Из серии: "Ложка дёгтя в бочке с черной икрой: основной эффект – в послевкусии..."
Часть 1 - официальная...
Леонид Васильевич Красниченко в истории РИСХМа, ДГТУ и г. Ростова-на-Дону оставил значимый и яркий след: под его управлением вузом, были отстроены главный корпус, отстроены или заложены 2-4 корпуса, приобретено и установлено в лабораториях производственное, учебное и научное оборудование, в том числе, полученное по репарации после Великой Отечественной войны. Некоторые из единиц того оборудования до сих пор состоят на балансе вуза, но от большей части действующих машин вуз стал принудительно избавляться уже после 2012 года.
А еще - созданы базы отдыха "Радуга" (п. Дивноморск), Снежинка ("Домбай", КЧР, подозрительно пропавшая с баланса вуза в самом конце 80-х годов), легкоатлетический манеж и спортзал, а при возвращении из Ташкента - восстанавливался (точнее: организовывался в соседнем здании) старый корпус (на его территории, в дальнейшем, будет организована военная кафедра).
Именно ему принадлежит знаменитая фраза "это ВУЗ, а не тюрьма" - сказанная в момент обсуждения вопроса установки решёток на окна первого этажа нового здания главного корпуса. Обсуждению этого вопроса предшествовала ситуация серии грабежей учебных заведений (после 60-го года), которую достаточно быстро ликвидировали, а решётки на окнах появились только в конце 80-х годов, в эпоху смутного-постперестроечного времени...
Его личности посвящены мемориальная табличка (с 2008 года) с барельефом на фасаде главного корпуса, переименован в его честь студенческий парк ДГТУ (в 2008 году) и 23 мая 2015 года установлена именная звезда на Алее Славы города Ростова-на-Дону.
Обращаю внимание на даты установки памятных знаков: к 100-летию Леонида Васильевича, в период ректорства в ДГТУ Б.Ч. Месхи (с 2007 года), который опыт ректорства до сих пор старается повторить (далеко не во всём это удаётся, но общий стиль прослеживается явно, особенно - в части активного строительства).
Леонид Васильевич Красниченко (29.04.1908-06.10.2002):
1922 - начало трудовой деятельности разнорабочим на предприятиях Ростова-на-Дону;
1928 - член ВКП(б)/КПСС и занимался партийной деятельностью;
1929 - окончил вечернюю школу;
1930 - решением краевого комитета ВКП(б) направлен на учёбу в Ростовский механический институт инженеров путей сообщения (в дальнейшем РИИЖТ, РГУПС), который окончил в 1934 году
1941 - боец отряда самообороны города Ростова-на-Дону;
11.1941 - начало эвакуации института, но до лета 1942 институт продолжает работать в Ростове-на-Дону (вторая оккупация города: с 22-23.07.1942 года, прим.авт.), а с 10.1942 - в Ташкенте, с 2.10.1944 года РМИ начал учебный год в г. Ростове-на-Дону (https://moluch.ru/archive/156/44317)
12.1943 - 07.05.1973 - ректор РИСХМа (обращаю внимание читателя на то, фактический отсчёт ректорства тут приводится именно с конца ноября-начала декабря 1943 года, а не с 23.02.1943 года, как указано тут, но об этом - чуть позднее)
1953 - защитил кандидатскую диссертацию, а в 1949 - преподавал доцентом и по воспоминанию сотрудников, уже в первой половине 60-х годов в служебных информационных атрибутах фигурировали данные: к.т.н., профессор.
Красниченко, Л. В.. Металлизационные покрытия из псевдосплавов и применение их в качестве подшипниковых материалов [Текст] / Л. В. Красниченко, канд. техн. наук. — Ростов н/Д : Рост. кн. изд., 1953. — 24 с. : ил. : 20 см. https://rusneb.ru/catalog/000199_000009_005819636/?ysclid=mkxxdfws2g833027355
1971 - защитил докторскую диссертацию.
Красниченко, Леонид Васильевич. Теоретические и технологические основы газоэлектрического и газопламенного напыления покрытий из антифрикционных псевдосплавов [Текст] : Автореферат дис. на соискание ученой степени доктора технических наук. (320) / Краснодарский политехн. ин-т. - Краснодар : [б. и.], 1971. - 38 с. : ил.https://search.rsl.ru/ru/record/01007417368?ysclid=mkxxmfyqnm784416080
Выпускники тех лет (1943-1973) и сотрудники называли ректора "за глаза" - "Папа Лёня", а подчинённые хорошо помнят его знаменитую "красную книжку", в которую он любил записывать перспективных студентов и молодых сотрудников, в которую попал и Анатолий Андреевич Рыжкин, и Андрей Кириллович Тугенгольд, и Вилор Лаврентьевич Заковоротный и мн.др., под научный профиль которых, в дальнейшем, целенаправленно открывались новые кафедры-научные школы для "ковки молодых кадров", чем и прославился РИСХМ-ДГТУ (в настоящее время от существующих кафедр вуз уже постепенно избавляется в угоду формированию имиджа с высоким общим рейтингом).
Часть 2 - не официальная...
2.1 Причина увольнения...злоупотребление
Историю увольнения ректора с должности целесообразно начать рассказывать с тех персонажей, которые непосредственно окружали Леонида Васильевича в тот период.
Капиталина Михайловна Мутилина - "исторический" персонаж РИСХМа, о котором мало кто из "старожилов" хотел бы упоминать в своих мемуарах в разрезе известной греческой цитаты - "скажи мне, кто твой друг и я скажу, кто - ты" (Еврипид (5 век до н.э.), прорекламированной Мигелем Сервантесом де Сааведра (1547–1616) в своём романе «Дон Кихот»).
За глаза, называемая сотрудниками - Капой, она работала обычным лаборантом кафедры "Высшая математика" (далее - ВМ). Высшее образование (далее - ВО) она пыталась получить в РГУ (ныне ЮФУ), но так его и не закончила. Примечательно, что на надоедливые вопросы об отсутствующем ВО, Капа отвечала одной и той же дежурной фразой: "это произошло потому, что я не умела списывать на экзаменах, как все...".
Кстати, схожими особенностями обладал и другой персонаж РИСХМа - Николай Павлович Кравченко, в разные годы и декан, и зав.каф. (любимый сотрудник Л.В. Красниченко, начальник конструкторского отдела института «ГИПРОСТРОЙДОРМАШ», принятый в 1956 г. на должность доцента, которого ректор упорно старался вывести на защиту кандидатской диссертации, но силами исключительно других подразделений - в данном случае - кафедрой МиТОМД; сам Леонид Васильевич был одновременно и зав.каф. ТКМ (технологии конструкторских материалов): когда формировался материал по истории факультета ГОМ выяснилось, что декан этого факультета и зав.каф. Н.П.Кравченко в личном деле по профобразованию имел только справку у том, что он успешно закончил второй курс института... Знал ли об этом ректор?
Казалось бы, что может объединять лаборанта Капу и ректора РИСХМа?
Нет: совершенно не то, о чём подумал читатель!
Но общая "точка соприкосновения" у них всё же была - в лице близкой подруги ректора - Нины Павловны Ступниковой, в дальнейшем - его второй жены. На "почве" такого "блата" Капа была бессменным секретарём приёмной комиссии РИСХМа, а ректор Л.В. Красниченко неоднократно её называл своей "правой рукой". Капа, не являясь преподавателем ВУЗа, имела определенные льготы от работы в приёмной комиссии: после каждой приёмной кампании, она уходила в регламентный отпуск и уезжала в СОЛ "Радуга" (черное море, пос. Дивноморск) отдыхать в разгар бархатного сезона.
Долгое время Капа проживала в коммунальной квартире гостиничного типа (когда в комнате уже имелась личная раковина) на Западном жилом массиве Ростова. Когда заведующим кафедрой ВМ стал доцент Михаил Александрович Краплин (в дальнейшем - профессор, доктор наук; кстати - нигде толком нет упоминаний о его заведовании именно тогда (с декабря 1964 г): ни фотографий на исторических сайтах вуза и в последующие годы заведования, преподавания, до сих пор нет), именно он уговорил Н.П. Ступникову убедить Капу перевестись в отдел формирования расписаний (ныне - методический отдел).
Причина заключалась в огромной "сложности характера" Капы, которая частенько пользовалась знакомством с ректором в своих целях, манипулируя дозированно-предоставляемой ему информацией о поведении сотрудников, за что последние её люто ненавидели.
М.А. Краплин, договариваясь с Н.П. Ступниковой нашел для договора общий предмет торга: курс ВМ у студентов заканчивался последним семестром - теорией вероятностей, которой Н.П. Ступникова тогда владела слабо... М.А.Краплин читал этот курс у студентов Нины Павловны в ответ на эту услугу...
И всё бы ничего, в истории Капы и ректора, но в самом начале 70-х годов РИСХМ начал распределять сотрудникам ограниченный жилой фонд в новостройках в самом центре города (не в старом жилом фонде: ориентир - два дома на пересечении улиц Семашко-Лермонтовская) и, естественно, что внутри ВУЗа имелась определенная очередность (от условий текущего жилищного состояния, должности и пр.). Капа, на правах "правой руки ректора" подала заявку на ордер в такой квартире, хотя дефицита площади жилья у неё не было (жила она одна), а в тот момент приоритет на расселение был направлен на ППС (профессорско-преподавательский состав, для которого учитывались не только текущие условия проживания (кандидатам и докторам по закону полагался избыток площади для научной деятельности - личных кабинетов)). И с момента получения на запрос отказа (кстати-совершенно обоснованного, прим.авт.) и начались события, которые в конечном итоге привели к отставке ректора...
