Она бежала вперёд, определяя дорогу по шершавым стволам деревьев. Ветки кустарников больно били её по лицу, колючая ежевика пыталась ухватиться за одежду. Но она не замечала боли, надо было убежать от тяжёлого преследующего дыхания. Ноги устали, воздуха в груди оставалось на один глоток, на языке вкус крови. Удар в спину…
Душа отлетела и смотрела на распластанное на земле тело.
Инга резко поднялась. Волосы прилипли ко лбу. Она схватилась за виски. Опять этот сон. Там можно сойти с ума. Кто же был нападавший и почему её ударяют в спину, а видит себя сверху лицом к небу с распахнутыми настежь глазами цвета морской волны.
- Отец, ты можешь посмотреть одну девушку, – наш байкер сидел за семейным столом.
- Могу, если ты мне расскажешь, что за девушка и как я на неё должен посмотреть, – маленький полненький мужчина вытер салфеткой свои холёные руки.
- Не знаю, я видел в парке, она слепая. У неё зрачок сокращается, – с видом знатока сказал он.
-Замечательно. Чего тогда смотреть? У меня сложные случаи. Своди к глазнику по месту жительства. Кстати, ты когда на гастроли уезжаешь? Твой пёс опять у нас?
При слове «Пёс» в углу комнаты поднялись огромные уши, а потом морда, по которой словно кто-то ударил лопатой. Наконец существо поднялось на четыре лапы и оказалось псом неизвестной породы, что-то среднее между стаффом, бульдогом и зайцем. Оно усиленно завиляло своим куцым хвостом, как бы говоря: «Так что там Пёс?»
- Пёс, ты останешься с дедушкой и бабушкой? – спросил парень ловя летящее на него существо.
- Герман, постыдился бы. Пёс хороший парень, но внуков нам не заменит, – в комнату вошла статная красивая грузинка. Седина придавала шарм, разбавляя как молоко кофе тёмные волосы.
-Нина, — мужчина, он же отец Германа и «дед» пса, обратился к женщине. – У меня есть пациентка. Странная девушка. Она должна видеть. С моей стороны нет никаких патологий. Но не видит. Я думаю, там по твоей части.
- Так направляй, – просто ответила она.
- Не могу. Девица упрямая, не хочет. Говорит, что все психотерапевты шарлатаны.
- Тогда и я не могу. Она должна мне поверить.
Герман вышел из-за стола, унося своё ушастое чудо, приговаривая, что родителям не до них и бабушка с дедушкой жестокие существа.