— Странная она какая-то, — сказал Мирон.
— Кто?
— Наша квартирантка, — пробормотал Мирон недовольным голосом. — Может поискать новую? Выставишь объявление?
— А что такое? — Оксана подняла глаза от телефона. — Вроде бы такая адекватная девушка. Учится, работает, тусовки не устраивает. Мне кажется, она — идеальный вариант. Вот выйдет замуж, съедет, а нам такая спокойная может больше и не попадется.
Квартира, которую Оксана и Мирон сдавали, была небольшая, но уютная. Деньги от аренды шли на погашение кредита за новую машину Мирона — ту, о которой он так долго мечтал.
Первое время все шло гладко. Студентка Кристина платила вовремя, поддерживала порядок, и Оксана не обращала внимания на мелкие недочеты. Пыль в углах, пара царапин на полу — мелочи, которые не омрачали общего впечатления. Главное, что квартира оставалась в приличном состоянии, а деньги исправно поступали.
— Она водит домой парней. Мало ли что.
Оксана поморщилась. Почему он так легко судит о человеке, которого совсем не знает? Кристина была тихой, вежливой, и вообще производила впечатление застенчивой особы.
— Откуда ты знаешь? И почему это тебя так волнует? — спросила Оксана, чувствуя, как внутри зарождается тревога.
Он лишь пожал плечами:
— Видел. И вообще, это наша квартира. Мы должны быть уверены в том, кто там находится.
— Но она же платит вовремя, и соседи не жалуются. Что такого может быть? — настаивала я, пытаясь найти рациональное объяснение его беспокойству.
— Ты слишком доверчива, дорогая. Парни — это одно, а вот что там еще может происходить? Лучше перестраховаться, — ответил Мирон, и в его голосе прозвучала настойчивость.
Его слова не давали Оксане покоя. Она решила поговорить с Кристиной, чтобы выяснить, что происходит. Не для того, чтобы упрекнуть, а чтобы понять.
***
В тот вечер, когда Оксана зашла к ней в квартиру, Кристина выглядела взволнованной. Комната была в идеальном порядке.
— Привет, Кристина. Как ты? Все хорошо? — спросила Оксана, стараясь говорить как можно мягче.
Девушка кивнула, но ее взгляд был полон печали.
— Да, все хорошо.
— Я заметила, что Сергей немного беспокоится. Ну, знаешь, по поводу того, кто к тебе приходит. Он просто хочет быть уверенным, что все в порядке, — начала Оксана, чувствуя себя неловко.
Кристина посмотрела на нее испуганно. Оксана решила, что девушка что-то скрывает.
— Я понимаю, что нельзя никого приводить. В прошлый раз мы засиделись с подругой, отмечали окончание сессии. Обещаю, что такого больше не повторится.
— Весело отметили? — улыбнулась Оксана. — Мы с однокурсниками, бывало, такие вечеринки закатывали…
— Нет, что вы! Мы были вдвоем. И вообще не шумели.
— Тогда не понимаю, что ты так испугалась?
— Мирон Дмитриевич сказал, что вы запрещаете приводить гостей! Я думала, вы меня сразу выселите.
— Да ну, Боже упаси, — махнула рукой Оксана. — Я, наоборот, не хочу тебя выселять. Ты — очень хороший арендатор. У нас раньше были такие кадры… Так, а насчет твоих гостей. — Оксана вспомнила, о чем хотела поговорить. — Ты своего молодого человека приводишь?
— У меня нет молодого человека, — ответила Кристина быстро.
— Тогда я ничего не понимаю. Должно быть Мирону Дмитриевичу что-то показалось. Я пойду. Извини за беспокойство.
Она уже вышла из подъезда и садилась в машину, как ей позвонила Кристина.
— Я что-то у тебя забыла?
— Нет! — Кристина была взволнована. — Я хотела еще кое-что вам показать.
Она вышла во двор и заметно робея, показала свой телефон.
— Что там у тебя?
— Послушайте, Оксана. — Кристина включила какую-то аудиозапись.
Послышала голос похожий на голос Мирона:
«Кристина, — говорил мужчина. — Я тебе предлагаю в последний раз. Или ты соглашаешься или я тебя выселю. Ну, что?»
«Я не понимаю, что вы от меня хотите. На что я должна согласиться? — Девушка на записи всхлипывала.
«Все ты понимаешь! Не строй из себя невинность. Все равно ведь спишь с кем-то. А я тебе предлагаю хорошую сделку, Кристина. Готов снизить тебе аренду, в обмен на маленькую услугу. Пользуйся своей молодостью и красотой, пока не поздно!»
Девушка выключила запись.
— Он там дальше сильно ругался. — Кристина еле сдерживала слезы. — Не могу это снова слушать.
Оксана замерла, лихорадочно соображая. Мирон? Этого не может быть! Мужа она знала много лет, у них есть сын — почти взрослый, и Мирон всегда был ему отличным отцом. С другой стороны — Кристина, незнакомая девушка из провинции.
— Пойдем, — бросила Оксана и повела Кристину обратно в дом.
— Теперь выкладывай, — потребовала она.
— Сначала он просто пытался пригласить на свидание, но я сказала «нет». Потом стал заходить чаще. А две недели назад, — Кристина всхлипнула. — Две недели назад он пришел ночью, открыл дверь своим ключом и стал со мной разговаривать, не хотел уходить. По-моему, он был пь ян.
— Кристина, деточка, — строго произнесла Оксана. — Ты же понимаешь, что я не могу тебе так просто поверить. А твоя запись…
— Я все понимаю, — Кристина вскинула на женщину красные глаза. — После той ночи я стала оставлять запись вебки на ноутбуке. Она постоянно записывает, когда я дома. Я могу показать. Это было позавчера.
Оксана почувствовала, как по спине прошел холодок.
— Я начала искать квартиру. Если бы я могла съехать к друзьям, но они все живут с родителями. К тому же я уже заплатила за месяц вперед. У меня прямо сейчас нет лишних денег.
— А почему ты мне сразу не сказала?
— Мирон Дмитрич сказал, что вы мне не поверите. Что вы хороший адвокат и сами меня засудите. А еще он сказал, что ославит меня в интернете.
Оксана почувствовала, как земля уходит из-под ног. Как мог он так поступить? Квартира была добрачной собственностью Оксаны. Она не могла поверить, что он планировал изменять ей с этой девушкой прямо у нее под носом. Да еще как! Используя принуждение и шантаж.
— Кристина, мне так жаль, что тебе пришлось через это пройти. Я обязательно разберусь, — прошептала Оксана, чувствуя себя совершенно разбитой. — А теперь скинь мне эту запись.
***
Когда она вернулась домой, Мирон ужинал на кухне. По телевизору показывали футбольный матч. Оксана молча выключила телевизор и положила на стол телефон. Включила запись.
— Отдавай ключи от моей квартиры, Мирон, — сухо произнесла она. — Ты больше не переступишь ее порог.
— Но ведь измены не было! — Он вскочил, его лицо исказилось. — Я ничего не сделал!
—Ты пытался использовать свое положение, чтобы получить то, что хотел, за счет другой женщины. Ты предлагал ей отвратительные противозаконные вещи! Ты думаешь, это не измена?
— Но это же не считается! Я же не спал с ней! Это был просто… разговор. Недопонимание, — он пытался оправдаться, но его слова звучали жалко и лживо.
— Недопонимание? Ты думаешь, я не понимаю, что ты сделал? Ты предал меня. Ты предал мое доверие. Ты опозорил меня и эту девушку. Ты показал, какой ты на самом деле: ужасный, бесчеловечный манипулятор и нас ильник. И это гораздо хуже, чем физическая измена.
Он опустился на колени, его руки дрожали.
— Оксана, я люблю тебя! Я не хотел тебя обидеть. Я не знаю, что на меня нашло. Я готов на все, только не разводись со мной!
Оксана смотрела на него, на его жалкую позу, и чувствовала только опустошение. Его слова не имели значения. Его мольбы были пустыми. Он не понимал сути произошедшего. Он видел только последствия, а не причину. Причину, которая заключалась в его низости, в его эгоизме, в его неспособности видеть в других людях не объекты для удовлетворения своих желаний, а равных.
— Мирон, — Оксана говорила тихо, но твердо, — я уже все решила. Ты сам выбрал свой путь. Ты сам сделал себя таким. А я только теперь обнаружила, что ты из себя представляешь.
Мирон молчал, понимая, что жена непреклонна.
— И еще: я бы на твоем месте озаботилась поиском хорошего адвоката. Кристина может в любой момент заявить на тебя. Все доказательства у нее есть.
Оксана повернулась и вышла из комнаты, оставив его наедине с его лживым раскаянием.