На днях Валдис Пельш в беседе с Лаурой Джугелией с ностальгией вспоминал о программе «Розыгрыш» — мол, как весело и ярко это было. Помните такое шоу? Яркие сценки, знаменитые гости и их неподдельные реакции.
Возьмем, к примеру, случай с Николаем Дроздовым. Пельш сам признал, что это был самый провальный розыгрыш. «Выяснилось, что разыгрывать дядю Колю нельзя, — рассказывал ведущий. — Зритель нас подверг такой волне народного гнева, что стало понятно — мы перешли черту».
И правда — как можно было решиться на шутку над человеком, который для миллионов стал символом доброты?
Когда на экране этот мудрый, бесконечно деликатный человек попадал в нелепую ситуацию, это вызывало не смех, а чувство стыда. Не веселье, а ощущение, что ты случайно стал свидетелем чего-то постыдного.
Когда шутка ранит больнее правды
А помните историю с Александром Абдуловым? Команда Пельша решила обыграть его любовь к собакам. Сценарий казался безобидным, но случилось непредвиденное: «У него за две недели до этого умерла собака любимая. И он был очень расстроен. И мы его, а мы этого не знали», — вспоминал Пельш.
Представьте себе эту ситуацию. У человека горе, а его заставляют участвовать в шутке, которая бьет точно в больное место. Абдулов потом подошел и спросил: «Ну вы, конечно, гады, вы же знали». Ему ответили: «Саш, ну честно, прости, ну вот, ну не сном, не духом. Ну так совпало».
Вот это «совпало» и есть главная проблема всего шоу. Задумывались ли создатели, что их «безобидные» розыгрыши могут совпасть с чьей-то личной трагедией? Что человек, согласившийся на съемки, может переживать сложный период? Нет, конечно — ведь главным был смех, а не люди.
Слезы вместо смеха: истории, которые не показывали в эфире
Были в программе и откровенно жестокие моменты. Пельш признавался: «Розыгрыши, которые получались злыми, их не показывали». Но как определяли эту грань? Оказывается, сценарий мог казаться безобидным, а на деле превращался в издевательство.
Например, розыгрыш с Дмитрием Маликовым. У музыканта были проблемы с внутриглазным давлением, а его поместили в ситуацию, где все вокруг начало менять цвета.
«Платье какого цвета? Красного. Как красного? Зеленый», — такие диалоги заставляли его думать, что начались проблемы со зрением. Не смешно, правда? Человек испытывал настоящий страх, а это подавалось как развлечение.
А как насчет Даны Борисовой?
Её розыгрыш был построен на имитации авиакатастрофы. Девушку поместили в «падающий» самолет, где тряслось кресло, гас свет и срабатывали аварийные сигналы. Кадры, где у Даны тряслись руки и был настоящий ужас в глазах, сложно назвать юмором.
Это была игра на самых глубоких страхах человека. После съемок она признавалась, что долго не могла прийти в себя и боялась летать.
Совсем другую реакцию показала Ксения Собчак.
Её розыгрыш был построен на похищении — вооруженные люди ворвались в её гримерку и потребовали следовать с ними. В отличие от других участников, Ксения не растерялась. Её реакция была молниеносной: «Тебе и твоему шейху яйца оторвут!».
Пельш позже признавался, что после этого случая стал относиться к ней с большим уважением. Но интересно другое — зрители требовали для неё «ещё более жёстких» розыгрышей, словно проверяя её на прочность. Почему-то именно на её примере общество решило, что можно снять все ограничения.
Испытание славой: Наташа Королева и цена доверчивости
Отдельного разговора заслуживает история с Наташей Королевой. Её розыгрыш был построен на тонкой психологической манипуляции — певице устроили проверку на верность своему директору. По сценарию, директора якобы «похитила» полиция, чтобы надолго упечь за решетку. Наташе предстояло срочно найти и «спасти» своего сотрудника.
Камера фиксировала, как артистка в состоянии настоящей паники металась по незнакомому дому. Волнение, растерянность, искреннее желание помочь близкому человеку — всё это подавалось как развлечение. Самое неприятное в этой истории то, что лучшие качества Королевой — её преданность команде и готовность прийти на помощь — были использованы против неё.
После розыгрыша Наташа не смогла сдержать слёз облегчения, но в её глазах читалась и глубокая обида. «Я действительно волновалась, — признавалась она позже. — Когда твой близкий человек в беде, не до шуток». Разве можно считать такое «развлечением»? Это был классический пример того, как программа переходила грань между юмором и психологическим насилием.
Что на самом деле показывал «Розыгрыш»
Если отбросить всю мишурную шелуху, программа демонстрировала простую истину: есть люди, которых общество готово защищать (как Дроздова), и есть те, на чьих страхах и слабостях можно зарабатывать рейтинги.
Тот же Пельш рассказывал о случае, когда участник «бросил человека в лесу». Этот розыгрыш стерли — потому что он показывал героя с неприглядной стороны. Но разве это не лицемерие? Одно дело — показывать искренние эмоции, другое — провоцировать людей на проявление худших качеств.
Да, были и удачные, по-настоящему остроумные розыгрыши. Тот же номер Николаем Басковым или с Алексеем Ягудиным, где тому подменили друга на гибкого йога — простой, изящный и действительно смешной. Но таких было меньшинство.
Могло бы шоу выжить сегодня?
Пельш считает, что да — новые технологии открыли бы фантастические возможности. Но я в этом не уверена. В наше время, когда психическое здоровье и личные границы наконец-то стали считаться чем-то важным, такое шоу вряд ли получило бы одобрение.
Мы стали более внимательно относиться к тому, что может ранить другого человека. Понимаем, что чужой смех не стоит чужих слез. И что над некоторыми вещами — как бы заманчиво это ни выглядело — шутить нельзя в принципе.
Истории Даны Борисовой, Наташи Королевой и других участников показывают: за «смешными» кадрами часто скрывались настоящие человеческие драмы. И если сегодня подобные форматы почти исчезли с телеэкранов, возможно, это говорит о нашем взрослении как общества.
А как вы считаете?
Вспомните ли вы случаи, когда розыгрыши в вашей жизни заходили слишком далеко?
И над какими человеческими качествами или слабостями, по-вашему, шутить недопустимо?
Больше подробностей в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. Заглядывайте!
Если не читали: