Глава 5 / Начало
Подмигнув сидящему на корточках у ворот мальчишке, Терешка зашагал вдоль по пыльной улочке, по ходу небрежно хлопнув лапищей по крупу лошадёнки. Лошадка, мирно жевавшая придорожную былинку, вздрогнула, как от удара током. Возмущённое животное фыркнуло, сделало маленький пируэт задними ногами и, недолго думая, лягнуло Терешку. Тот, впрочем, ожидал подобной подлости и проворно отскочил, усмехнувшись. А вот лошадь, поняв, что месть не удалась, решила смыть позор бегством и рванула с места, издав протяжное, обиженное ржание.
Возница же в этот блаженный момент предавался высоким мыслям. А именно — размышлял о том, как он зайдёт в кабак «У оплывшего свечника» и как будет потягивать медовуху, смакуя каждый глоток. Он сидел на дощечке, перекинутой поперёк телеги, лениво перебирая вожжи и кивая головой в такт своим сладким грёзам.
Резкий старт лошади в галоп стал для него полной неожиданностью. Мир перевернулся. Сиденье ушло из-под него с таким проворством, будто его и не было. Возница беспомощно взмахнул руками, описал в воздухе изящную дугу и шлёпнулся на спину прямиком в телегу, зарывшись лицом в мешок с овсом. Из груды тряпья и припасов торчали лишь его лапти, беспомощно бьющиеся в такт тряске. До Василисы донёсся не столько крик, сколько утробный вопль, приглушённый овсом: «Мать-перемать, какая ж си́ла подняла твою тушу?!»
Это происшествие отвлекло мальчишку, который лениво кидал камешки, стараясь попасть по курице, выискивающей что-то в придорожной пыли.
— Здорово! — восхищённо присвистнул мальчишка. — Во голова у Тёрехи варит!
— Так делать нельзя! — сдерживая смех, сказала Василиса. — Мальчишка глянул на неё недоверчиво, чуть наморщив нос. — Ты чего здесь? — снизила тон она.
— Лёньку жду, — ответил пацан, низко склонив голову.
И по тому, как он это сказал, Василиса поняла, что находиться в это время у ворот мальчишке не полагается. Пока Василиса соображала, с чего бы начать разговор, мальчик заговорил сам.
— Ну, не могу я вычислять. Деньги могу, цифири — не могу! Ну, посмотрел я у Лёньки, чего ухи-то сразу драть? Ты ухи не драла. Дьяк дерёт. — Он потрогал своё правое ухо. — Ещё и выгнал. А ты говорила, нельзя учеников наказывать! — он с надеждой посмотрел на Василису.
В это время ворота скрипнули, и в образовавшуюся щель просочилась худенькая девчонка в сером сарафане и ярко-зелёном фартучке. Её румяные щёчки были вымазаны чернилами, в руках она держала небольшую дощечку.
Девчонка глянула на мальчика, потом перевела взгляд на Василису и протянула ей дощечку. Та оказалась неожиданно гладкой. На её поверхности виднелись выцарапанные цифры — явно математический пример.
— А ты чего? — округлил глаза мальчишка. — Ещё же не время!
— Дьяк выгнал, — неожиданно красивым голосом проговорила девочка. — Вот, — указала она на дощечку, — где тут ошибка? Василиса, ну что, у тебя за дела? Ну, вернись в класс, мы теперь послушными будем. Вот ты мне скажи, где здесь ошибка. Он мне должен был указать на ошибку, а не гнать из классной комнаты! — топнула она ножкой.
А Василиса не на шутку испугалась. Как она проверит пример? Она в школе и сама кое-как перебивалась с тройки на четвёрку, бóльшую часть учебного года пропускала. Хотя в уме Василиса считала быстро и даже немного гордилась этой своей способностью. С замиранием сердца она перевела взгляд на дощечку и тут же успокоилась. Пример был лёгким.
— Тут скобки, — указала она девчонке. — Действие сначала в них.
— А я это у тебя чуть не списал! — подскочил к Василисе мальчишка, заглядывая на дощечку через её локоть.
— Где? — с другой стороны подошла девчонка.
Василиса ткнула пальцем, указывая.
— Ой! — девочка проворно затёрла надпись пальцем. — Я переделаю! — забрала у Василисы дощечку и принялась водить по ней заострённой палочкой.
