Вокально-сценическая студия «Лель» из Дворца культуры, искусства и досуга имени Леонида Плешкова города Геленджика, недавно отметившая свой внушительный юбилей, вот уже 35 лет доказывает: петь, проживать и перевоплощаться на сцене может каждый, независимо от профессии.
Здесь не просто исполняют произведения – здесь их проживают, разбирая смысл текста, драматургию и музыкальную форму, чтобы затем вдохнуть жизнь в Лизу из «Пиковой дамы» или героев «Царской невесты». Так, «Лель» год за годом вносит свой вклад в культурную жизнь города.
Музыкальная мама
Руководит студией Людмила Андриановна Шмарина – педагог с более чем полувековым стажем. Под её началом «Лель» стал не просто коллективом, а культурным феноменом, воспитавшим целую плеяду геленджикских артистов. Артисты, приходящие в «Лель», остаются на десятилетия, становясь частью единой семьи, связанной не договором, а общей любовью к музыке.
Людмила Андриановна не искала славы. Когда 35 лет назад во Дворце культуры временно прекратил работу вокальный коллектив, так как полгода не удавалось найти педагога по академическому пению, Людмила Андриановна, уже имевшая диплом дирижёра-хоровика и работавшая в методкабинете, не предлагала свою кандидатуру – считала, что это не в её компетенции. Пока на планёрке бывший директор Дворца культуры Василий Георгиевич Петридис не сказал: «А у нас ведь свой педагог по вокалу сидит и молчит».
После этого её приняли на полставки вокалистом. Через полтора года, убедившись в серьёзности подхода и росте коллектива, перевели на полную ставку, и с этого момента студия «Лель» начала жить как самостоятельный творческий организм.
35 лет в ритме русской души
Название студии «Лель» взято из оперы Николая Римского-Корсакова «Снегурочка», основанной на одноимённой пьесе Александра Островского. В опере Лель – живой человек: поэт и певец, в чьём образе олицетворяется вечное искусство музыки. Он покоряет сердца не силой, а песней – и поёт в опере три знаменитые арии: «Земляничка-ягодка», «Как по лесу лес шумит» и «Туча со громом сговаривалась…».
«У нас ведь в основном женщины, а Лель – мужской образ, но поёт его женщина-альт: низкий, тёплый женский голос. Так и вышло: поэтично, музыкально, по-русски», — отмечает Людмила Андриановна.
Голос не прячут, а раскрывают
Людмила Андриановна принципиально не выравнивает голоса под единый хоровой тембр. Наоборот – подчёркиваёт индивидуальность каждого. Благодаря вертикальной аранжировке аккордов и работе с обертонами, десять человек на сцене звучат как двадцать пять. Это не иллюзия – это мастерство слушания и компоновки.
Костюмы для всех выступлений шьёт только она. Девушки могут помочь – пришить пуговицу, подогнать подол – но выкройку, ткань, фасон, посадку на плечи и даже способ драпировки решает исключительно Людмила Андриановна. Для неё костюм – не украшение, а часть вокального аппарата: он не должен мешать дыханию, сковывать движение или отвлекать от смысла.
В мае 2025 года студия «Лель» была занесена на Аллею Трудовой Славы Геленджика. Для Людмилы Андриановны это не награда, а подтверждение: город слышит их и ценит.
«Лель – это не про громкие имена и не про сцену ради сцены. Это про честное, живое академическое пение – сольное и ансамблевое, где каждый звук рождается из смысла, а не из привычки, — сказала Людмила Андриановна. — Я работаю не с голосами, а с людьми: слушаю их не только на репетициях, но и в тишине между нотами. Мы не выравниваем всех под единый тембр – мы раскрываем то, что уже есть внутри. И пока хоть один из них будет приходить сюда не просто «спеть», а прожить музыку – я рядом. Неважно, сколько им лет – двадцать, тридцать или под шестьдесят: для меня они всегда останутся детьми. И я с трепетом слежу не только за их ростом как певцов, но и за их физическим и душевным состоянием. Если кому-то тяжело, я обязательно поддержу. Если нужно, помогу. Потому что здесь мы одна семья».
Живое звучание
В «Лели» нет «фонового» сопровождения. Есть концертмейстер – и только один во всём Дворце культуры. Это Моисеева Наталья Николаевна, педагог по классу фортепиано, солист и партнёр студии уже 8 лет.
«У нас не аккомпаниатор, – подчёркивает Людмила Андриановна. – У нас концертмейстер. Она не просто играет под пение. Она участвует в интерпретации. Мы репетируем вместе, выступаем вместе. Это – ансамбль».
Концертмейстер «Лель» Наталья Моисеева пришла в студию не сразу. С Людмилой Андриановной они знакомы с 2003 года, когда та пригласила её на концерт в Геленджик. Позже, уже переехав в город и работая в детской школе искусств, получила звонок.