Оказалось, что Капа за долгие годы работы секретарём приемной комиссии собирала все "сомнительные" документы, подписанные её председателем - ректором собственноручно. В тех же документах фигурировала как участник и Н.П.Ступникова, как преподаватель - принимающий вступительные экзамены по математике. Особый интерес вызывали ведомости вступительных экзаменов у так называемых "сборных групп": когда, в частности - по математике, производилась оценка абитуриентов, поступающих на совершенно разные специальности и факультеты. В тот период, обычно именно так проводили "блатных" абитуриентов в студенты: представьте группу из нескольких десятков человек, где у большинства стоят одни "пятерки" и для "порядка" - две-три "двойки". Под "блатом" не имелись ввиду взятки, чаще - помощь в поступлении детям различных краевых начальников и чиновников, к услугам которых потом можно было прибегать ректору.
Задолго до обнародования своих замыслов, Капа сделала копии этих документов и показала их Леониду Васильевичу, требуя пересмотреть его решение по её жилищному вопросу. Ректор повторно ей отказал: предполагаю, что понимал, что и она осознавала, что часть ответственности падёт и на неё, как секретаря ПК. Но Капа материалы всё же отравила в министерство...
Результат: сразу после первомайских праздников 1973 года ректора известили о снятии с должности. Ректор настоял, чтобы его выслушали и уехал в командировку в Москву. Поговаривали, что последнее о чём он просил - это позволить ему доработать до декабря 1973 - до полного 30-летия ректорского стажа... Из Москвы Леонид Васильевич вернулся уже не ректором...
Есть две более детальные версии этих событий... В первой - ректор защищал себя, во второй - старался защитить Нину Павловну от последствий... Которая из версий более реальна - сейчас уже никто не скажет точно... Известно лишь одно: нарушения - однозначно были!
Можно также предположить, что министерство к моменту уведомления уже имело на руках "истории среднего образования" абитуриентов из тех-самых сборных групп. Пересматривать результаты приемной кампании даже 1972 года в мае 1973 уже не стали, а ситуацию "смещения" - "спустили на тормозах" без огласки.
Учитывая сессионный и каникулярный периоды, новый учебный семестр РИСХМ начал под руководством нового ректора - Юрия Васильевича Гринькова (ректорство: 1973-1980), а Капиталину Михайловну Мутилину "уволили" - по собственному желанию...
2.2 Супруга ректора...
Если во всемирной "паутине" задаться вопросом о супруге Леонида Васильевича, то в большинстве случаев будет фигурировать Нина Павловна Ступникова, уроженка города Сальска, но она была - второй супругой и вышла за него замуж уже после смерти первой супруги- Елены Фёдоровны. Следует особо отметить, что к статусу "жены ректора" она относилась очень трепетно и амбициозно (об этом ещё будет написано ниже) и её трудами первая супруга Леонида Васильевича почти нигде не упоминается, хотя те, кто знал Елену Фёдоровну лично, вспоминали её как очень терпеливого, мудрого и не любящего лишнего внешнего внимания человека. Этими же качествами отличался и их общий сын - Александр Леонидович. Происхождение Елены Федоровны выяснить не удалось, как и принадлежность её родителей к партийным структурам.
Нина Павловна Ступникова же создавала имидж очень требовательного и жесткого преподавателя математики (ВМ), именно такой её запомнит большинство студентов курса обучения. Во многом, её сложное отношение к коллегам и студентам, объяснялось близким знакомством и симпатиями ректора.
Но есть целый ряд поступков, которые могут дать некоторое представление о её личности...
На протяжении всего стажа работы в одном вузе (а она работала даже после смерти мужа 2002 году), она даже не пыталась повысить свой профессиональный статус - защитить диссертацию кандидата наук...
Сотрудницы внутренней АТС РИСХМа (которая располагалась на первом этаже главного корпуса) неоднократно рассказывали истории прослушивания её звонков с работы его первой супруге, в которых она всячески провоцировала её на внутрисемейные скандалы (что, к слову, не происходило: по всей видимости, Леонид Васильевич был единственным человеком, который этого не знал).
Нина Павловна не имела детей, но имела племянницу от тётки по материнской линии (и рано ушедшего родного младшего брата), которую удочерила и воспитывала её мама: по завещанию, её мама отписала свою недвижимость именно ей (поскольку девочка рано осиротела, а родная дочь уже была хорошо устроена в Ростове к тому моменту), но Нина Павловна в судебном порядке это решение успешно оспорила...
Аналогичным образом право наследования Нина Павловна отстаивала уже после смерти мужа, с его сыном (являвшимся уже тогда пенсионером) в целях сохранения квартиры по всей видимости в т.н. "Дворянском гнезде" - на улице Пушкинской 134.
Название дома известное, но-негласное и произошло от рода деятельности первых жильцов, имевших принадлежность к горкомам, обкомам и пр. партийным подразделениям при его сдаче в эксплуатацию в 1969-70 году.
