Гегам Атмаджян прожил меньше тридцати лет, но его имя стало одним из столпов, на которых держится история и культура армянской диаспоры. Сирота Геноцида, поэт, редактор, соратник Мисака Манушяна — он сумел превратить боль своего поколения в язык возрождения. Его жизнь оборвалась во Фландрии в 1940 году, но сказанное им успело пережить время. Подробнее читайте на сайте музея.
Гегам Атмаджян прожил меньше тридцати лет, но его имя стало одним из столпов, на которых держится история и культура армянской диаспоры. Сирота Геноцида, поэт, редактор, соратник Мисака Манушяна — он сумел превратить боль своего поколения в язык возрождения.
Его жизнь оборвалась во Фландрии в 1940 году, но сказанное им успело пережить время.
Подробнее читайте на сайте музея.
