Саун, спа, терм и прочих красивых синонимов бань в Москве под две сотни. Все стремятся уйти от скучного предназначения помывочной. Предложить гостям не гигиену, а развлечение: вот тебе несколько видов парных, бассейн, джакузи, там массаж, а здесь бар с яркими коктейлями. Оно и понятно: с горячей водой и ванными комнатами нынче проблем нет. А на стремлении москвича к досугу можно заработать.
Сандуны, Ржевские, Краснопресненские бани построены еще в царское время. До сих пор работают, пережив не один ремонт. Есть Варшавские и Воронцовские (обе 1938 г.), Покровские (1930 г.) и Усачевские (1934 г.). Выгодно расположены, сделали богатый ремонт - и выглядят как лощеные новоделы.
Измайловские бани играют в другой лиге. Они мелькают в подборках вроде «ностальгические места Москвы для тоскующих по Союзу». Что-то между блинной на Таганке, кинотеатром «Иллюзион», Преображенским рынком и Дворцом пионеров на Воробьевых.
НЕ ГОСТЬ, А ТРУДОВАЯ ЕДИНИЦА
Хмурый вторник, два часа дня. К бане в сердце Измайлова гуськом идут мужики: у каждого под мышкой выцветший пакет, из которого проглядывают веники.
Баня уникальна тем, что разместили ее в специально выстроенной нежилой сталинке. Открылась в 1953 году. Тогда кварталы вдоль улицы Первомайская начинали застраивать пятиэтажками. В новостройках тех лет горячей воды не было. А в окрестностях оставалось еще много бараков и частных домов. Так что баня была естественной частью инфраструктуры района.
За парадным фасадом гостя встречают коридорные потемки. Свет горит лишь за кассовым окошком: выглядит максимально кондово. За два часа в общем отделении отдаю 1400 рублей. Есть льготное время для пенсионеров - за 800 руб., но только до двух часов дня.
Вижу, как кассир ставит черточку-зарубку на листочке. Интересуюсь, что сие значит.
- Место на сеансе ограничено, - объясняет женщина.
Благодаря ее тону я сразу понял, что значила фраза в одном из отзывов: «бани сохранили строгое отношение к посетителям как к трудовым единицам, коим должно мыться и париться по расписанию».
ЗАРИСОВКИ С НАТУРЫ
Последний раз ремонт в этой бане делали в начале тысячелетия. По меркам ценителей старины - еще не антиквариат, но уже винтаж. До ремонта интерьер был утилитарный, а после заиграл эклектикой. На стенах и потолке - мозаика. В коридоре можно посидеть на лавках, которые хорошо смотрелись бы в дореволюционном салоне.
Прохожу на второй этаж. Дверь сразу за обеденным залом и баром тут же переносит «трудовую единицу» в банную версию картин Боттичелли, Рубенса (кто там еще любил нагих рисовать?). Прикрывать срам не принято ни купальными плавками, ни полотенцем.
Как таковой раздевалки нет. При входе меня ловит единственный одетый - администратор.
- Куда же тебя посадить? О, вот сюда падай, - указывает мужик мне место в одной из кабинок со столиком.
Вдоль лавки распиханы несколько портков, полотенец, сапог, сланцев, контейнеров с едой, студеные бутылки с пенным…
Соседний зал - помывочная. Тут все как на черно-белых снимках репортеров, которым довелось запечатлеть для истории общественную советскую баню. Ряды тазов на скамейках (правда, пластиковых, а не металлических - их называли шайками), краны (видно, что сохранились с открытия), крючки, приколоченные к мебельной доске. Без нового шика тоже не обошлось: потолок в мозаике под гжель.
И ТУТ РАЗДАЛСЯ КРИК
- Ба-а-аня! Па-а-ариться! - трижды проревел голос за спиной. Оказалось, бодрый возглас - что-то вроде местной традиции. Кричать так будут и другие во время сеанса.
Парная быстро забивается мужиками. Средний возраст посетителей - 60 - 70 лет. Народ интересный: есть богатырского склада (но пузатые), есть суховатые дедки. Один был с бородой Льва Толстого, а шапочка - будто монашеская скуфья. В процессе парения он частенько кричал:
- Добрый пар! У-у-у, добре!
Парильщиков, как в модных термах, тут нет. Народ все делает сам - коллегиальным решением и инициативой. Поддают воды в жерло печи (меня старались уверить, что печь та самая - с середины прошлого века, во что легко веришь с учетом ее неказистости), берут черенок швабры, наматывают полотенце и разгоняют жар.
Местная культура обращения - материал для лингвистических изысканий. Если человека просят сделать что-то для бани, то обращаются уменьшительно-ласкательным именем: «Виталик, принес полынь с дачи? Давай заваривай».
За мной, как за неофитом, закрепилось обращение «млад-чек» - молодой человек. Имя себе нужно заслужить. И на том спасибо. Потому что если кто, упаси боже, делает что не так, его за глаза нарекают мужским половым органом в неприличной формулировке: «Этот *** баню залил!», «Что за *** дверь неплотно закрыл?» Меткое прозвище с учетом специфики местных облачений.
В МЕНЮ - КОТЛЕТА С ХЛЕБОМ
Просидев в парной минут по десять, народ вываливает в помывочную - обливаться. Затем собирается по кабинкам. После первого сеанса мужики заряжены на беседу. Разговоры специфические в силу среднего возраста - дача, операция по замене хрусталика глаза, гараж.
В буфете можно купить бутерброд со шпротами или котлетой (когда вы последний раз видели бутерброд с котлетой в Москве, окромя гамбургера?!). А вот после третьего захода - посетители уже сидят обмякшие, по одному.
Я не большой поклонник бань и не знаток пара. Но нельзя не заметить: климат в парной очень приятный, нет тяжелой, обжигающей влаги. При этом печка-сталинка жарит что надо.
После бани едва дошел до трамвайной остановки и плюхнулся на сиденье рядом с женщиной.
- Мужчина, от вас так баней пахнет. Что за парфюм, если не секрет? - поинтересовалась дама.
- Это не парфюм. Это Виталик полынь в баню приносил, - бесхитростно ответил я.
Комсомолка на MAXималках - читайте наши новости раньше других в канале @truekpru
Автор: Андрей АБРАМОВ