В сияющем городе Хотвилс-Сити, где дороги были виражами из радуги, а здания похожи на гигантские конструкторы, жизнь кипела день и ночь.
Это был город машинок, где каждый день проходили невероятные гонки.
По улицам, сверкая на солнце, мчались самые разные жители. Вот летела Искорка — маленькая, юркая розовая машинка с фиолетовыми молниями на боках. Рядом с ней не отставал Вжик — ярко-желтый спорткар с огромными добрыми фарами-глазами и улыбкой до зеркал.
А по вечерам все собирались на главной площади, чтобы послушать истории старого Вольта, синего седана с мудрой улыбкой и потрескавшимся от времени капотом.
Но был в городе один гонщик, которого все побаивались и обходили стороной.
Его звали Гром. Это был большой, мощный внедорожник матово-черного цвета. Его решетка радиатора была похожа на нахмуренный рот, а фары-глаза смотрели на всех с презрением. Он никогда не уступал дорогу, подрезал на виражах и, проезжая мимо луж, специально обливал всех брызгами.
«Фу, какой неприятный грубиян!» — шептались машинки, отряхиваясь.
«Он думает,он тут самый крутой только потому, что у него полный привод?» — ворчал Вжик, вытирая грязью запачканное зеркало.
Гром слышал это.
И от этих слов его мотор начинал реветь еще громче, а внутри будто что-то сжималось и неприятно ныло.
Он уезжал на самую высокую горку в городе, откуда открывался вид на весь сияющий Хотвилс-Сити, и смотрел вниз. Там, внизу, машинки весело болтали, смеялись и устраивали совместные покатушки.
А он был один.
Правда была в том, что Гром отчаянно хотел внимания. Ему не хватало друзей.
Но он считал, что показывать свою уязвимость — это признак слабости. Как подъехать и сказать: «Эй, я тоже хочу с вами играть»? Нет, это для слабаков!
Лучше уж он будет сильным и грозным, и тогда его точно заметят. Но выходило наоборот.
Однажды в городе объявили о Больших Гонках. Маршрут был невероятным: он пролегал через Оранжевую петлю-мертвую петлю, проносился над Прыгучими трамплинами в Заоблачном районе и заканчивался на сверкающем пьедестале в самом центре города.
Все машинки пришли в возбуждение.
«Я буду участвовать!» — просигналила Искорка.
«И я! Это будет супер-пупер-заезд!» — прокричал Вжик.
На стартовую линию выстроились самые быстрые и смелые.
И, конечно, Гром.
Он занял место в первом ряду, рыча мотором, пытаясь напугать соседей.
Сигнал — и гонка началась! Десятки разноцветных молний рванули вперед.
Искорка, как заправская спортсменка, юрко лавировала между соперниками.
Вжик летел, распространяя вокруг себя радостное настроение. А Гром, не думая ни о ком, мчался, как таран, отталкивая всех на своем пути.
Вот и первое препятствие — Оранжевая петля.
Машинки, набрав скорость, смело взмывали вверх и, перевернувшись в воздухе, благополучно приземлялись.
Гром влетел в петлю с такой яростью, что чуть не сбил с траектории маленькую Искорку. Все ахнули, но она, проявив недюжинное мастерство, удержалась на дороге.
Дальше были Прыгучие трамплины.
Это было зрелище!
Машинки одна за другой взлетали в небо, раскрашивая его в свои цвета.
Вжик, прыгнув, выписал в воздухе восьмерку.
Искорка перевернулась три раза, сверкая розовой краской. А Гром, желая прыгнуть выше всех, с такой силой ударил колесами о трамплин, что пролетел огромное расстояние, но приземлился слишком жестко. Раздался неприятный хруст. Одно из его задних колес заклинило.
Он попытался ехать дальше, но мог только беспомощно крутиться на месте, издавая жалкий скрежет. Другие машинки, пролетая мимо, бросали на него взгляды. Кто-то злорадствовал: «Ну что, Гром, не такой уж ты и крутой?»
Гром замолк.
Внутри у него все перевернулось. Ему было так стыдно, одиноко и больно, что он просто хотел провалиться сквозь землю. Он проиграл. И теперь он остался совсем один.
Но тут к нему подкатила Искорка. Она уже прошла трассу и могла бы мчаться к финишу, но остановилась.
«Ты в порядке?»— спросила она, ее фары-глаза светились с искренним беспокойством.
Затем подъехал Вжик. «Ой-ой-ой! Похоже, тебе нужна помощь!»
И даже старый Вольт не спеша подкатил к месту происшествия.
Гром был ошеломлен. Почему они помогают ему? Он же был с ними так груб!
«У...уууезжайте! — просигналил он, пытаясь казаться злым, но в его гудке слышалась дрожь. — Я не нуждаюсь в вашей жалости!»
Мудрый Вольт мягко улыбнулся своей решеткой радиатора. «Сынок, это не жалость. Это то, что делают друзья. Они помогают друг другу, даже если тот, кому нужна помощь, вел себя как... ну, как колючий кактус на дороге».
«Но... но я был груб с вами. Я всех задевал», — тихо прошелестел мотор Грома.
«А почему?»— прямо спросила Искорка.
И тут в Громе что-то надломилось. Он не смог больше носить свою черную матовую броню.
«ПОТОМУ ЧТО МНЕ БЫЛО ОДИНОКО!» — выдохнул он, и из-под его капота вырвалось маленькое облачко пара, похожее на вздох. «Я думал, если я буду самым грозным и сильным, вы все будете со мной дружить. А вы... вы меня боялись и избегали».
Вжик весело подмигнул фарами. «Дружить — это же не страшно! Надо просто подъехать и сказать: «Привет, я Гром, давайте кататься вместе!»
Все машинки дружно принялись помогать Грому.
Вжик нашел подходящую гаечку, Искорка ловко подкрутила ее, а Вольт подсказал, как лучше починить колесо. Через несколько минут Гром снова был на ходу.
Он не мог поверить в происходящее. Внутри него распускалось теплое, светлое чувство, которого он никогда раньше не знал.
Это была дружба.
Гонка, конечно, была проиграна. Приз зрительских симпатий одержала маленькая, но проворная Искорка.
Когда она поднималась на пьедестал, все машинки аплодировали ей.
И самыми громкими были гудки Грома.
С того дня Хотвилс-Сити изменился.
В нем появилась новая, очень заметная машинка. Теперь Гром был не матово-черным, а сиял, как отполированный агат.
Его «нахмуренная» решетка радиатора теперь казалась просто сосредоточенной, а фары-глаза светились спокойным, добрым светом. Он больше никого не подрезал и не обливал.
Напротив, он теперь помогал новичкам освоиться на сложных трассах, учил их правильно проходить трамплины и всегда уступал дорогу тем, кто был меньше и слабее.
Он понял, что быть сильным — это не значит всех толкать.
Быть сильным — это значит иметь смелость показать свои настоящие чувства, сказать «мне грустно» или «я хочу с тобой дружить».
И что самое удивительное, когда он перестал кричать и грубить, весь город наконец-то услышал его по-настоящему.
А по вечерам самая веселая компания в Хотвилс-Сити — Искорка, Вжик, мудрый Вольт и большой, добрый Гром — собиралась на самой высокой горке, чтобы вместе смотреть, как заходит солнце, окрашивая их прекрасный город в золотые и розовые тона.
И Гром знал, что он больше никогда не будет одинок.
Ведь у него теперь были друзья.