Доля простолюдинок в царской России была незавидна: в лучшем случае их ждали несколько классов начальной школы, чтобы кое-как умели читать и писать, и раннее замужество, в котором начиналась беспросветная работа по хозяйству и бесконечное рождение детей. Деревенские девушки при этом ещё должны были трудиться в поле, а городские – на фабрике. Мало кому удавалось вырваться из этого замкнутого круга. Но были и такие. Одной из них суждено было стать Антонине Пальшиной.
Родилась будущая героиня 8 января 1897 года в удмуртской деревне Шевырялово Сарапульского уезда Вятской губернии в бедной крестьянской семье. Она успела окончить три класса церковно-приходской школы, как не стало родителей. Тогда девушка перебралась к старшей сестре в Сарапул, где поступила в швейную мастерскую. Но денег едва хватало, чтобы сводить концы с концами, и Тоня махнула в Баку на заработки. Здесь ее и застала война.
Повинуясь патриотическому порыву, Антонина решилась на неожиданный поступок: пойти на фронт. И хотя женщин в армию тогда не брали, девушку это не остановило: она купила на рынке поношенное солдатское обмундирование, отрезала девичью косу, переоделась парнем и в сентябре 1914 года явилась на призывной пункт добровольцем, где назвалась Антоном Пальшиным.
При этом, девушка даже не догадывалась, что поступает точь-в-точь как ее знаменитая землячка Надежда Дурова, героиня войны 1812 года, которая также переодевшись в мужскую гусарскую форму, отправилась на фронт бить французов.
Пройдя инструктаж по боевой подготовке, Пальшина вместе с остальными новобранцами была направлена на Кавказ в кавалерийский полк. Воевала Антонина отчаянно: мчалась в конные атаки, не зная страха, а однажды, во время штурма турецкой крепости Гасанкала ей удалось совершить настоящий подвиг. Командир эскадрона был сражен пулемётной очередью, и тогда Антонина, видя растерявшихся солдат, выхватила шашку и повела бойцов на вражеские траншеи. Завязалась кровавая рубка, а девушка упала на руки товарищей с простреленным плечом.
В лазарете, естественно, ее тайна была раскрыта, и все в полку с удивлением узнали, что «лихой Антошка» – девица. После выздоровления в начале 1915 года Пальшина не рискнула возвращаться в тот же полк, поскольку там уже знали ее секрет и запросто могли выгнать взашей. Поэтому она решила пробираться на Юго-Западный фронт. Вот только в пути ей крупно не повезло.
На одной из станций девушка попыталась было прошмыгнуть за кипятком, как ее тут же крепко схватил за локоть дюжий полицейский. Он доставил перепуганную Антонину в жандармский участок, где ей был устроен самый настоящий допрос. На девушку градом сыпались вопросы, но она точно воды в рот набрала. Дело в том, что полицейские разыскивали турецкого шпиона, и поведение «странного парня» показалось им подозрительным. Жандармы приступили к обыску, и тут обнаружилось, что «парень» - женского пола. Это ещё больше все запутало, и Антонину под конвоем доставили в Москву для выяснения личности «странной девицы». Военное начальство во всем разобралось и приняло решение отослать Пальшину обратно в Сарапул – чего Антонина как раз и боялась больше всего, от этого и упорно молчала на допросах.
Казалось, военные приключения Антонины подошли к концу. Но тут совершенно неожиданно в сарапульской газете «Прикамская жизнь» вышла статья, в которой Пальшину называли «новой кавалерист-девицей», сравнивая ее с прославленной Надеждой Дуровой.
Из скрывающейся беглянки Антонина Пальшина в один миг превратилась в народную героиню. В ее честь местные купцы и промышленники давали торжественные приемы, ее приглашали на званые обеды, а дочь градоначальника, проникнувшись желанием Антонины вернуться на фронт, устроила девушку на курсы сестер милосердия, после которых она попала на тот самый Юго-Западный фронт, куда так стремилась, только не на передовую, а в прифронтовой госпиталь города Львова.
За ранеными Антонина ухаживала самоотверженно, дежуря в госпитале целыми суткам. Но по ее мнению, этого было ничтожно мало для помощи фронту. Ее же неудержимо влекло на линию огня, в окопы, туда, где шли бои, рвались снаряды и истекали кровью бойцы.
