Друзья, продолжаем обзор истории планирования ядерной войны. В предыдущей статье мы говорили от развитии и крахе американской доктрины "Массированного возмездия".
Более подробно об этом можно прочесть здесь:
В 1961 году президент США Кеннеди провозгласил гораздо более осторожную доктрину "Гибкого реагирования".
Уроки Карибского кризиса.
Следующий 1962 год добавил аргументов этой доктрине. Вначале было внезапное "откровение шпиона Пеньковского", которое вскрыло реальную "слабость масштаба" ядерных сил СССР: да, ракетно-ядерные технологии там бурно развивались, но производство реальных военных изделий в массовом масштабе не было налажено, и носило скорее штучный характер.
А осенью разразился Карибский кризис: правительство СССР, рассчитывая на имидж ракетно-ядерного лидера, разместило на Кубе ракеты, желая а) защитить Остров Свободы от интервенции США, и б) скомпенсировать размещение американских ракет средней дальности в Британии, Италии и Турции. А США, внезапно открыв для себя скромные возможности советских ядерных сил, были намерены военной силой выбить советские войска с Кубы. Внезапно словно бы вернулись времена "Массированного возмездия". Словно мстя за свои страхи по поводу "Спутника", Кеннеди теперь требовал морской блокады острова и подготовки его ядерной бомбардировки.
Разрядили ситуацию советские ядерные испытания в космосе (особенно "Операция К-3", октябрь 1962 г.), которые пришлись как раз на самую напряжённую фазу противостояния. По её итогам в СССР был открыт эффект ЭМИ (электромагнитный импульс), возникающий в радиусе 2 тыс. км от эпицентра ядерного взрыва. Внутри радиуса выходят из строя электроприборы и линии ЛЭП. В США аналогичный эксперимент "Старфиш Прайм" провели ещё летом 1962 года, и там точно знали, что именно было установлено теперь советскими специалистами. Получалось, что при определённых действиях для создания ЭМИ - даже небольшого советского ядерного арсенала хватало на нанесение по США убийственного удара: по "модели Хармона" в первом ударе СССР мог нанести Штатам потери в 398 млн. чел. (при том, что в 1962 году население США составляло 186 млн. чел.).
ЭМИ внезапно создал неопределённость, которая потребовала переосмысления и коренной переделки существующих ядерных планов сторон. Поэтому стороны так легко пошли на разрядку кризиса: выяснилось, что они обе не готовы к войне.
Доктрина "Гибкого реагирования" оказалась вполне адекватной такой новой реальности. Теперь предполагалось, что ядерной войне должен предшествовать длительный период эскалации, в результате которого США должны иметь возможность "отыграть назад", если вдруг выяснятся ранее неизвестные обстоятельства. Условиям длительной эскалации отвечала "ограниченная ядерная война в Европе", и конвенциональная война - в других районах Евразии.
Теперь концепция "щита и меча" перевернулась: "мечом" должны были быть войска военных блоков НАТО, СЕНТО и СЕАТО, а "шитом" - американские ядерные силы, которые теперь предполагалось применить только в самом крайнем случае, чтобы не допустить полного разгрома НАТО.
На практике "гибкое реагирование" означало и то, что США теперь должны были дистанцироваться от союзников по НАТО: в каких-то случаях советское военное давление на них было на руку американцам. Это показал опыт Суэцкого кризиса 1956 года: Европа должна была потерять свои колонии, и в случае её конфликта с СССР на этой почве - США не должны быть в него втянуты. Поэтому было сделано всё, чтобы стратегические ядерные силы Штатов теперь базировались либо на собственной территории, либо в нейтральных водах.
Гарантированный ответный ущерб
Но для того, чтобы роль союзника и "щита" оставалась правдоподобной - для этого американские ядерные силы САК и ВМС должны быть устойчивы к внезапному нападению. То, что нападение может быть внезапным - в этом убеждал и "Спутник" (космическое лидерство СССР оказалось для США полной неожиданностью), и Карибский кризис (размещение советских ракет на Кубе было обнаружено случайно), и открытие ЭМИ (этот эффект как нельзя лучше подходил для упреждающего удара). Концепция "неприемлемого ущерба" предполагала, что в случае внезапного нападения противника в любом случае должно гарантированно остаться столько ядерных средств, чтобы ответный удар заведомо причинял ему неприемлемый ущерб. То есть в начале 1960-х годов в США делали ставку на способность гарантированного ответного удара.
