С первого взгляда могло показаться, что от реки к костру не идет, а движется едва касаясь земли балахон, напоминающий по форме человека. Если кто и скрывался внутри одеяния, то наверняка определить было невозможно. Лицо оставалось в тени капюшона, рукава скрывали кисти рук, а подол, изрядно потрепанный, скользил по росистой траве.
Однако острый взгляд Максимова все же заметил неровную поступь человека, прихрамывающего на правую ногу. И голос, если и не показался знакомым, то навевал неясные ассоциации, причем связанные с событиями недавними. Остальные присутствующие, Дятел, Дедок и Петр Бугров замерли в ожидании. Да и вытекший Салават притих так, могло показаться, что испустил дух. В этот момент о Макаре почему-то не вспомнили, наверное не считали пацана за взрослого.
Капитан на первый взгляд стоял спокойно, так казалось. ПМ не давал покоя, каким-то образом давал о себе знать, казался тяжелее, источал теплоту. Рука так и тянулась к рукоятке пистолета, хотела выхватить его из кобуры, спрятанной под курткой. Только Максимов четко усвоил одно правило - достал оружие, стреляй. В данном случае такой необходимости не было, может и стрелять было не в кого.
- Что притихли? - Балахон остановился у головы Салавата, помедлил секунду, две. Потом длинные рукава с шумом взметнулись вверх, порождая ветер, и скинули капюшон балахона на плечи неясного создания.
- Рафик! - Первым незнакомца узнал Максимов.
Им оказался тот самый Рафик Гаязов, бомж, рыбак, обитавший в развалюшке у деревни Песынки на той же речке Толге. Рядом с этой деревней и были обнаружены трупы начальника милиции Сибаева и его названного брата Сеньки.
- Я, начальник, - Рафик виновато взглянул на Максимова. - Не мог по-другому.
- Бывает, - капитан пожал плечами. - Спасибо, что выручил, палка пригодилась… Иначе бы пропал.
- Не за что. - Похоже Рафик извиняться и не думал.
Максимов и Гаязов разговаривали, а остальные не вмешивались, не вполне понимая, что происходит.
- В который раз тебя вижу, а ты все разный… - удивился Максимов.
- Голос?
- Голос что… Человек совсем другой.
- Не от меня зависит… - Рафик больше отнекивался, не объясняя сути. - Да и тебя, начальник, не знал. С первым встречным не хотел откровенничать.
- Ну, если так… А это кто? - Капитан кивнул на Салавата. Похоже умирать тот и не думал, лежал тихо, слушал.
- Так атаман речников, - не вытерпел Бугров. - Меня к нему приводили…
- Я у них атаманом… был, - заявил Рафик. - Можете не верить.
- Почему не верить, - Максимов строго посмотрел на брата, мол не мешай, потом на Дедка, понял, что тот из старожилов Камских речников.
Дедок не ответил, только кивнул согласно головой.
- Банда у нас появилась, прослышали про Салаваткин клад, за ним и охотились. Мне что было делать… Клятву нарушил, ватагу бросил… испугался за жизнь свою поганую. Но платить все равно придется… И суд тот пострашнее будет любого человеческого. - Рука Рафика потянулась, чтобы перекреститься, но остановилась, не посмел.
- Серебряные монеты? - Спросил Максимов, не стал бить Рафика по больному месту.
- Они самые. Сенька, Божий человек, по доброте душевной Салавату о кладе рассказал… за то и поплатился.
- А Сибаев?
- Что Сибаев… То ли от матери прослышал, боялась она за сына… Да тут еще записки Сенькины. Зулька их переписывала, сама не знала зачем…
- У меня ее блокнот…
- И что он ей писал?
- Не успел прочитать, - Максимов покачал головой, а про себя подумал, - не пропал бы блокнот. - Так он и остался в кабинете, скорее завалился за спинку дивана, на котором капитан и спал первую ночь в милиции. - А Зульфию ранили, может и блокнот искали…
- В общем, где клад Салавата, они не знают, - продолжил Рафик, - а то бы…
- Согласен. Если бы нашли монеты, им здесь делать больше нечего. Так, Салават?
- Сдаюсь, начальник… - прошептал самозванец. - Все расскажу…
- Жить хочешь?
- Хочу…
- Сибаева и Сеньку вы порешили?
- Костоправ, я не хотел…
- И меня Костоправ? - Усмехнулся Максимов, - В пещере ты командовал.
- Виноват, начальник…
- Ладно, разберемся. Крови в тебе на стакан осталось.
- В чемоданчике у Костоправа, - бандит дышал с трудом, - пузырек с черной жидкостью… дай хлебнуть.
- Ну как, дадим? - Максимов обвел взглядом всех, но спросил больше у Рафика, настоящего атамана.
- Жить хочет… - согласился атаман.
- Жить-то ему после приговора всего ничего, - добавил и Дятел. - Вышак тебе ломится!
- А вдруг, - прошептал Салават, видимо надеясь на пятнашку.
Пузырек с черной жидкостью в чемодане Костоправа нашли. На нем была приклеена бумажка с черепом и двумя перекрещивающимися костями. Так обычно обозначали яд. Но Салават отхлебнул из него и закрыл глаза. Как бы не было, но минут через пять на щеках бандита появился румянец, да и сердце забилось почаще.
- Будет жить, - заметил Максимов.
- Связать его надо, - предложил Дятел, в таких делах опытный. - Дедок, у нас веревка была.