Для большей ясности: на доме установлена памятная доска "В этом доме с 1972 по 2020 гг жил первый секретарь Ростовского-на-Дону горкома КПСС, Почетный гражданин г. Ростова-на-Дону Головец Борис Иванович".
Последний адрес проживания Л.В. Красниченко именно в этом доме даётся предположительно, т.к. именно его упоминало большинство свидетелей событий тех лет.
В телефонном справочнике середины 80-х годов, указан адрес проживания Л.В.Красниченко - Чехова 62 (это соседний дом): предполагаю, что позднее он изменился именно на - Пушкинскую 134, т.к. нынешний дом по адресу Чехова-62, судя по реестру, был построен значительно позднее - в 2008 году. Но не исключается и то, что адрес в телефонном справочнике был немного искажен и умышленно: у городского руководства существовала подобная практика, помимо законного права на отказ публиковать в нём адрес вообще.
Интересно и то, что эта квартира в дальнейшем, за неимением прямых наследников (которым бы симпатизировала владелица), перешла к договорному лицу "по уходу" (договору пожизненной ренты), осуществляющему досмотр. Сейчас сложно отделить достоверную информацию от домыслов, но по неподтверждённым данным к исполнительному лицу пожизненной ренты прямое или косвенное отношение имел высокопоставленный чиновник из непосредственного управления вузом...
При этом, на период середины 80-х годов за Н.П. Ступниковой числилась квартира по адресу - Мечникова-79-кв.51 (дом 1963 года постройки, заселялся в январе 1964, располагается до сих пор напротив западных ворот главного корпуса в 50 метрах): она была продана после регистрации брака.
При этом, сейчас на многих страницах "всемирной паутины" действующим ректором ДГТУ упоминается, что на протяжении всей жизни Леонид Васильевич регулярно ходил на работу и занимался наукой почти до последних дней. Личный кабинет Л.В. Красниченко действительно располагался непосредственно рядом с ректоратом, но, по крайней мере с начала 90-х годов он появлялся в нем крайне редко, за то им активно пользовалась Нина Павловна, как личным. И когда, уже после смерти Л.В. Красниченко было принято решение его освободить (перенести содержимое в музей ДГТУ), то именно она устроила скандал, упоминая себя "женой ректора", поссорившись на какое-то время с ректоратом (после этого она долгое время аналогичным образом пользовалась кабинетом зав.каф. МРО - Александра Николаевича Чукарина (кабинет располагался непосредственно рядом с переходом в корпус 2, справа), стараясь не встречаться с членами ректората и сотрудниками кафедры ВМ лишний раз...
Но нужно отметить и иную её "грань": то, что Л.В. Красниченко дожил до 94 лет - это всецело заслуга Нины Павловны (причины объяснять не буду, они достаточно прозрачны). Она очень активно увлекалась различными нетрадиционными методиками лечения, что иногда доходило до весьма абсурдных форм, когда на занятиях по ВМ, она рассказывала студентам об особенностях уринотерапии (было и такое, а студенты были рады слушать что угодно, лишь бы - не математику)...
2.3 Боец отряда самообороны Ростова (н/Д), дата назначения ректором и ректорство после войны
На многих интернет-площадках, в том числе - в ДГТУ, неоднократно упоминается факт принадлежности Леонида Васильевича к ополченцам, защищавшим Ростов-на-Дону. Ныне действующий ректор ДГТУ неоднократно вспоминает, что видел фотографии Леонида Васильевича с автоматом в руках, а в музее ДГТУ до сих пор должно храниться удостоверение ополченца. Это правдивая информация, но и в ней есть некоторые неудобные нюансы.
Работали круглосуточно: враг стремительно приближался к городу. 10 ноября 1941 года отряды самообороны объединились в единый полк народного ополчения: в нем было больше трех тысяч человек. И все они в ночь с 19 на 20 ноября на берегу реки Темерник приняли боевое крещение. Вместе с 33-м мотострелковым полком и 230-м конвойным полком НКВД ополченцы сдерживали врага, обеспечивая отход основных частей Красной армии на левый берег Дона. В итоге под натиском противника ополченцы также были вынуждены отступить.
Началась «кровавая неделя»: по еще неокрепшему льду добровольцы шли в наступление на правый берег; после тяжелых боев они заняли стратегические позиции в станице Гниловской и обеспечили выход красноармейцев в центр города. Первая оккупация продлилась всего 8 дней, враг был отброшен. В боях за освобождение Ростова погибло 150 ополченцев и еще около тысячи было ранено.
Ранение и контузию получил и Леонид Красниченко. И почти год провел в госпитале. Взято отсюда .