К этому времени в США шло развёртывания огромных надгоризонтных радаров для обнаружения баллистических целей, угрожающих территории страны. Однако надёжно в рамках системы они заработают ко второй половине 1960-х годов. То есть надежда на ответно-встречный удар была слабенькая. Такая же слабенькая надежда была и на возможности превентивного первого удара по противнику, который мог бы привести к выигрышу. Теперь сила противника была не в промышленных центрах, и не в аэродромах, а в компактных стартовых позициях баллистических ракет. Которые опять надо было выявлять - а с казусом сбитого Ю-2 надежд на авиаразведку больше не было. Оставалась только спутниковая фоторазведка, но в начале 1960-х годов американские спутники-шпионы серии "Корона" только делали первые шаги, и говорить об обнаружении всех советских стартовых позиций можно не ранее середины-конца 1960-х годов. В этих условиях и первый, и ответно-встречный удар выглядели как малоправдоподобные.
МБР ШПУ ОС
ВВС США сделали ставку на ракеты "Минитмен" в высокозащищённых шахтах отдельного старта с возможностью мгновенного запуска (через 30 секунд после получения команды). Такие МБР были способны как на ответно-встречный удар, который наносится после обнаружения запусков противника, не дожидаясь, когда боеголовки долетят до целей. Так и на ответный удар: шахта выдерживала взрыв в 1 мегатонну на удалении в 784 метра (1961 кПа). Это в начале 1960-х годов была практически недостижимая точность попадания для МБР. А если каким-то чудом боеголовка взрывалась ближе - то уничтожена оказывалась всего одна ракета, поскольку шахты отстоят одна от другой на километры.
Ракета "Минитмен-1" была твердотопливная (её не надо было заправлять), устойчивая к коррозии (корпус из нержавейки), с 30-секундной готовностью к пуску (гироскопы крутились круглые сутки всё время нахождения на боевом дежурстве). И при этом боеголовка мощностью в 1,2 Мт имела точность (КВО) в 2,1 км. Избыточное давление ударной волны в 198 килопаскалей была способна уничтожить любые защитные сооружения СССР, кроме заглубленных на десятки метров вроде "Объекта 20" в Москве или ядерное хранилище "Гудым-2" на Чукотке. Однако в начале 1960-х годов новое советское оружие - ракетно-ядерное - опять требовало времени на выявление своего местоположения. Поэтому задача ракет "Минитмен-1" - это либо ответно-встречный (или ответный) удар возмездия по городам, либо быть "ядерным щитом" - то есть суммой объектов, которые примут на себя удар боеголовок противника вместо населённых пунктов. Всего до 1967 года в США развернули 930 шахтных пусковых установок (ШПУ) для "Минитмен-1".
Для боеголовок МБР своего времени эти шахты были почти неуязвимы. Единственное средство, которое могло бы их раскопать - до 1967 года - это были бомбардировщики ДА СССР. Самолёт Ту-95А мог сбросить бомбу РДС-37 мощностью 2,9 Мт с промахом в 150 метров - это была бы ударная волна в 614588 кПа, которую не выдержит ни один рукотворный объект. Однако если даже предположить маловероятное: все самолёты прорвались к целям - то в начале 1960-х годов таких самолётов межконтинентальной дальности в ДА СССР было 182 штуки. Если даже каждый нанесёт по 2 удара (что было невозможно) - это всё равно 400 поражённых "Минитменов". Оставшиеся 530 при ответном ударе убьют на территории противника 424 млн. чел. (согласно "модели Хармона"). То есть погибнет или будет облучено просто всё население стран социализма. Это и была концепция "гарантированного неприемлемого ущерба" в действии.
"Хромированный купол"
Стратегическое авиационное командование (САК США) сделало ставку на дежурство части бомбардировщиков в воздухе (операция "Хромированный купол"). Такое дежурство началось в 1961 года, в воздухе одновременно могло находиться до 12 самолётов (у каждого на борту - от двух до четырёх термоядерных бомб).
Это - более чем серьёзный арсенал: на борту бомбардировщиков могло быть либо 48 бомб Мк-28 - и тогда возможное количество убитых составило бы 55 млн. Либо это могли быть 24 бомбы Мк-41 - и тогда убитых было бы 480 млн.чел. С дозаправками самолёты могли находиться в воздухе до 24 часов, оставаясь полностью неуязвимыми для первого удара противника. При этом они могли выполнять и вспомогательные задачи: например, (операция "Хард Хед") - с пролётной траектории визуально контролировать целость-сохранность ключевого локатора СПРН на базе Туле (Гренландия). Ведь коварные коммунисты могли скрытно его атаковать, а сигнал "всё в порядке" - подделать. Для бодрости экипажи Б-52 принимали амфетамин, что в дальнейшем сказалось на состоянии их психики.
