Анастасия Ростовцева из Искитима Новосибирской области готовила праздничный ужин: пахло ванилью и свежей выпечкой. День был особенным – ровно год свадьбы. Торт уже остывал на подоконнике, муж накрывал на стол, и ничто не предвещало беды.
Вдруг голова закружилась, в ушах зазвенело. Давление подскочило выше 170, потом 190, потом 210. Анастасия не чувствовала боли — только странное спокойствие и легкое головокружение. Скорая примчалась быстро. Врач, взглянув на тонометр, коротко бросил: «Едем прямо в перинатальный, экстренно».
КРОШЕЧНАЯ, ПОЧТИ НЕВЕСОМАЯ
Как рассказывает «КП-Новосибирск», в операционной все произошло молниеносно. Наркоз. Тьма.
Очнулась она уже в палате. Рядом стояла врач и тихо улыбалась:
- Поздравляю, у вас дочь.
- Как дочь? - не поняла Анастасия. - Я же ничего не рожала…
1 октября, на 28-й неделе, появилась Дарина. Вес – 950 граммов. Крошечная, почти невесомая, она сразу попала в инкубатор, под капельницы и датчики.
Первая встреча матери с ребенком была через стекло бокса. Анастасия еле стояла на ногах после кесарева и гипертонического криза, но все равно пришла.
«Я смотрела на нее и понимала: это мой ребенок. Надо бороться. Хоть как-то», - вспоминает она.
СЛУШАЛИ И ПЛАКАЛИ
Прикоснуться к девочке было нельзя. Обнять – тоже. А вскоре маму выписали домой, в Искитим, а Дарина осталась в новосибирской реанимации. Между городами – 60 километров.
Тогда врачи предложили необычное решение: записать голос мамы. Чтобы ребенок слышал ее даже на расстоянии.
Анастасия выбрала колыбельную Умки – ту самую, про медвежонка, который ищет друга в снежной тишине. Пела она сипло, едва слышно: после ИВЛ горло саднило, голос пропадал. Но пела.
В отделении эту запись включали каждый день. Медсестры потом признавались: сами заслушивались и плакали.
Молоко почти пропало от стресса и лекарств. Но Анастасия сцеживала по каплям — буквально по 5–10 мл за раз. Каждый день кто-то из родных вез эти крошечные контейнеры в Новосибирск, за 60 километров. А также мама передавала записки на обрывках бумаги: «Дариночка, кушай хорошо, мама старается». Или: «Расти, будешь усы кошке выдирать, мы тебя ждем»
Медсестры затем читали эти слова вслух над инкубатором.
БЕГАЕТ И ПОЕТ ТУ ЖЕ КОЛЫБЕЛЬНУЮ
Девочка крепла. Сначала 1000 граммов, потом 1200, 1500… Ее перевели из реанимации в обычную палату. Родителям сказали: «Можно брать на руки». Но тут снова беда – началась пандемия. У Анастасии положительный тест на ковид, к ребенку, естественно, нельзя. Так первым Дарину взял на руки папа.
«Он потом рассказывал, что дрожал, как в первый раз машину водил. А я ждала ещё шесть дней, пока мой тест не стал отрицательным», - вспоминает молодая мама.
Она до сих пор помнит, как впервые прижала дочь к груди: теплая, легкая, настоящая.
Сейчас Дарине три года. Она бегает, поет ту же колыбельную Умки (уже своим куклам), дергает кошку за усы и совершенно не отличается от других детей.
Маленькая девочка, родившаяся весом меньше килограмма, выжила благодаря врачам, каплям маминого молока, записанному на телефон голосу матери и словам на клочках бумаги. Она справилась и теперь стала большой радостью для своей мамы.
Авторы: Рустам МАКСЮТОВ, Вадим АЛЕКСЕЕВ.
«Глядя на них, забываешь о проблемах»: счастливая мама 10 детей о самом главном в жизни