Все хорошие книги сходны в одном: когда вы дочитаете до конца, вам кажется, что все это случилось с вами, и так оно навсегда при вас и останется.
Эрнест Хемингуэй
Кажется, именно эта книга наиболее ярко и контрастно выделяется на фоне цитаты Хемингуэя. Если цитата Эрнеста Хемингуэя о том, что книги – это неизбежная и важная составляющая часть нашей жизни, нашего бытия, то в антиутопии Брэдбери книги и жизнь, книгу и человека социум пытается разделить и создать мир, в котором воображению и свободе места нет.
Несмотря на то, что книга «451 по Фаренгейту» была создана 70 лет назад и описывает будущее Америки, невозможно не задаваться вопросом - насколько то, что происходит на ее страницах похоже на то, что происходящее в наши дни.
Сожжение книг – действо отнюдь не новое в истории человечества. 221 г. до н.э. «библиоклазм» устроил китайский император Цинь Ши Хуан, заодно с сожжениями книг закопал заживо их авторов. Католическая церковь в Средние века регулярно практиковала сжигания священных книг других религий. Знаменитый философ Савонаролла, практически уничтоживший все достижения просвещения во Флоренции, практиковал «костер тщеславия», сжигая светские книги. Одна из известнейших акций массового сожжения книг состоялась в 1933 году в нацистской Германии. Современная история тоже знает случаи сожжения книг, пусть и не столь массовые. В США показательно сжигали книги Джоан Роулинг, в России – неугодную богословскую литературу, в Швеции – коран.
Собственно, к написанию романа Бредбери подтолкнули увиденные кадры немецкой хроники сожжения книг. Он воспринял это как личную трагедию. Сам роман родился среди книг в буквальном смысле – он был написан в подвале публичной библиотеки Лос-Анжелеса на арендованной пишущей машинке за 9 дней и 9 долларов.
Действие романа происходит в Америке будущего, общество которой живет без сильных эмоциональных потрясений, потребляя развлекательный телевизионный контент, интеллектуально и эмоционально деградируя, ведь такими людьми проще управлять, манипулировать. У них нет стремлений, нет желаний достичь большего, выделяться, творить. Да и откуда этому взяться, когда все одинаковые: «ни лучше, не хуже», «ни умнее, ни глупее», мыслят шаблонно. Такому обществу не нужны традиции, наследие, корни и воображение, потому что воображение – это свобода. Беспросветная картина постиндустирального общества, в котором безжалостно уничтожаются книги, а их хранение преследуется по закону. Телевидение успешно зомбирует, а для тех, кто не согласен, существует карательная психиатрия.
451 – температура, при которой горит бумага. Но, как известно, рукописи не горят. Главный герой романа Брэдбери доказывает нам это, как и Воланд в романе «Мастер и Маргарита» - Гай начинает заучивать книги наизусть. Аллюзия и намек на то, что книга внутри человека, как и человек внутри книги – единый образ, единой существо. К тому же весьма могущественные. Одна из основных идей романа о том, что книгу и человека невозможно разделить. Эта мысль многогранна: книга появляется на свет благодаря человеку, силе его интеллекта, таланту, творческому началу, образованию, воображению, свободному духу. Книга живет благодаря человеку – читателю. Именно он проживает и переосмысливает написанное, вплетая опыт в канву своего бытия, вырываясь из серости будней. Книга воздействует на эмоциональную и рациональную часть нашей личности. Она словно нить Ариадны, соединяющая прошлое и будущее в душах человеческих. Влияя на одного человека, книга неизбежно трансформирует общество. Как никогда ярко эту мысль подтвердил феномен «самиздата» в Советском Союзе. Книги не сжигались, но были запрещены к публикации, чтению и хранению (удивительно, как реальная жизнь совпадает с придуманной в романе). Но книги не умирали – их переписывали, передавали из рук в руки, читали, учили наизусть. Книги жили в людях и благодаря людям, и те ростки мыслей и идей, которые были посеяны ими, проросли и окрепли, изменив общество не насилием, но через эмоции и резонанс глубинным ценностям.
В романе есть эпизод, в котором Гай Монтэг, приезжая на очередной вызов, был потрясен поступком пожилой женщины, в дом которой они приехали. Впечатлило его то, что хозяйка дома не захотела оставлять книги и сгорела вместе с ними. Позже Гай поделился с женой своими размышлениями о том, что в книгах, по всей видимости, есть что-то важное, раз женщина не решилась их оставить даже перед лицом смерти. Этот эпизод очень ярко подчеркивает мысль о единении человека и книги.
Книги никогда не бывают однозначными. За рядами букв и между строк мы всегда видим, читаем и понимаем больше, чем автор выражает словами. Отдельное удовольствие – музыка слов, языковые сочетания и лексемы, которые имеют большое значение для нас как носителей культуры и философии. Язык с моей точки зрения – это одно из ярких проявлений ментальности и культуры.
Язык в своем метафоричности отражают глубинные ценности человека. Книга становится любимой не только благодаря сюжету, сколько благодаря тому, как она резонирует нашим глубинным ценностям. Несмотря на достаточно ограниченное число этих ценностей – любовь, свобода, семья, самореализация - они понятны каждому из нас, и мы откликаемся на них не интеллектом, но где- то гораздо глубже.
Книги – это всегда про индивидуальное познание мира. В романе Брэдбери отрицается всяческая индивидуальность – она выжигается обществом, оставляя массовость («массовая культура потребления), и в этом есть схожесть с другой антиутопией «Мы» Замятина.
Книга в романе «451 по Фаренгейту» является еще и символом отрицаемого прошлого. Человек без корней слаб, им легко управлять. Мотивы, созвучные антиутопии Оруэлла «1984» - в зависимости от положения дел в настоящем, постоянно изменяемые сведения о прошлом позволяют властям влиять на сознания людей, манипулируя ими.
Цитата Хемингуэя и произведение Рея Брэдбери схожи в том, что книга – образ вещественный. Книга больше, чем просто ее содержание. Книга сама по себе имеет значение – она тактильна, ее можно потрогать, ощутить вес, у нее есть запах. В этом тоже есть определенный дуализм – саму книгу можно сжечь, но ее содержание будет живо. Мысль Хемингуя и Брэдбери переплетаются – книга останется жить, потому что, прочитав, мы ее приняли, разделили эмоционально, впитали, сделали частью себя. а можно, как герой Брэдбери, выучить ее наизусть и передавать дальше. Происходит взаимное обогащение, «просто» выучить текст невозможно, его смысл неизбежно трансформирует наше сознание и восприятие. Законы антропологии говорят нам о том, что своим наблюдением ученый меняет наблюдаемое общество. Так и книга изменяет нас: в нашем сознании остаются не только строки. Само содержание меняет наше «я».
Без книг существование человечества невозможно – так часто трактуют концовку романа «451 по Фаренгейту», где война, а не огонь уничтожает город главного героя. Книги хороши, когда после прочтения они навсегда остаются с нами – и не только в виде цитат. Книги остаются с нами как часть нашего обновленного сознания, помогая нам развиваться – интеллектуально, и духовно, соединяя опыт, культуру и традиции наших предков с тем, что мы создаем в будущем, улучшая и преобразуя этот опыт и ценности. Без книг человечество невозможно. Самое трепетное подтверждение этому книга Виктора Франкла «Скажи жизни «Да» - о том, как внутренние книги помогали людям выжить в чудовищных условиях.
В завершении хочется поделиться мыслью, которая есть и в цитате Эрнеста Хемингуэя, и в романе Рея Брэдбери, Михаила Булгакова и книге Виктора Франкла. Книги дают свободу - жить, мыслить и делать осознанный нравственный выбор даже в тяжелых внешних обстоятельствах.
Екатерина Семенова