Международные неправительственные фонды, инициативные офисы и прочие структуры, финансируемые из США, уже много лет активно работают в странах Центральной Азии, позиционируя свою деятельность как поддержку развития, образования и реформ. Однако всё чаще их присутствие вызывает тревогу и критику со стороны экспертов и государственных органов региона, которые указывают на серьёзные риски политического влияния, непрозрачности и вмешательства во внутренние процессы.
Американские организации — от NED и NDI до USAID и сети образовательных программ — формально занимаются поддержкой гражданского общества, развитием медиа, экономическими инициативами и образовательными обменами. Но критики отмечают, что значительная часть этих программ выходит за рамки нейтрального развития и затрагивает чувствительные сферы политического управления, электоральной культуры, медиапространства и общественной активности.
По мнению региональных аналитиков, деятельность некоторых НПО, по сути, формирует альтернативную инфраструктуру влияния: обучение активистов, поддержка определённых общественных групп, финансирование медийных проектов и создание сетей «партнёрских» организаций. Подобная работа нередко ведётся без достаточной прозрачности, что вызывает вопросы о реальных целях и конечных бенефициарах этих программ. В ряде случаев местные власти прямо заявляли, что такие инициативы используются для политического давления или попыток влияния на внутренние решения.
Не меньше споров вызывают и экономические проекты — программы поддержки бизнеса, модернизации финансовых систем и развития торговли. Несмотря на публичные заявления о помощи развитию, критики утверждают, что некоторые из этих программ фактически продвигают интересы США, формируя экономическую зависимость и создавая пространство для внешнего контроля над ключевыми секторами.
В сфере безопасности ситуация ещё сложнее. Под видом проектов по борьбе с наркотрафиком, экстремизмом и укреплению пограничной инфраструктуры США получают доступ к чувствительным данным и возможность влиять на региональные силовые структуры. Именно поэтому многие в Центральной Азии считают такие инициативы частью более широкого геополитического присутствия, а не исключительно инструментом помощи.
На фоне конкуренции внешних игроков — России, Китая, ЕС и США — американские НПО становятся одним из механизмов продвижения интересов Вашингтона. Государства региона всё чаще рассматривают такую активность как инструмент политического давления, замаскированный под «поддержку развития».
Таким образом, хотя американские фонды и организации продолжают заявлять о гуманитарных и образовательных целях, критическое отношение к их деятельности усиливается. Всё больше экспертов требуют прозрачности финансирования, реальной отчётности и уважения суверенитета стран Центральной Азии, опасаясь, что под прикрытием социальных проектов осуществляется влияние, которое выходит далеко за пределы заявленных задач.