В августе 1942 года, как писал Л. В. Красниченко в автобиографии[2], в силу сложившихся обстоятельств, вместе с Обкомом ВКП(б) эвакуировался в Узбекистан. В городе Ташкенте по распоряжению ЦК КП(б) Узбекистана направлен сначала секретарём парткома завода № 708, а потом — парторгом ЦК ВКП(б) на строительство металлургического комбината в город Беговат. После освобождения Ростова-на-Дону от немецко-фашистских захватчиков вернулся в город в 1943 году и с 23 февраля был назначен ректором Ростовского института сельхозмашиностроения. На этой должности Леонид Красниченко трудился 30 лет (с 1943 по 1973 годы). Взято отсюда.
Обращаю внимание читателя на то, что отряды самообороны организовывались непосредственно к военным действиям - к ноябрю 1941 года, а 10 ноября объединились в единый Полк Народного Ополчения с боевым "крещением" 19-20 ноября 1941, а город был оккупирован на 8 дней (последняя неделя ноября).
Судя по всему, при освобождении города (!) Леонид Васильевич получает ранение и "почти год" (!) проводит в госпитале! Иными словами, приблизительно до ноября 1942 года он не участвует в событиях, но известно, что с августа 1942 года "вместе с Обкомом ВКП(б) эвакуирован в Узбекистан" (а Ростов был повторно оккупирован 22-23.07.1942), где сразу назначен сначала секретарём парткома завода № 708, а потом — парторгом ЦК ВКП(б) на строительство металлургического комбината в город Беговат. По логике, в этот период он должен был приблизительно по октябрь находиться еще в госпитале, пусть и в эвакуации... Как так? Где ошибка?
Далее, 23 февраля 1943 года Леонид Васильевич назначается ректором РИСХМа, именно поэтому принято считать, что к моменту смещения с должности ректора - в первых числах мая 1973 года, он проработал на посту более 30 лет... Но и тут есть вопросы, так как в этот период директором (а не ректором, возможно в статусе "и.о.") института являлся доцент Леон Исаакович Лебиотко, который по разным источникам руководил вузом либо с 1943 по 1944 годы (взято здесь и здесь), либо, как это указано под его портретом непосредственно в ДГТУ с февраля 1943 года по ноябрь 1943 года. Иными словами реальный отсчет ректорства Л.В. Красниченко должен исчисляться концом ноября 1943 года максимум (для самого Леонида Васильевича), а может быть - и началом 1944 года, что и указано в вышеупомянутых ссылках.
Но и далее, есть несколько вопросов, на которые даже сейчас сложно найти правдоподобные и логичные, в соответствии с конституцией СССР, ответы, если не рассматривать версию упорной протекции его кандидатуры "сверху".
Один из них (вопросов) заключается в том, что штатный преподавательский состав (или профессорско-преподавательский - ППС (доценты и профессора, не ниже), с научными степенями, а иногда - и просто - с законченным высшим образованием) не подпадал под военный призыв (обращаю внимание читателя на то, как в СССР, который сейчас все исключительно критикуют и ругают, заботились о будущем образовании граждан страны следующего поколения). И из них попасть на фронт могли тогда представители ППС (доценты и профессора) только по собственному желанию-по личному заявлению, на основании которого формировался приказ о мобилизации...все погибшие на фронте "остепенённые" преподаватели - это люди, которые решили отдать долг Родине по собственной патриотической инициативе! ...исключение составляют те, кто погиб в городе, как гражданские лица и ополченцы. За что им - честь, хвала и светлая память!
...именно поэтому и памятник погибшим в последствии был поставлен в студенческом парке РИСХМа!
Но как тогда, так и сейчас, когда такой сотрудник уходил на фронт, то по возвращении, его обязаны восстановить на прежнем месте в прежней должности! И вот тут проявляется второй нюанс "не простой фигуры" ректора Л.В.Красниченко: директор института с 1939 года Иван Иванович Смирнов в первые дни войны подобным образом ушёл на фронт (его кресло тогда в статусе "и.о." занял Яков Григорьевич Лившиц, к.т.н. с 1935 года, участник ВОВ от ополченца с 08.1941 и вплоть до 1945 года, инженер-подполковник), но вернувшись с войны - обратно его не занял! Хотя, диссертацию кандидата технических наук он (И.И. Смирнов) защитил ещё в 1939 году (и это очень интересно приводится здесь), а Л.В. Красниченко кандидатскую защитит только в 1953 году (см. текст выше), именно в этот год И.И. Смирнов будет направлен (!) работать в Дрезденский университет! Случайно ли это?
Другую "интересную" ситуацию конфликта Л.В. Красниченко с Александром Захаровичем Журавлёвым (1909 г.р.) я уже упоминал косвенно тут.