- Вот она, - Дедок принес веревку. Бандита на всякий случай связали по-хитрому, если бы начал дергаться, то зaдушил себя, и отнесли в шалаш.
- Дедок, а ты что, про бандюков этих ничего не знал? - Спросил Дятел у своего напарника.
- Знать-то знал, да говорить не велено было, - Дедок посмотрел на Рафика. - Правильно?
- Верно говоришь, дед, - согласился бывший атаман.
- Ну мне бы намекнул, - добавил Дятел. Рафик и определил его на остров к Дедку.
- Сход Камских речников надо созывать, - предложил дед, - нового атамана выбирать. Может тебя Рафик опять во главе нашей ватаги поставят.
- Не пойду на сход, мне дорога в другую сторону. И сюда пришел, чтобы сказать про это. Позвали меня на суд не людской, не Божий, так что прощайте. - Рафик поднялся с бревна, на котором сидел и посмотрел в сторону реки. - Вот и за мной.
К берегу пристала лодка, обычная деревянная. На веслах сидел Захирка, перевозчик из нашего мира в другой мир, никому доселе неизвестный. Рафик накинул на голову капюшон и как-будто снова превратился в бестелесный призрак. Балахон проплыл над травой, она даже не примялась. А Максимов в этот раз приметил, что хромота на правую ногу пропала. Толгу вдруг затянуло туманом, а когда он рассеялся, то лодки уже не оказалось, как и не было никогда.
- Так что это, мы без атамана остались? - Заговорил первым расстроенный Дедок.
- Нового выберете, настоящего речника, не проходимца какого, - успокоил Максимов.
- Может ты попробуешь? - Спросил дед у Федора.
- И у меня своя дорога, - Дятел вдохнул и выдохнул с облегчением, как вышло из него что-то лишнее и чужое. - Сын у меня есть… заждался отца. К дружку закадычному подадимся, там артель из бывших каторжан. Вместе все сподручнее…
- Может мне попробовать… атаманом стать? - Вдруг предложил Петр Бугров. - Как ты думаешь, Дедок?
- Почему нет, ты нашенский, рЕчник, правда с Волги. Но законы нашего народа и там и на Каме одинаковы.
- Брат, ты как Думаешь?
- Тебе решать, - Максимов не стал советовать, соглашаться или отговаривать, не имел такого права, как представитель власти.
Получалось, что на Волге и Каме обитали люди без документов, не граждане страны, находились на полулегальном положении. Если рЕчники и не совершали преступлений, то существовали на случайные заработки, женились, рожали детей, жили по своим законам, по сути по понятиям, пусть и справедливым.
- Мы согласны, - рядом с Петром тут же оказалась его жена Ирма и две их дочери.
- Макарка где? - Отец снова забеспокоился о сыне.
- Здесь останусь, - Макар как из-под земли возник. Он и был чумазым, перемазанный глиной. Уговаривать его плыть вместе с семьей было бесполезно.
- За сыном присмотришь, брат?
- О чем разговор, - Максимов конечно согласился, но не знал, что из этого могло получиться. - А вам, рЕчникам, с враждой между Волжскими и Камскими надо заканчивать. Делить-то что?
- Да по сути и нечего… - согласился Петр Бугров. - Из старого времени эта вражда. Ты как думаешь, Дедок?
- Может, начальник и прав. Скажи на круге, могут поддержать.
- А ты?
- А что я… думать надо.
В этот момент послышался рокот моторок. Были они еще далеко, но приближались. РЕчники тут же засобирались, да собственно и собираться им было нечего, веревки отвязать. Пять минут и берег реки опустел, плавучие островки как исчезли. Не любили рЕчники лишних встреч и разговоров с посторонними. Да, другие люди и оставались для них чужими. Макарка исчез мгновенно, еще до того, как островки отчалили. Дедок бросил Дятлу его мешок с пожитками, когда островок отошел от берега уже метра на два. Вот и все.
- И мне, начальник, пора, - Дятел закинул сидор за спину и ушел.
- Спасибо! - Крикнул ему вслед Максимов, но каторжанин даже не оглянулся.
- Не за что, - вроде долетело от быстро уходящего Дятла, не хотел лишний раз встречаться с представителями закона, хотя с документами было все в порядке. А Максимова если и не считал своим, то уважал за понимание и человечность. Редко такие люди Дятлову по жизни попадались.
Минут через десять из-за поворота реки показались три моторки, шли на максимальных оборотах. На первой стоял с биноклем в руке Косачев, заместитель Максимова по Усинскому отделу милиции. Капитан помахал рукой, и его заметили, лодки сбавили ход и скоро причалили к берегу.
Первым загрузили Салавата, он был без сознания, но дышал ровно. Потом достали трупы из пещеры. В общем дальше начиналась обычная рутинная работа следствия.
------------------------------------------------------------------------------
Ставьте лайки, пишите комментарии, делитесь ссылками в соцсетях. Это поможет большему числу читателей увидеть произведения автора.
Окажите автору посильную помощь. Перейдите по ссылке ПОДДЕРЖАТЬ. Оплата безопасна и производится через СБП (по номеру телефона) или с банковской карты.
--------------------------------------
Следующая глава ЗДЕСЬ
1 глава, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44, 45, 46, 47, 48, 49, 50, 51, 52, 53, 54, 55, 56, 57, 58, 59, 60, 61, 62, 63, 64, 65, 66, 67, 68, 69, 70, 71, 73
---------------------------------------
ОГЛАВЛЕНИЕ ПРОИЗВЕДЕНИЙ О МАКСИМОВЕ