообще о детях жалею, что наплодил, и о Демке, что yбил. Я не хотел... Вот сидеть теперь буду... - понуро ответил мужчина.
А на улице уже разворачивался и парковался наш верный УАЗка, готовясь везти задержанного в отдел.
И мы не знали, чем утешить потерявшую ребенка мать... Она сидела на стуле рядом с кроваткой Демушки, гладила его по щечке, yбитая горем, встрепанная, несчастная, рядом суетилась соседка Агния Дмитриевна.
Но вдруг открылась дверь, и на пороге появился сосед снизу. В руках он держал беглую Муську, о которой в суматохе никто и не вспомнил. Он подошел к безутешной женщине, вручил ей кошку и сказал:
- Вот... чуть на улицу не выскочила...
И ретировался.
Нам было спокойнее оставлять женщину среди неравнодушных людей. И мучил вопрос - зачем подобные люди создают семьи? Чем провинился перед отцом маленький Демьян? Только тем, что он хотел есть?
И на душе был неприятный горький осадок.