«Когда в 2017 году Людмила Андриановна позвонила и сказала: «Нам нужно ставить оперу. Нужен концертмейстер», я подумала: работа интересная, новая. Почему бы и нет? Взяла, попробовала – и осталась. Уже столько лет вместе, — вспоминает Наталья Моисеева. — Для меня «Лель» – это не просто внештатная нагрузка или ещё один концерт в графике. Это диалог. Живой, честный, без масок. Мы на сцене дышим вместе. Я слышу каждого певца – не только ноты, но и то, как звучит его душа в этот момент. И знаю: если голос дрогнул, значит, человек почувствовал. А если почувствовал – значит, он обязательно дойдёт до зрителя. Поэтому мы никогда не используем фонограммы. Зрители приходят послушать живой рояль – и они его слышат. Если в программе гитара – играет гитара. Если рояль – это рояль. Репертуар у нас, честно говоря, поражает даже меня саму: сегодня – ария из «Травиаты», завтра – «Аве Мария», послезавтра – джазовый романс или духовное песнопение. Я воспитана на классике, мои любимые – Моцарт, Чайковский, Верди. Но в «Лели» я каждый раз открываю для себя что-то новое. После каждой репетиции в голове звучит новая мелодия. Целую неделю хожу и напеваю её про себя. Это и есть настоящее творчество».
Поющие сердца
В студии «Лель» нет типажей. Есть люди с разными судьбами, но одним стремлением – выразить через голос то, что словами не скажешь. Богославская Олеся Николаевна – главная солистка студии, в составе коллектива уже больше 22 лет:
– Олеся Николаевна, как вы пришли в «Лель»?
– Я училась в университете, пела в студенческих капеллах, но потом всё забросила. Вернулась в Геленджик. И мама сказала: «Сходи в «Лель», там Людмила Андриановна». На первой репетиции она посмотрела на меня и спросила: «Что ты под роялем поёшь? Что вообще сюда пришла?» Я чуть не ушла. Но что-то внутри сказало: «Останься». И знаете… Сегодня я пою партии, о которых раньше и мечтать не смела. Благодаря Людмиле Андриановне я добилась большого успеха и теперь не боюсь, что спою фальшиво. Я боюсь не донести чувства. Это уже другой уровень ответственности.
– Расскажите подробнее об атмосфере в вашем коллективе. Бывали ли у вас какие-то забавные или курьёзные случаи?
– У нас по-настоящему сплочённый и дружный коллектив. Мы не просто певцы – мы семья. Перед каждым выходом на сцену у нас даже есть небольшой ритуал: собираемся в круг, складываем руки и обнимаемся. Чтобы передать друг другу энергию, настроиться, поддержать.
А курьёзы за кулисами и на сцене были, конечно. Как-то один из артистов забыл слова перед выступлением. Один раз спутали обувь: когда за концерт несколько раз переодеваешься – из светлого костюма в тёмный – легко выйти не в той паре туфель. Были и истории с головными уборами.
Например, в постановке «Садко» у нас было два образа: русалочка и дочь царя морского. У каждого свой головной убор: у одной – корона, у другой – кокошник. И если перепутаешь – получится не сценический образ, а настоящий казус! Такие моменты нас, конечно, сбивают, но потом становятся самыми тёплыми воспоминаниями.
Анна Кривенко пришла в коллектив 10 лет назад как участник массовки для постановки оперы Людмилы Андриановны и осталась:
«Я пела в другом коллективе – «Малиновый звон». Но, когда Людмила Андриановна искала людей для хора в «Царской невесте», меня направили к ней. Я зашла и поняла: это моё. Здесь не просто учат петь. Здесь учат слушать – друг друга, музыку, тишину между нотами. Я скучаю по студии в перерывах. Серьёзно. Это как дом, куда хочется возвращаться. Я не перестаю восхищаться вокалом Олеси Николаевны. Когда она берёт верхние ноты – это как ручей в горах: прозрачно, легко, чисто. Для меня – космос».
Ещё один участник студии – Позднышева Марина Витальевна – вернулась в «Лель» спустя 25 лет, она отметила:
«Я занималась у Людмилы Андриановны ещё девочкой. Потом ушла – жизнь, семья, работа. Но музыка не отпускала. В прошлом году решила, что попробую снова. Пришла – и всё вернулось. Даже дыхание помнит. Иногда спрашиваю себя: что бы я сказала себе 25 лет назад? Ответ простой: «Не уходи. Останься. Это – твоя жизнь». Потому что «Лель» учит не только пению, но и достоинству. Здесь учат держать осанку физически и нравственно. Мы не кричим голосом. Мы несём звук. Как дар».
Один бас среди сопрано
Мужчин в студии «Лель» единицы. Один из них – Артур Федоровский. Ещё школьником переступил порог Дворца культуры, и с тех пор прошло уже более 27 лет. Артур – один из немногих мужчин в коллективе, исполняющий роль царя морского в «Садко» и партии в других постановках. Он поделился, каково ему работать в окружении преимущественно женских голосов:
«Каково быть мужчиной в женском коллективе? Никакой разницы. Потому что здесь не смотрят, кто ты – мужчина или женщина. Здесь смотрят одно: поёшь ли ты по душе. Когда работаешь с Людмилой Андриановной, всё остальное уходит на второй план. Хоть крокодил в зале, хоть ядерная война – внимание только на неё. Она не только руководитель, а ещё наша мама. И мы её дети. Даже те, кому за пятьдесят».
Декабрь обещает быть музыкальным. Сейчас студия готовится к зимнему концерту под названием «Зимний музыкальный серпантин», а это возможность ещё раз насладиться прекрасным творчеством артистов.
Елена МИРОШНИК