Дежурства в воздухе Б-52 продолжалось до 1968 года. За это время произошли две катастрофы с падением Б-52. В 1966 году при катастрофе в Испании (у г. Паломарес) две из четырёх бомб разрушились, заразив местность в радиусе 2 км. В 1968 году аналогичная катастрофа произошла в Гренландии, дискредитировав правительство Дании, которое, как выяснилось, не соблюдает взятые на себя обязательства сохранять безъядерный статус.
В октябре 1969 года на краткий момент воздушное дежурство САК возобновилось (операция "Гигантское копьё"). По одной версии, Никсон попытался запугать "Советы", чтобы те прекратили помощь Северному Вьетнаму. По другой - в октябре 1969 года Пентагон подозревал СССР в том, что тот готовит вторжение в Китай, и его надо было сорвать.
"41 на страже свободы"
А ВМС США поставили на атомные субмарины с баллистическими ракетами подводного старта. К 1967 году была развернута 41 атомная субмарина типа "Дж. Вашингтон": "41 на страже Свободы". На них было размещено 656 ракет средней дальности "Поларис" с подводным стартом. Половина из них всегда находилась в районах патрулирования.
При этом пять субмарин базировалось в Северной Атлантике (место базирования - Холи-Лох, Британия), и ещё 10 - в Средиземном море (место базирования - Рота, Испания). Если даже взять эти 15 "Вашингтонов" (а остальные были уничтожены в базах коварным ударом коммунистов), то на уцелевших субмаринах будет 240 ракет с боеголовками мощностью по 0,6 Мт. По "модели Хармона" это - 115 млн. убитых.
Таким образом, наземный, воздушный и морской компоненты "ядерной триады" США к 1967 году гарантированно имели силы, способные в ответном ударе нанести противнику потери в более миллиарда человек. Даже если до цели доберутся только два Б-52 из 12-ти (что явно заниженное допущение) - то всё равно оставшиеся силы нанесли бы урон в 840 млн. убитых. Не считая раненых и облучённых. На американском жаргоне времён Холодной войны это будет явный "Овер Килл" - "сверхубийство".
То есть поставленная задача - обеспечить неприемлемый ущерб в ответном ударе - до конца 1960- годов в США была выполнена.
А как с этим было в СССР?
Ко второй половине 1960-х годов РВСН решила задачу, поставленную на предыдущем этапе (1949-1958 гг.): сорвать или ослабить ядерный удар по СССР и странам-союзникам с аэродромов Западной Европы, Северной Африки, Ближнего Востока и Юго-Восточной Азии. Для чего на территории СССР было развёрнуто 512 пусковых установок ракет средней дальности Р-12 "Двина" с термоядерными боеголовками.
Режим их готовности предполагал, что в угрожаемый период 225 ракет могли быть готовы к старту через 30 минут. Вполне достаточно, если вы планируете упреждающий удар по аэродромам противника. При мощности боеголовки в 2 Мт и промахе в 2,8 км в точке прицеливания получалась ударная волна в 152 кПа. Все постройки, сооружения, и даже самолёты в бетонированных арочных укрытиях всё равно оказывались уничтожены.
В этом случае, кстати, вся надежда была на агентурную разведку: советские самолёты-шпионы не проводили рейды вглубь территории НАТО, СЕАТО и СЕНТО, а советские спутники фоторазведки начнут регулярно поставлять данные только к концу 1960-х годов. Поэтому о дислокации военных аэродромов можно было узнать только через агентурную разведку. Поэтому в первом ударе аэродромы могли быть поражены далеко не все.
Однако ко второй половине 1960-х годов, как мы уже сказали, Штаты убрали свои стратегические ядерные средства с "передовых рубежей" в Европе и Азии. Более того - обеспечили такой режим их дежурства, что 500 советских ракет никак не могли им повредить. Гигантская ракетная стройка в СССР по оборудованию 165 стартовых позиций БРСД вынудила США перейти к "гибкому реагированию". Убрать эти позиции командование РВСН не могло - иначе американцы тут же опять вспомнят про "массированное возмездие". Но и помочь в условиях новой стратегии США ракеты Р-12 "Двина" уже не могли.
В этих условиях надо ответить на вопрос: мог ли к 1967 году СССР нанести противнику ответный удар с неприемлемым ущербом?
Здесь, увы, сразу же надо отбросить надежды на систему СПРН (систему предупреждения о ракетном нападении) - она в СССР заработает только в середине 1970-х годов. Поэтому об ответно-встречном ударе говорить не приходилось.