И скоро случай представился. В ее смену скончался молодой солдат, и Антонина тут же воспользовалась его формой и в первую же ночь оставила госпиталь. В течение двух суток девушка шла пешком на звуки артиллерийской канонады, после чего ей удалось пристать к обозу, везущему на фронт провизию Вместе с очередным пополнением Пальшину направили в 75- пехотный Севастопольский полк 8-й армии Юго-Западного фронта.
В этот раз правда всплыла даже без ее попадания в лазарет: на исповеди перед боем Антонина не смогла солгать священнику, и скоро пикантная подробность разлетелась по всему фронту. Конфуз дошел до самого генерала Алексея Брусилова, который приказал оставить боевую девицу в строю.
Скоро Пальшиной и еще одному бойцу в сопровождении командира взвода было поручено сделать вылазку в окопы неприятеля и добыть «языка». Впереди маячил вражеской часовой. Командир оглушил австрийца, но тот каким-то чудом удержался на ногах и даже успел вскрикнуть. В ту же секунду он был сбит с ног мощным ударом крестьянского женского кулака, после чего Антонина моментально заткнула ему рот кляпом. Вражеский солдат был взят в плен и успешно доставлен в штаб полка, а геройская девушка заработала очередную похвалу от начальства.
Осенью 1915 года за проявленные мужество и отвагу при штурме высоты на реке Быстрице приказом командующего 8-й армией генерала А.А. Брусилова Антон Тихонов Пальшин (он же Антонина Тихоновна Пальшина) был представлен к своей первой награде - Георгиевскому кресту 4-й степени и Георгиевской серебряной медали. Девушке также были присвоены погоны ефрейтора с назначением ее командиром пехотного отделения.
Летом 1916 года начался знаменитый Брусиловский прорыв, во время которого отважная барышня вновь отличилась в бою под Черновицами. Не успел командир взвода выпрямиться, чтобы поднять солдат в атаку, как тут же рухнул, сражённый вражеской пулей. Подоспевшая Антонина ловко сделала ему перевязку, после чего повторила подвиг, совершенный ею на Кавказе - сама встала во весь рост, подхватила знамя и увлекла бойцов за собой. Воодушевленные ее отвагой, севастопольцы смяли оборону неприятеля и перешли в наступление. Правда, это Антонина уже не увидела – рядом с ней разорвался вражеский снаряд, и она пришла в себя только на следующий день в госпитале.
За этот героический поступок она вновь была удостоена награды Георгиевским крестом III степени и второй Георгиевской медалью. На награждение в полевой лазарет прибыл лично сам генерал от кавалерии А. Брусилов. Он сообщил мужественной девушке, что ей также присвоено следующее звание – младшего утер-офицера. Однако, пощеголять в новом чине Пальшиной не довелось: тяжёлая контузия, полученная в последнем бою, оказалась слишком серьезной, и из полевого лазарета ее отправили долечиваться в военный госпиталь в Киеве, где она пролежала до лета 1917 года.
С приходом к власти большевиков Первой мировой войне пришел конец, и военная карьера Антонины Пальшиной завершилась. Но и в новой жизни отважной женщине нашлось дело. Ее боевой опыт пригодился во время ликвидации банды Васьки Голевского, а также в работе большевистского подполья, когда город занял Колчак.
В 1920 году народной героине улыбнулось счастье: она вышла замуж за чекиста Григория Фролова. Но оно оказалось недолгим: напомнили о себе фронтовые раны, в результате которых Антонина долго болела, и муж ее бросил. Однако, в 1932 году ей снова повезло: она познакомилась с рабочим Георгием Придатко, и они поженились. Но и второе замужество окончилось печально: на страну обрушилась Великая Отечественная война, Георгий ушел добровольцем на фронт и погиб.
Сама Антонина Тихоновна, вспомнив свою боевую юность, тоже хотела идти воевать, но ее не взяли по состоянию здоровья. Тогда она стала помогать фронту по мере своих сил: свою квартиру предоставила эвакуированным, а сама стала трудиться на лесозаготовках, в колхозе «Красный путиловец», а также занималась сбором теплых вещей для фронта.
Несмотря на тяжёлые ранения, полученные на Первой мировой войне, Антонина Тихоновна всегда оставалась бодра и крепка духом, поражая окружающих своим оптимизмом.
Ушла из жизни героическая женщина и Георгиевский кавалер Антонина Тихоновна Пальшина в 1992 году, не дожив пять лет до своего столетнего юбилея. Она похоронена в Сарапуле, на городском кладбище номер два, в месте для почетных граждан города.