«Прикольно», — подумала Василиса. И чиркать не надо, и куча тетрадей не требуется. Притащи в класс навощённую дощечку — это тебе и тетрадь по всем предметам, и дневник, и альбом для рисования.
— Лёнька! И за это мне дьяк ухо надрал!
— За то, что списываешь, — ответила девчонка.
— Почему Лёнька? — удивилась Василиса.
— Так Леонида я, — растерялась девчонка.
— Это имя мальчика, — наставительно произнесла Василиса.
— А мне, почему знать про имя? Меня дома Леонидой прозвали.
— Ты Леонидова дочь? — решила не сдаваться Василиса.
— Нет, — мотнула косой Леонида. — Кузнец Косой мой тятенька.
— А разве можно дразнить отца? — нахмурилась Василиса.
— Да я не дразнила! — на глаза Леониды навернулись слёзы.
— Правда-правда! — заторопился мальчишка. — Такое прозвище у него. Да ты в слободе спроси у любого, где Кузнец Косой живёт, тебе покажут. Лёньку там и увидишь. У моего бати прозвание Тим-Плевальщик. Потому как плевальщик он.
— Вы издеваетесь надо мной? — рассердилась Василиса.
Мальчишка отчаянно замотал головой, девчонка стояла и рыдала, тихо повторяя, что это её прозвище такое — Леонида.
— Это здесь чего? — раздался голос Бабы-Яги. — Чего несмышлёных до слёз довела? У-у-у! С Трёшкой пообщалась? А ещё Премудрая!
Бабка подхватила подол, лихо вытерла им носы ребятишкам и подтолкнула их вдоль по улице, выпроваживая.
— Ты чего к ним пристала? Или опять за обучение взяться решилась? — Бабка хитро глянула на Василису.
— А чего они мне врут? — возмутилась Василиса. — Девочку Лёнькой звать нельзя!
— Так какая разница, какое прозвище? — пожала плечами бабка. — Каким удобно, таким и кличутся. Замуж выйдет, другое дадут.
— Опять со своими прозвищами! — Василиса всплеснула руками. — Это не имя?
— Ах ты! — Бабка с досадой сплюнула. — Какой дурень тебе имя скажет? Ты что думала, Терёшку так именовали? — Василиса недоумённо кивнула. — Имя, данное богами, кроме его носящего и жреца, знать никто не смеет! Да ты что! А порчу кто наведёт? А колдун какой душу забрать решит? Да что ты! — Яга опять кокетливо махнула рукой. — А Терёшка — так, потому что вместо «ты» говорил «тё». От этого и пошло — Терешка. А кузнец действительно косой. Окалина лет семь назад в глаз ему попала, так и окосел. Да и все уже забыли, как его раньше прозывали.
— А я? — Василиса совсем растерялась.
— А ты чего? Ты — царская дочь! — Яга подняла палец вверх, словно это должно было что-то объяснить. В общем, у царской дочери имени нет. Поняла, Василиса? А если у неё такое прозвище, то и ничего, красивое. А имя настоящее, Василиса, наверное, знает.
Бабка схватила своими цепкими пальцами Василису за руку и потянула в терем, быстро говоря на ходу:
— Завтра ночью к Кощею пойдём. Не управлюсь я там одна. Вместе надо. И Терёшку с собой всё же брать придётся. А ну как сила мужская понадобится? Э-хе-хе... Где там моя девочка по лесу бегает? Горюшко... А ты! — Яга резко развернулась так, что Василиса врезалась старухе в плечо. — Изображай принцессу как хочешь. Никто! Слышишь! Никто не должен увидеть подмену! — Яга опять зашагала по крытой галерее вдоль закрытых дверей.
Василисе очень хотелось рассмотреть терем, но вредная бабка не отпускала её ни на минуту. Когда ещё выдастся возможность побывать в царских хоромах?
— А почему не сегодня? — спросила Василиса. Вообще-то она не собиралась ничего спрашивать у Яги, так уж само получилось.
— Я тебе чего? Самоубийца — идти в логово к Кощею неподготовленной? Зелье кое-какое надо приготовить. Да и разведку я туда послала. Придёт мышка, обстановку мне расскажет. — Яга опять остановилась, теперь уж Василиса была наготове и тоже вовремя встала, не врезавшись в бабку. — Не была я ни разу ещё в логове у Кощея. Где он обитает — знаю. Хода туда смертным нет. Вернее, выхода. — Баба-Яга вздохнула.
Василиса ничего не поняла, но вот тон бабки ей не понравился. Продолжение