Также надо признать, что Дальняя Авиация СССР в новых условиях не могла участвовать в ответном ударе. Местоположение авиабаз Штатов далеко не всегда было достоверно известно (поэтому американцы в определенном смысле перестраховывались со своим "воздушным патрулированием"). А вот местоположение советских аэродромов воздушная разведка США нанесла на карты ещё в 1956 году. При этом ничего подобного "Хромированному куполу" в ДА СССР не проводилось. Поэтому при нанесении Штатами первого удара из 1586 МБР и БРСД какая-то часть должна была пойти по аэродромам - с понятными последствиями.
Значит, к ответному удару в СССР к 1967 году была пригодна только какая-то часть РВСН и ВМФ.
РВСН и ВМФ
В РВСН на 96-ти стартовых позициях было развёрнуто 196 ракет Р-16 и 26 ракет Р-9 с термоядерными боеголовками от 2 до 5 Мт, и средним промахом в 2,7 км. При таком раскладе ими можно было атаковать даже и аэродромы на территории США (если бы было известно их точное местоположение). Но для поражения шахт "Минитменов" они никак не годились. Да и сам ответный удар обычно сводится к ударам по тем объектам, местоположение которых нельзя изменить с началом войны: по административно-промышленным центрам - по городам. Если все ракеты с этих 96-ти позиций попали бы в цели - то по "модели Хармона" было бы убито от 254 до 372 млн. человек. При том, что в 1967 году всё население США составляло 200 млн. чел.
Известно, что в середине 1960-х годов спутниковая разведка США уже сфотографировала какую-то часть позиций советских МБР. Видимо, полную картину американцам удалось получить только к концу 1960-х годов. Но даже если предположить, что после превентивного удара США "выжила" бы только треть всех позиций МБР (и 74 ракеты на них) - то всё равно получается ответный удар от 96 до 140 млн. убитых.
Во второй половине 1960-х годов ВМФ СССР располагал 23-мя дизель-электрическими подлодками Пр. 629, а также 8-ю атомными подлодками Пр. 658 с 93-мя пусковыми установками БРСД Р-13 и Р-21. По "модели Хармона" это - 74 млн. убитых.
Однако вряд ли более четверти советских подлодок находилась в районе боевого дежурства вблизи атлантического побережья США, или на пути туда-оттуда. Из этих пяти подлодок минимум половина должна была всплыть в 100-300 км от берегов противника и запускать ракеты в надводном положении. То есть в реальности экипаж успел бы запустить не более одной ракеты. То есть наиболее реальный удар по США с моря мог дать от 7 до 10 млн. убитых.
Выводы.
Венгерский и Суэцкий кризис ("Доктрина Хрущёва"), а также советские успехи в ракетных технологиях ("Спутник") вынудили правительство Дж.Кеннеди отказаться от доктрины "массированного возмездия" в пользу "гибкого реагирования".
Карибский кризис и открытие ЭМИ в 1962 году вынуждали США планировать ядерную войну не в наступательном, а в оборонительном ключе. В Пентагоне выяснили, что очень просто могут пропустить убийственный первый удар "комми". Поэтому на первое место выходила возможность (или невозможность) ответного удара. И этот удар должен быть такой, что оставшимися силами сможет нанести неприемлемый ущерб противнику, и удержать его от агрессии страхом возмездия.
В США пошли на создание "ядерной триады", где каждый компонент в какой-то своей части был гарантированно неуязвим от первого удара, в том числе - от ЭМИ. Межконтинентальные ракеты стояли в супер-защищённых шахтах, атомные субмарины с ракетами дежурили в нейтральных водах, а бомбардировщики - в небе над океанами. Все вместе они в ответном ударе были способны убить от 800 млн. до 1 млрд. чел.
Советские ядерные силы в своём развитии отставали от США на несколько лет. Но и они средствами РВСН и ВМФ были способны нанести противнику ответный удар в 100-150 млн. убитых.
Казалось бы - наступил "ядерный пат", ничья. Но уже было понятно, что развитие спутниковой разведки к началу 1970-х годов приведёт к обнаружению всех советских ракетных позиций, которые и были главной защитой для СССР.
Начинался новый этап ядерного планирования Пентагона - планирование новых наступательных действий.
Но это уже другая история...
Друзья, не забываем ставить лайки, или подавать интересные мысли в комментариях. Обсудим!
А ещё можно заглянуть на наш Канал и посмотреть, есть ли ещё что-нибудь интересное: