Аня сидела на кровати и пыталась не заплакать. Сын Миша в очередной раз захныкал, женщина взяла его на руки и начала укачивать. Малышу шёл шестой месяц, у него резались зубки. Практически вся прошлая ночь прошла без сна. Ребёнок плакал, засыпал без сил, потом снова плакал. Муж Алексей помогал как мог, но под утро сам выглядел как выжатый лимон.
А сегодня приезжала свекровь. Тамара Васильевна из другого города раз в полгода наведывалась проверить, как живёт сын с невесткой. Каждый её визит превращался в экзамен. Дом должен был блестеть, ребёнок быть ухоженным, а стол ломиться от домашних яств.
Аня посмотрела на часы и ужаснулась. До приезда свекрови оставалось четыре часа, а на кухне пусто. Миша не слезал с рук, укладывать его бесполезно. Как только она пыталась положить сына в кроватку, он начинал орать так, что соседи стучали в стену.
Алексей вышел на кухню с заспанным лицом.
– Что будем делать? – спросил он. – Мама скоро приедет.
Женщина покачала головой.
– Не знаю. Готовить я не могу, Мишка с рук не слезает. Может, отложим визит?
Муж поморщился.
– Она билеты уже купила. Обидится, если отменим. Знаешь же её.
Аня знала. Свекровь умела обижаться профессионально. Один раз они попросили перенести визит на неделю из-за ремонта, так Тамара Васильевна две недели не брала трубку и потом полгода напоминала про неуважение.
– Тогда давай закажем готовую еду, – предложила женщина. – Есть один ресторан, они домашнюю кухню делают. Хорошую, качественную. Переложим в нашу посуду, она и не поймёт.
Алексей задумался. Идея казалась спасительной.
– Заказывай. Только всё самое лучшее бери, чтобы как дома выглядело.
Аня открыла сайт ресторана и начала выбирать. Оливье, селёдка под шубой, мясная нарезка, сырная тарелка, запечённая свинина с яблоками, рагу овощное, торт «Медовик». Сумма вышла приличная, но выбора не было. Она оформила заказ с доставкой через два часа.
Когда привезли контейнеры с едой, женщина принялась за работу. Переложила салаты в свои салатницы, мясо выложила на большое блюдо, украсила зеленью. Нарезки разложила по тарелкам, торт поставила на специальную подставку. Расставила на столе салфетки, достала красивые стаканы.
Алексей зашёл на кухню и присвистнул.
– Ничего себе. Как в журнале. Мама точно оценит.
Аня посмотрела на стол и почувствовала гордость. Действительно красиво. Свекровь должна быть довольна.
Тамара Васильевна приехала ровно в назначенный час. Вошла в квартиру, окинула взглядом прихожую, кивнула. Сын бросился её обнимать, она похлопала его по спине и прошла в комнату. Аня с Мишей на руках встретила её улыбкой.
– Здравствуйте, Тамара Васильевна. Рады вас видеть.
Свекровь оценивающе посмотрела на внука.
– Бледный какой. Не заболел?
– Зубки режутся, – объяснила Аня. – Плохо спал ночью.
Женщина кивнула и прошла к столу. Села, осмотрела блюда. Лицо её было непроницаемым.
– Ну что ж, давайте перекусим, я проголодалась после дороги.
Сели за стол. Алексей начал накладывать матери еду, та молча принимала тарелку. Попробовала салат. Взяла кусочек мяса, откусила. И вдруг замерла.
– Странное какое-то мясо, – сказала свекровь.
Аня насторожилась. Муж поспешно вмешался.
– Мама, Аня очень старалась. Вкусно же.
Тамара медленно положила вилку и посмотрела на невестку.
– Аня, а ты сама готовила?
Женщина почувствовала, как краска заливает лицо. Вопрос прозвучал как допрос. Она замялась, но решила не врать.
– Тамара Васильевна, понимаете, Миша всю ночь не спал. Я совсем без сил. Заказала готовую еду, но самую качественную. Из хорошего ресторана.
Повисла пауза. Свекровь медленно отодвинула тарелку. Лицо её окаменело.
– Понятно, – холодно произнесла она. – Современные жёны, значит. Нажала кнопку, привезли, разложила по тарелкам. И это называется встречать мать мужа?
