26 ноября 1894 года (14 ноября по старому стилю) состоялось венчание императора Николая Александровича с великой княжной Александрой Фёдоровной (принцессой Викторией Алисой Еленой Луизой Беатрисой Гессен-Дармштадтской). Этого дня молодые с нетерпением ждали. После смерти Александра III в ходе семейных переговоров было решено прервать годичный траур по покойному императору на один день и провести церемонию в день рождения вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны. В письме своему брату Георгию Александровичу Николай II позже писал: «День свадьбы был ужасным мучением для неё и меня. Мысль о том, что дорогого, беззаветно любимого нашего Папа не было между нами и что ты далек от семьи и совсем один, не покидала меня во время венчания; нужно было напрячь все свои силы, чтобы не разреветься тут в церкви при всех. Теперь все немного успокоилось – жизнь пошла совсем новая для меня. <…> Я не могу достаточно благодарить Бога за то сокровище, какое он мне послал в виде жены. Я неизмеримо счастлив
26 ноября 1894 года (14 ноября по старому стилю) состоялось венчание императора Николая Александровича с великой княжной Александрой Фёдоровной (принцессой Викторией Алисой Еленой Луизой Беатрисой Гессен-Дармштадтской). Этого дня молодые с нетерпением ждали.
После смерти Александра III в ходе семейных переговоров было решено прервать годичный траур по покойному императору на один день и провести церемонию в день рождения вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны.
В письме своему брату Георгию Александровичу Николай II позже писал:
«День свадьбы был ужасным мучением для неё и меня. Мысль о том, что дорогого, беззаветно любимого нашего Папа не было между нами и что ты далек от семьи и совсем один, не покидала меня во время венчания; нужно было напрячь все свои силы, чтобы не разреветься тут в церкви при всех. Теперь все немного успокоилось – жизнь пошла совсем новая для меня. <…> Я не могу достаточно благодарить Бога за то сокровище, какое он мне послал в виде жены. Я неизмеримо счастлив с моей душкой Аликс и чувствую, что так же счастливо доживем мы до конца жизни нашей».
Александра Федоровна делилась переживаниями с сестрой Викторией:
«Церемония в церкви очень сильно напоминала мне ту, которая состоялась в 1884 году, только на нашей не было наших обоих отцов – и это было просто ужасно – ни отцовского поцелуя, ни благословения. <…> Ты можешь вообразить себе наши чувства. Один день в глубоком трауре, оплакиваем горячо любимого человека, а на следующий день в пышных одеждах встаем под венец. Невозможно представить себе больший контраст, и все эти обстоятельства сблизили нас еще больше».
Уже в конце года, 31 декабря, Николай II записал в дневнике:
«Тяжело было стоять в церкви при мысли о той страшной перемене, кот. случилась в этом году. Но уповая на Бога, я без страха смотрю на наступающий год – потому что для меня худшее случилось, именно то, чего я так боялся всю жизнь!
Вместе с таким непоправимым горем Господь наградил меня также и счастьем, о каком я не мог даже мечтать – дав мне Аликс».