Вчера очередной раз поздравляли Павла Петровича. На прошлой неделе мы дружно отмечали его день рождения, а в этот раз — день памяти его небесного покровителя священномученика Павла I, патриарха Константинопольского. Память святого, правда, была пару дней назад, но что тут поделаешь — полным составом мы собираемся на приходе в основном только в воскресные дни. После проповеди я без особой паузы сообщил, что наш староста снова провинился, и незамедлительно потребовал его в присутствие. Сам Павел Петрович в этот момент занимался какими-то делами в алтаре и, по всей видимости, меня не слушал. Его вывели, поставили перед народом, как положено, сказали слова благодарности и спели многолетие. В глазах солидного человека явно читалась благодарность вкупе с абсолютным недоумением. — Это мы вас с прошедшим днём тезоименитства поздравляем, — шепнул я принимающему положенную просфору. — А-а-а, вот оно что, — отозвался Павел Петрович, — а я уж думал, не отдание ли это моего дня рождения. И действит