Алексей попытался защитить жену.
– Мама, ну что ты. Главное же, что вкусно. И стол красивый. Аня постаралась.
Тамара повернулась к сыну.
– Алексей, еда из ресторана – это как чужой подарок подарить. Без души, без уважения. В нашей семье всегда сами готовили. Своими руками. Это забота, понимаешь? А тут что? Заплатила деньги и думает, что молодец.
Аня злилась, это было несправедливо. Она практически всю ночь не спала с ребёнком. Потом час раскладывала еду, украшала, сервировала стол. А в ответ получает упрёки.
– Я хотела как лучше, – тихо сказала она. – Миша с рук не слезает. Как я могла готовить?
Свекровь поджала губы.
– А как наши матери готовили? С детьми на руках. И ничего, справлялись. Не хныкали, что устали. Это называется быть хозяйкой. А не потребителем услуг.
Мужчина попытался ещё раз вступиться за жену.
– Мама, ты несправедлива. Аня устала. Ребёнок болеет. Мы просто не хотели тебя разочаровать – полон стол еды.
Тамара встала из-за стола.
– Дело не в количестве еды. Дело в отношении. Я приехала к семье, а не в ресторан. Хотела почувствовать заботу невестки, а не повара из кулинарии.
Она взяла сумку и пошла в комнату. Алексей растерянно посмотрел на жену, та опустила глаза. Миша заныл, женщина прижала его к себе.
Остаток дня прошёл в натянутой атмосфере. Свекровь сидела в комнате, сын пытался её развеселить. Аня кормила и укладывала ребёнка, избегая встречи с Тамарой Васильевной. Стол с нетронутыми блюдами стоял как памятник её провалу.
К ужину женщина попыталась загладить вину. Сварила суп, пожарила котлеты. Всё сама, своими руками. Позвала свекровь к столу. Та пришла, молча съела порцию и ушла обратно в комнату.
На следующий день Тамара Васильевна уехала. Попрощалась сухо, сыну сказала, что позвонит. На Аню даже не посмотрела. Когда за свекровью закрылась дверь, женщина почувствовала облегчение и горечь одновременно.
Аня подошла к мужу.
– Извини, – сказала она. – Я, правда, не хотела её обидеть.
Муж пожал плечами.
– Знаю. Но для неё это важно, понимаешь? Домашняя еда, своя. Это какой-то символ что ли.
– Я понимаю. Но я же не могу разорваться. Ребёнок капризничает, я не спала. Разве важно, кто готовил? Важно, что стол накрыт, всё вкусно, красиво.
– Для нас с тобой да. Для мамы нет. Для неё это проверка. Справляешься ли ты с ролью жены и матери по её меркам.
– То есть я не справилась? Потому что заказала еду вместо того, чтобы три часа стоять у плиты с орущим ребёнком на руках?
Алексей вздохнул.
– Я не это имел в виду. Просто мама такая. Ей важны традиции, старые порядки. Домашняя еда – для неё это про заботу.
Женщина встала и подошла к холодильнику, открыла его и посмотрела на остатки ресторанных блюд. Дорогих, качественных, приготовленных профессионалами. Которые свекровь даже не стала есть, потому что они были неправильные. Не домашние. Не с душой.
– Знаешь, – тихо сказала Аня, – я целый час раскладывала эту еду. Украшала, сервировала. Старалась, чтобы всё выглядело идеально. Это тоже забота. Просто другая.
Муж подошёл и обнял её.
– Я знаю. И я ценю. Просто мама не понимает.
Женщина прижалась к нему и закрыла глаза. Ей хотелось плакать от обиды и усталости. Всю ночь с больным ребёнком, потом суета с заказом и оформлением стола. А в итоге упрёки и холодное молчание.
Через неделю свекровь позвонила. Говорила с сыном, спрашивала про внука. Про Аню не упомянула ни слова. Как будто невестки не существовало. Женщина слушала разговор мужа и понимала, что для Тамары Васильевны она провалила экзамен. Не соответствовала образу идеальной жены, который свекровь держала в голове.
Женщина подумала: «Ну, и пусть обижается». В следующий раз она снова закажет готовую еду, если будет нужно. Потому что здоровье ребёнка и её собственное важнее чужих представлений о правильной жене. Даже если эти представления принадлежат свекрови.