Путь к месту за столом переговоров лежит через конфискацию активов

Путь к месту за столом переговоров лежит через конфискацию активов?

#ес #россияvsукраина

После новых мирных инициатив американского президента Дональда Трампа в отношении российско-украинского конфликта, в ЕС вновь резко активизировалась тема использования российских замороженных активов для финансирования Украины.

Дело в том, что согласно плану Трампа [исходя из весьма правдоподобных публикаций в СМИ], €100 млрд. [~ 70%] из этих активов должны быть переданы в американо-российский инвестиционный фонд по восстановлению Украины, в котором прибыль будет делиться 50:50.

Президент Франции Эммануэль Макрон в эфире французского радио RTL заявил: «Европейцы — единственные, кто может решить, что делать с замороженными российскими активами, которые находятся в европейском владении».

Отметим, что даже с формальной точки зрения Макрон категорически не прав: замороженные активы находятся на счетах частной компании – депозитария Euroclear, который, в свою очередь, находится в юрисдикции Бельгии.

Немного позже Макрон заявил, что Франция вместе с другими странами ЕС завершает работу над механизмом финансовой поддержки Украины, при этом речь идет именно о задействовании замороженных российских активов.

В роли человека, рискнувшего бесстрашно резануть евросоюзовскую правду-матку, выступил глава литовского МИД Кястутис Будрис, который в интервью Bloomberg TV заявил, что ЕС должен срочно принять меры в отношении замороженных российских активов, чтобы … получить место за столом переговоров по Украине.

Он сказал, что роль замороженных активов ЦБ РФ в текущих переговорах показывает, что они являются важным компонентом для достижения мирного соглашения. Он призвал союзников по ЕС достичь договоренностей о том, как использовать эти средства.

ЦИТАТА “Сейчас самое время принять решение. Давайте действовать. В противном случае Европа упустит возможность сыграть важную роль (...)

Первоочередной задачей для Европы является участие в переговорах… Мы должны получить право на участие в переговорах. Мы должны получить рычаги влияния. Две вещи, которые обеспечивают доступ к переговорам — это замороженные активы, во-первых, и, во-вторых, ЕС для Украины. Это обеспечит нечто заслуживающее доверия”.

Конечно же, президент Франции не мог себе позволить признать, что конфискация [в том или ином виде] российских замороженных активов – шанс Европы “вскочить в последний вагон” переговорного поезда. Но глава дипломатии маленькой, но гордой Литвы “выдал базу”.

Впрочем, министр обороны и внешней торговли Бельгии Тео Франкен по итогам своего визита в Италию написал в соцсети X: “Мое послание: Бельгия не будет их [российские активы] изымать и передавать Украине без европейских гарантий защиты от судебных исков и обязательств по возврату средств. Мы продолжаем поддерживать Украину, но не отступим в этом вопросе. Слишком много подводных камней. Теперь это понимают и в Италии”.

Ту же проблему, но с другой стороны, осветил премьер-министр Венгрии Виктор Орбан. Он “на удаленке” участвовал в саммите ЕС – Африка в Луанде, который плавно перетек с неформальную встречу лидеров ЕС для обсуждения ситуации, возникшей после трамповских мирных инициатив.

По итогам встречи Орбан заявил: “После сегодняшней видеоконференции я могу сказать точно одно. Евросоюз хочет продолжать войну, но у него нет ни копейки на поставку Украине военной техники, ни копейки на финансирование функционирования операций Украины, и ни малейшего представления о том, как получить эти деньги”.