Они чуть не сгорели заживо, сидели в настоящей тюрьме и отмывались от «цемента» неделями — вот какой ценой создавался шедевр.
«Джентльмены удачи» — картина, которую знает и любит каждый второй житель нашей страны. Цитаты из нее прочно вошли в народный фольклор, а персонажи стали родными. Но путь фильма к зрителю был тернистым и полным невероятных приключений. Сегодня мы заглянем за кулисы создания этой культовой комедии и узнаем, через что пришлось пройти актерам и съемочной группе, чтобы подарить нам этот бессмертный шедевр.
Имя настоящего создателя фильма известно далеко не всем. Большинство зрителей ошибочно приписывают режиссуру Георгию Данелии, который выступил автором сценария вместе с Викторией Токаревой. На самом деле картину снял Александр Серый — человек с удивительной и драматичной судьбой.
Уроженец Воронежской области, Серый за двадцать лет творческой деятельности снял всего пять картин. Но главное — он знал лагерную жизнь не понаслышке: в 1958 году режиссер был осужден на восемь лет за драку (по некоторым источникам, он из ревности пробил человеку голову молотком) и отсидел половину срока. Именно этот тяжелый опыт помог ему наполнить фильм достоверными деталями и уникальным колоритом.
Данелия, друг Серого, специально уступил ему режиссерское кресло, чтобы помочь реабилитироваться после тюрьмы. Эта благородная поступок оказался судьбоносным — без личного опыта Серого «Джентльмены удачи» не были бы столь аутентичными.
Фильм едва не лег на полку сразу после создания. Партийные работники критиковали его за «переизбыток криминально-тюремного жаргона». Цензура требовала максимально очистить диалоги от блатной лексики, и сценаристам пришлось проявить недюжинную изобретательность.
Именно тогда появились ставшие легендарными псевдоблатные ругательства: «редиска» (вместо «падлы»), «сосиска», «петух гамбургский» и даже «Навуходоносор». Эти слова не только успешно прошли цензуру, но и навсегда вошли в народный лексикон.
Спасение пришло оттуда, откуда не ждали. Фильм показали лично Леониду Брежневу, и генсек пришел в полный восторг. По воспоминаниям современников, он смеялся так громко, что порой заглушал реплики актеров. На возражения цензоров о жаргоне Брежнев мудро заметил: «Да половину этих слов у нас каждый уличный мальчишка знает». Этот вердикт спас картину, и она триумфально вышла на экраны страны.
Сценарий изначально писался под Евгения Леонова, и сегодня невозможно представить себе другого актера в роли Доцента/Сан Саныча. Леонов подошел к роли с максимальной ответственностью: он посещал Бутырскую тюрьму, где подглядывал за заключенными через отверстия в дверях камер и тщательно записывал их поведение и манеры в тетрадку.
А вот с остальным актерским составом возникли серьезные проблемы. Изначально роли воров-рецидивистов планировались совершенно другим артистам:
· Андрей Миронов должен был играть фальшивомонетчика;
· Ролан Быков — альфонса;
· Юрий Никулин — многоженца.
Все они по разным причинам отказались от участия, и сценарий пришлось срочно переписывать.
Савелий Крамаров едва не лишился роли Косого — руководство студии изначально не хотело его утверждать. Данелии пришлось приложить серьезные усилия, чтобы отстоять кандидатуру актера. Позже, когда Крамаров подал документы на эмиграцию, возникла новая угроза — все фильмы с его участием могли оказаться на полке. Данелия снова спас ситуацию, написав хитрое письмо руководству: «Я предложил посмотреть картину внимательнее, ведь актер Крамаров играет бандита и отщепенца. Подействовало! Оставили все как было».
Раднэр Муратов получил роль Василия Алибабаевича совершенно случайно. Первоначально его утвердили на эпизодическую роль начальника тюрьмы, а самого Али-Бабу должны были играть Фрунзик Мкртчян или Владимир Этуш. Мкртчян не смог приехать на съемки из-за празднования 50-летия образования Армянской ССР, и времени на поиски нового актера уже не оставалось. Тогда Муратов сам предложил себя на роль Али-Бабы, и ему повезло — его утвердили.
Съемки заняли всего три месяца — с февраля по апрель 1971 года — и проходили в разных локациях: Москве, Серебряном Бору и Самарканде. Именно в Самарканде снимали тюремные сцены, причем в настоящей тюрьме строгого режима, где актеров и съемочную группу постоянно сопровождали сотрудники милиции.
Одной из самых больших проблем стал поиск верблюда для знаменитой сцены побега. Почему-то съемочная группа была уверена, что в Самарканде с «кораблями пустыни» не будет проблем, но на деле оказалось, что верблюда удалось найти только в местном зоопарке.
Легенда о верблюжьем плевке — один из самых распространенных мифов о фильме. На самом деле, в Савелия Крамарова верблюд не плевал — вместо слюны использовали вспененный шампунь. Хотя, по другой версии, Крамаров так усердно дразнил животное, что тот все-таки плюнул в него перед камерой, и отмыть актера оказалось делом весьма хлопотным.
С верблюдом произошла и еще одна забавная история. Животное жило в кузове грузовика, припаркованного во дворе гостиницы, где ночевала съемочная группа. Однажды утром киношники с удивлением обнаружили, что одна сторона верблюда была полностью выбрита. Оказалось, хозяин животного, которому не заплатили суточные, побрил верблюда и продал шерсть, чтобы прокормиться. В результате в кадре животное показывали только с небритой стороны.
Евгений Леонов наотрез отказался ездить верхом на верблюде — то ли не мог взгромоздиться на «корабль пустыни», то ли боялся блох. Пришлось идти на хитрость: в общих планах на верблюде ехали Крамаров и Вицин, а Леонова снимали крупным планом, когда он сидел на плечах кого-то из съемочной группы.
Одна из самых запоминающихся сцен — путешествие беглецов в цистерне цементовоза — далась съемочной группе нелегко. Химики долго экспериментировали с составами, пытаясь создать правдоподобную имитацию жидкого цемента. Перепробовали пивные дрожжи, манную кашу (которая при остывании превращалась в ком), но ничего не работало.
В итоге нашли идеальное решение: хлебная закваска, подкрашенная зеленой луковой эссенцией. Получилась липкая и дурно пахнущая субстанция, которую актеры невзлюбили с первого взгляда.
Когда съемки закончились, все поспешили в душ отмываться от липкой массы. Сорок минут актеры отскребали с себя «цемент» и только потом заметили, что Георгия Вицина нет среди них. Оказалось, он все еще сидел в цистерне! Кто-то сказал актеру, что раствор содержит 23 лекарственных растения и продлевает молодость на 15 лет. Вицин, известный своей любовью к здоровому образу жизни и нетрадиционной медицине, серьезно воспринял эту информацию и решил продлить сеанс омоложения.
Савелий Крамаров, как выяснилось, страдал клаустрофобией и наотрез отказался залезать в настоящую цистерну. Эту деталь легко заметить в финальном варианте фильма: сначала из цемента вылезает Леонов, затем Вицин, потом в кадре появляется верблюд, и только после этого мы видим Крамарова, который спрыгивает с машины. Оператору пришлось пойти на хитрую «перебивку» кадра верблюдом, чтобы скрыть отсутствие актера в цистерне.
Создание комедии оказалось делом рискованным. В сцене с пожаром, когда Василий Алибабаевич зажигает керосинку, оператор Михаил Агранович захотел снять отблеск огня в глазах Муратова. Для этого к лицу актера поднесли огненный факел, но переусердствовали и поднесли его слишком близко. Муратов получил ожог радужной оболочки глаза. К счастью, врачи смогли вовремя оказать помощь и спасти зрение актера.
Дом, в котором прятались «джентльмены удачи», был настоящим и предназначался под снос, поэтому съемочной группе разрешили его сжечь. Во время съемок пожара один из операторов так увлекся, что едва не угодил в огонь. Директор картины Александра Демидова вовремя отреагировала и оттащила его за шкирку от пламени.
Даже безобидная сцена утренней зарядки на морозе обернулась испытанием для актеров. Съемки проходили при -17°C, и Леонов, Вицин и Крамаров заранее договорились не раздеваться, оставаясь в теплых фуфайках. Но Муратов опоздал на съемки и не знал об этой договоренности. Когда прозвучала команда «Мотор!», он добросовестно разделся и первым выскочил на мороз. Сработала актерская ревность — остальным пришлось последовать его примеру. Чтобы «отомстить» Муратову, Крамаров неожиданно натер его снегом, а Вицин, чтобы было веселее, начал тереть и самого Крамарова. Эта искренняя, неподдельная импровизация вошла в финальную версию фильма.
Мало кто знает, что изначально в фильме планировались две музыкальные сцены. Режиссер Александр Серый заготовил песню «Про слона» для Георгия Вицина и композицию «Про Ялту» для Савелия Крамарова. Однако Георгий Данелия, выступавший художественным руководителем проекта, высказался категорически против, и музыкальные номера из картины убрали.
Несмотря на все трудности, фильм вышел в прокат 13 декабря 1971 года и мгновенно стал сенсацией. Уже на следующий день спекулянты скупали все билеты и перепродавали их по 3 рубля при первоначальной стоимости в 20 копеек.
В прокате 1972 года «Джентльмены удачи» заняли первое место, собрав 65 миллионов зрителей — каждый третий житель СССР. При скромной смете в 400 000 рублей фильм принес кассе около 30 миллионов, став одним из самых кассовых в истории советского кинопроката.