Кстати, А.З. Журавлёвых в РИСХМе только родственников было - два: ещё был Алексей Захарович (старший брат, 1905 г.р.). Старший в войну, видимо аналогично Л.В.Красниченко, уехал с вузом в Ташкент (хотя в некоторых источниках и упоминается, что мобилизованы были оба брата, но в том же источнике, военная карьера А.З.Журавлева-ст., который потом ещё долго работал в РИСХМе, кроме упоминания о "зачислении в резервные войска" не освещается вообще, что странно...возможно это было связано именно с наличием у него ученой степени кандидата), а "младший" - прошёл всю войну мобилизовавшись с должности ассистента и заместителя декана факультета - от офицера-артиллериста и до демобилизации его из армии в звании майора с должности заместителя командира дивизии только через год после окончания войны (этот человек, при всей сложности характера, достойно заслуживает отдельного цикла жизнеописания, надеюсь когда-нибудь напишу и о нём).
А.З.Журавлев-мл. только зав.каф. МиТОМД был 1948-1962 и 1967-1987 годы, с небольшим перерывом, когда функции зав.каф. исполнял уже известный Н.П. Кравченко 1962-1967, ввиду подготовки докторской диссертации защищенной в 1969 году (кандидатскую защитил в 1947 году, причём - это была уже вторая подготовленная им диссертация кандидата...). Примечательно, что до него кафедрой с 1947-1948 руководил А.З. Журавлева-ст.
Журавлев, Александр Захарович. Течение металла в закрытом ручье и формоизменение при осесимметричной деформации : диссертация ... доктора технических наук : 05.00.00. — Ростов-на-Дону, 1969. — 358 с. : ил..
Так вот, был прецедент, когда Л.В. Красниченко, являясь одновременно и заведующим кафедрой ТКМ (технологии конструкторских материалов) попытался воспользоваться служебным положением, чтобы не устанавливать крупногабаритное оборудование в соседней лаборатории кафедры МиТОМД - машин и технологий обработки металлов давлением - уже в новом корпусе (после 1960 г.), вероятно - или чтобы в перспективе перевести аудиторию на баланс кафедры ТКМ, или чтобы воспользоваться высвобожденными фондами в иных целях - для другого оборудования "другого" подразделения. Он отменил поставку МинТяжПромом заказанных машин, но не ожидал, что А.З. Журавлёв-мл. отважится с ним спорить на учёном совете института.
Но всё прошло по иному сценарию, конфликт начался не только в профессиональной, но и в личностной плоскости, особенно после обвинений ректором оппонента в том, что он (ректор) не для того во время войны воевал, сохраняя институт, чтобы А.З. Журавлёв-мл. вёл себя по-мещански - исключительно для "своей" кафедры (МиТОМД). Но ректор недооценил характер оппонента, человека, младше его на год, но уже и прошедшего всю войну, и получившего серьезные ранения, и отмеченного множеством боевых наград..., который ему ответил симметрично, что это он воевал всю войну, а не несколько дней находился на прифронтовой линии... Скандал был серьезный, подавляющее большинство членов учёного совета устроили ему бойкот и только Владимир Карпович Тепинкичиев (проректор по НИР) после этого случая демонстративно здоровался с А.З.Журавлевым-мл. фактически выкрикивая приветствие со второго этажа правого крыла, когда тот находился аналогично в левом крыле (а ровно по середине этого расстояния находился кабинет ректора)... Об этом студентам иногда рассказывал сам Александр Захарович уже в весьма преклонном возрасте (человек умер в 2007 году на 98 году).
Причину подобной независимости иллюстрируют публикации, подобные этой -
"В.К.Тепинкичиев, Л.В. Красниченко, А.А. Тихонов, Н.С. Колев, Металлорежущие станки, М., Машиностроение, pp. 464, 1970",
где кроме ректора фигурируют два зав.кафедрами МРСиИ в разные периоды (второй - будущий доктор технических наук (с 1973 г.) Николай Степанович Колев, кстати-реальный фронтовик 1943-1945) общепризнанные специалисты именно по металлорежущему оборудованию - по теме приведенного издания, и где ректор не стоит на первом месте в числе соавторов, как в большинстве подобных изданий.
Но извиняться перед ректором А.З. Журавлёв-мл. не собирался, а поехал в Москву и добился повторного выделения заказанного оборудования. Могу предположить, что добился оного он не только через МинОбр, но и через Николая Семёновича Патоличева (действующего на тот момент министра внешней торговли), который до того, с 1947 по 1950 годы, был первым секретарём Ростовского обкома и горкома партии и именно при нём зарождались планы строительства нового корпуса РИСХМа...как и при нём происходило восстановление всего города после войны. Кстати, последние годы Н.С.Патоличева тоже были очень не простыми, что указано например тут, тут и тут...)
ДЛЯ СПРАВКИ: предметом конфликта являлась лаборатория, располагавшаяся в аудитории 1-036, а уже аудитории 1-038...044 относились к помещениям кафедры ТКМ.
Высота аудитории 1-036 распространялась на несколько этажей основного здания, позволяла разместить внутри любое оборудование, имела внутри кран-балку, массивные ворота в общий коридор, из которого прямо напротив них располагались аналогичные ворота на улицу (знаменитый "западный вход", через который вначале заходил весь контингент в главный корпус, работавший ещё не полностью сданным в эксплуатацию, но уже реализующий учебный процесс).
Её (аудитории) планировка заранее оговаривалась в проекте здания нового корпуса. Там в дальнейшем было установлено два гидравлических пресса, кузнечный молот и испытательная машина для оценки свойств материалов, высота которых составляла от 2.5 до 8.5 м. Правда сейчас, с 2022 года, там уже располагается лаборатория винного производства, с современным импортным оборудованием...это совсем другая история и о ней подробно рассказано уже тут: https://dzen.ru/a/aO-WPHVoLRNreUMj
ДЛЯ СПРАВКИ: Тепинкичиев Владимир Карпович (1907-1975), стал первым доктором технических наук в РИСХМе в 1954 г. заведовал кафедрой «Инструментальное производство» (1944-1974,в дальнейшем МРСиИ - металлорежущее станки и инструмент) и был проректором по НИР.
Его внук (сын дочери) Владимир Мироненко, невестка и их дети (которые были гостями фермера С.Аметова) стали жертвами банды "цапков" в станице Кущевская (04.11.2010 г).
Николай Семёнович Патоличев (1908-1989), один из сыновей участника Гражданской войны комбрига Семёна Михайловича Патоличева, член ВКП(б)/КПСС с 1928 года, ответственный организатор отдела ЦК ВКП(б) с 1938 года, Член ЦК ВКП(б) (1941—1986, кандидат с 1939),
01.1939 -12.1941 года — первый секретарь Ярославского обкома и горкома партии - под его руководством к началу Великой Отечественной войны на Рыбинском машиностроительном заводе был налажен серийный выпуск мотора М-105 для военной авиации,
01.1942 - 03.1946 года — первый секретарь Челябинского обкома и горкома партии -был одним из организаторов и непосредственных руководителей создания Уральского добровольческого танкового корпуса (1943), как и танкового производства в Челябинске,
05.1947 -12.1947 года — секретарь ЦК КП(б) Украины,
1947–1950 года — первый секретарь Ростовского обкома и горкома партии,
07.1950 по-1956 год — первый секретарь Центрального комитета Компартии Беларуси,
1958—1985 Министр внешней торговли СССР,
1937–1986 Депутат Верховного Совета СССР 1–11 созывов.
2.4 Научная деятельность...
Спустя многие годы уже сложно оценивать как научную деятельность Л.В. Красниченко в целом, так и его непосредственное фактическое участие в оном в качестве "локомотива" (не забываем целый ряд "удачных совпадений" и перечисленных карьерных нюансов), но вес огромного количества научных статей и известное имя в научном мире открывало двери для многих аспирантов и докторантов, которые хотя бы - просто попадали в аспирантуру или докторантуру на кафедру ТКМ, при заведовании и руководстве ими Л.В. Красниченко. И если при жизни Л.В. Красниченко происходила ситуация, когда аспирант или докторант не защищал в дальнейшем свою диссертацию, то это говорило либо о том, что он делал основную ставку исключительно на связи "руководителя", а не на содержание и подготовку своей работы, либо не завершал работу вообще. Таких случаев было очень мало, но они имелись.
И тем не менее, современники тех событий вспоминают неоднократно и регулярно повторяемую в адрес преподавателя кафедры ТКМ - Подковича Евгения Георгиевича фразу самого Леонида Васильевича: "ты не защитишь диссертацию, пока я не защищу свою..."
ПОДКОВИЧ ЕВГЕНИЙ ГЕОРГИЕВИЧ:
• Воевал с марта 1943 по май 1945 гг.
• Участвовал в боях на Муисе, в Крыму, Севастополе, Смоленске, Литве.
• Награждён: медалями «За победу над Германией», «За взятие Кенигсберга»
Подкович, Е. Г.
Получение и антифрикционные свойства алюминиевомедных и алюминиевоцинковых металлизационных псевдосплавов [Текст] : Специальность № 162 - трение и износ в машинах : Автореферат дис. на соискание ученой степени кандидата технических наук / Рост. н/Д ин-т с.-х. машиностроения. - Ростов н/Д : [б. и.], 1967. - 20 с. : ил. https://search.rsl.ru/ru/record/01006471761?ysclid=mkmn7utf97248102946
Подкович Е.Г., Красниченко Л.В. Способ нанесения покрытий из псевдосплавов путем газопламенного напыления SU 134536 A1 Опубл.: №24-1960 г.
