Много вы знаете следователей, которые дали показания в защиту подследственного ? Причем не в сериалах.
Да-да, я тоже. В смысле мало настолько, что краснокнижный случай. Оттого и пример исключительной порядочности. Поскольку дело не завершено, то ниже без подробностей.
По тяжким составам мой подзащитный, - если казённым языком, - оказал содействие расследованию. Если человеческим языком, когда пришли люди в форме, написал явку с повинной и подробные признательные показания, привёз вещдоки, подтвердил содержание переписки. Можно по-разному оценивать Следком, но дело было прекращено, потому что примечание к соответствующей статье в УК дало такие основания. Ещё раз: два эпизода по тяжким составам, законное решение со ссылками на нормы права, никто никому не носил денег и не советую этой похабщины.
Нормальный адекватный следователь (адвокат тем более!) должен видеть в процессуальном оппоненте не личностные аспекты, а напарника по марафону. Любой марафон бегут головой, а не эмоциями. Понимаете? Настрой на результат, а не спринтерские хотелки. Иногда фигурант или его родственники требуют, чтобы адвокат строчил жалобы в ООН-президенту-еспч и считал правоохранителей чуть ли не стороной вендетты. Бред чаще всего, за некоторыми исключениями.
Прекращение дела в той ситуации – это понимание следователем того, что по-настоящему важно. И понимание стороной защиты, что встать в позу «я д’Артаньян» неполезно и непродуктивно в ряде случаев. Рабочий диалог с правоохранителем без панибратства – это нормально.
А вот дальше, спустя несколько месяцев после прекращения дела, начались интерпретации закона со стороны местного надзорного органа. Под конец статистического периода, на ровном месте прокуратура вопреки срокам на проверку дела отменила абсолютно законное его прекращение и царской волей повелела направлять его в суд.
Сказать, что мой подзащитный удивился – ничего не сказать. Казалось бы: сделал всё что мог и даже больше, посыпал голову пеплом, раскаялся и лично привёз доказательства. Есть прямая норма в законе, позволяющая освободить от ответственности – значит, правоприменитель может учесть.
Но следственный орган учёл, а прокурор решил переиначить. Орган расследования что может в такой ситуации? Верно, никто не хочет ссориться с прокурором. И тогда защита заявила ходатайство, которое сызнова оканчивавший дело следователь удовлетворил.
Он (точнее, она) допросила следователей, которые на первоначальном этапе собирали доказательства. Три человека, в том числе уже не работающие в системе Следкома, подтвердили, что сведения от моего доверителя были важны, и он действительно оказал им содействие в расследовании.
То есть свидетелями по делу являлись (!) следователи, допрошенные по ходатайству защиты (!!), и их показания в пользу (!!!) обвиняемого.
Новые показания читал с искренним уважением. За весь период работы вокруг следствия с 1997 года я ни разу не видел такого. Смягчающие обстоятельства – это безусловный плюс для подсудимого.
А человечность, которую проявили следователи, стоит гораздо больше всего остального.
Пс. Кто-то скажет, мол, так не бывает. А практика шепнёт: случается и не такое. Доверитель на подписке, дело слушается в суде.
Статья понравилась?
Мне приятно видеть подписку и обратную связь, причём любую. Пишите в комментариях, согласны или не согласны, как прошло общение с адвокатом, полицией или СК, и чем это завершилось.
#адвокат
#159
#161
#162
#199
#201
#204
#285
#286
#293
#уголовноеправо