Свет погас, а когда вернулся, Артём обнаружил, что стоит не в лаборатории, а в пространстве, лишённом границ. Вокруг — лишь мерцающие нити, протянувшиеся во все стороны, как кровеносная система гигантского организма. В местах их пересечения пульсировали точки света: одни — тусклые, другие — яркие, как звёзды. — Это… сеть? — прошептал он. «Не просто сеть. Это карта сознаний», — прозвучал голос Елены. Её образ возник из света, но теперь он казался цельнее, чем прежде. — «Каждый узел — человек. Каждая нить — связь. Ты видишь то, что обычно скрыто». Артём протянул руку. Одна из нитей коснулась его пальцев — и в голове вспыхнули образы: — Я чувствую их… — он отдёрнул руку. — Это слишком. «Это реальность. Ты — мост, а значит, должен научиться держать равновесие». В лаборатории Кирилл и Лаптев пытались восстановить контроль над системами. Мониторы показывали хаос: данные текли без логики, словно река, вышедшая из берегов. — Он там, — Кирилл указал на главный экран, где пульсировал узор из ни