Обращаю внимание на то, что кандидатская диссертация ректора защищена в 1953 году (а докторская - в 1971, см.выше), а в 1960 году в соавторстве с Е.Г.Подковичем им получен упомянутый патент. И только через 7 лет, последний защищает кандидатскую диссертацию. При этом, из военной биографии Е.Г.Подковича (см.выше) видно, что этот человек не только участник войны, но и давний сотрудник РИСХМа: иными словами до защиты кандидатской диссертации Е.Г. Подкович проработал не менее 22 лет (год рождения и стаж работы до призыва на фронт установить не удалось, но по представленному снимку видно, что награждающий и награждаемый относятся к одной возрастной категории, то есть речь идет не о случае молодого и неопытного аспиранта, работающего под руководством своего научного руководителя "с именем")... При этом и темы диссертаций у них достаточно близкие...
3. Не сотвори себе кумира...
...известная всем, одна из заповедей, данных Богом - Моисею на горе Синай...
Конечно, возраст никого из нас не делает лучше, и вполне предсказуемо то, что во второй половине жизни творческий человек будет созидать в науке больше и лучше, чем ранее - по крайней мере самонадеянно, но и такое в истории бывало.
Что можно увидеть в представленной биографии анализируемого персонажа? А видим, весьма субъективно, весьма не плохого по нынешним меркам - менеджера, который не без протекции (совершенно не случайно) занял место ректора и, как хороший "собственник", очень хорошо руководил и развивал, вверенный ему ВУЗ в административном плане и долго удерживал за собой это право (опять же - не без внешней поддержки). При этом, назвать процесс руководства идеальным - явно нельзя, назвать его справедливым - тоже нельзя, но в сочетании с достаточно взвешенной (!) и правильной поддержкой государства (!), реализовано оно было всё же - не плохо. При этом, в отличии от современных условий, от ректора Л.В. Красниченко и до ректора А.А.Рыжкина (включительно) ректоры самостоятельно реализовывали учебную деятельность со студентами по закреплённым за ними дисциплинам: не "числились на бумаге" и, тем более, не закрепляли право в уставе вуза не заниматься учебным процессом... Это, к слову, позволяло ректору непосредственно на себе проводить реальную оценку сложности профессии преподавателя (особенно-с позиции возраста), а не судить о ней с чужих слов...в частности, принимая решения по увеличению контактной часовой загрузки преподавателя в рамках внутривузовской нормы (от 650-750 часов в год тогда и до 900 сейчас).
Какие были слабые стороны? Они тоже были: это и выстроенный в вузе "восточный тип султаната" базирующийся на симпатиях и антипатиях к людям и подразделениям (которые, к слову, регулярно осаждались и контролировались государством и, увы, присутствуют до сих пор); это и самонадеянность, базирующаяся на эффекте "привыкания к власти"; это и неумение разбираться в людях, особенно из "близкого круга". Но самое страшное в подобном - это не то, что наравне с хорошими поступками, совершались и не правильные, а то, что именно такая модель в дальнейшем принята в качестве образца для подражания: обратите внимание на то, что никто, восхищаясь ректором, не рассказывает о подобных негативных моментах биографии, что может позволить подумать административным "потомкам", что подобным образом можно и свой образ запечатлеть на скрижалях истории исключительно в розовом цвете, не соответствующем реальности... Хотите сделать правильный вывод: запомните и сохраните всё самое лучшее, но и примите меры, чтобы чужие неблаговидные поступки и промахи не смогли повториться...
Какими были самые сильные поступки?
Возможно сейчас многих удивлю, но на мой взгляд самым сильным и важным в этот период было не то, что вуз отстраивался в виде зданий, а то, что увеличивалось количество специальностей - на основе взращивания именно своих собственных кадров или выпускников. Речь идет о том, что как только в те годы в институте человек защищал докторскую диссертацию, он (не без труда) становился основоположником этого научного направления, научной школы, учеников... Так было с В.К. Тепинкичиевым, с А.А. Рыжкиным, А.К. Тугенгольдом, В.Л. Заковоротным, Г.Г. Палагнюком... и мн. др., хотя сам Л.В.Красниченко был выпускником не РИСХМа, а нынешнего РГУПСа. Сейчас же университет очень быстро открывает новые направления и специальности подготовки, принимая в число ППС уже защитивших диссертации преподавателей, очень часто - не имея своих диссертационных советов по ним, а иногда и утрачивая уже имевшиеся... С ростом ППС статус вуза в общем рейтинге повышается, вот только - это результат не саморазвития вуза, а менеджмента - в форме переманивания сформировавшихся кадров из других мест. На мой взгляд, подобная стратегия - это самое страшное в условиях общей государственной стационарности в вопросах развития образования (для страны в целом - это плохо), ибо напоминает в рамках государства игру в "пятнашки", когда подобная процедура заполняет одно географическое поле, оголяя другое... В СССР, при огромном переизбытке выпускников вузов, эта проблема не стояла так остро, как в последние 15-20 лет.
Уважаемый читатель, благодарю тебя за то, что ты дочитал этот материал и надеюсь, что он был для тебя интересен. Для понимания и мониторинга интереса к подобным темам прошу это продемонстрировать 👍 или 👎, а на основе результатов я, возможно, напишу подобную историю ещё...