Директор театра жизни, господин Шеф, пока решал отраслевые задачи, его империей за кулисами правила наша героиня — Маргарита, дочь Василия, заместительница по изящным безобразиям. И была у неё заноза в сердце ❤️⚔️ — помощница Шефа, девушку, которую в узких кругах звали Золушкой. Не потому что она носила портфель Шефа, а потому что, к досаде Маргариты, имела неприятную привычку являться на совещания с хрустальными туфельками фактов и логики.
Картина первая: «Искусственные роды девятимесячной выдержки»
Маргарита, дочь Василия, ворвалась в кабинет Шефа с видом повивальной бабки, принявшей необычайно сложные роды.
«Шеф! Поздравляю! Мы произвели на свет долгожданное событие — торжественное вручение наград!» — с этими словами она с благоговением возложила на стол пожелтевший лист, пахнувший архивной пылью. 📄🤧
В углу кабинета, словно тень, стояла Золушка.
«Маргарита, дочь Василия, — тихо, но четко начала она, — но этому приказу девять месяцев. То, что вы предлагаете, — это не роды. Это - искусственная реанимация мумии. Половину труппы уже наградили, пока это решение справляло свой девятимесячный юбилей в папке «неактуально». Не кажется ли вам, что столь запоздалые аплодисменты больше похожи на жалость?» 👏😔
Маргарита возвела очи горе.
«Золушка, милая, вы так молоды! Артисты не виноваты, что сменился режиссёр! Я проявляю заботу!»
"Заботу?!" — прозвенел в воздухе риторический вопрос Золушки.
Между тем, сама церемония награждения более всего напоминала странные роды после нездоровой беременности бюрократии. Награждённые артисты выражали лёгкое, но красноречивое недоумение испытывая томительное чувство дежавю и смутной неловкости.
И лишь один человек пребывал в состоянии подлинной гармонии с происходящим абсурдом — Маргарита, дочь Василия. Пока другие испытывали смущение, она, подобно режиссеру, наблюдающему за воплощением своего гениального, пусть и безумного, замысла, вкушала триумф. Ее не смущала нелепость зрелища — ибо это было *её* зрелище. Она наслаждалась не логикой, а самой возможностью дирижировать реальностью, пусть даже реальность эта корчилась в судорогах и порождала уродца. В её глазах читалось не просто удовлетворение, а упоение от сознания собственной власти — власти, способной заставить прошлое служить своим настоящим амбициям, пусть даже ценой всеобщего замешательства.
Картина вторая: Лебединое озеро в исполнении продавца товаров повышенного спроса
Не успел развеяться дым от неудавшегося фейерверка, как Маргарита явила миру новый перл. Она привела за руку в кабинет Козьмы Пруткова, руководителя труппы, девушку, трудно скрывая желание трудоустроить своего человека.
«Козьма Прутков, ликуй! Я нашла нам уникальный талант! Новую приму, Одетту-Одиллию!» — возвестила она. 🎉
Козьма Прутков, с трепетом взиравший на классический танец, замер в ступоре, изучая трудовую книжку, где среди заслуг значилось «виртуозное взвешивание селёдки» и «искусство упаковки в пергамент».
«Маргарита… дочь Василия, — прошептал он, — а где хореографический пробег? Её данные… осанка, что и говорить, выправлена у витрины и явно закалённая в карьерных битвах, но для фуэте и адажио требуется не только грация манёвров между прилавками, но и школа, пуанты, наконец!» 💃
Маргарита фыркнула.
«Козьма Прутков, ты мыслишь стереотипами! Шеф уже оценил её пластику! Мы хотели помочь! Девушка с такой выдержкой, стоя целый день на ногах, всему научится! Пуанты — ерунда!»
А тем временем наша «прима», несчастный продавец товаров повышенного спроса, краснела, чувствуя себя так, будто её заставили танцевать на осколках льда.
И тут, словно по мановению волшебной палочки, в дверях появилась Золушка. Она окинула взглядом сцену и произнесла со спокойной, почти отстранённой вежливостью:
«Прошу прощения, что прерываю этот кастинг. Я лишь хотела напомнить, что, согласно неписаному уставу нашего театра, ваше решение - будь то балет в исполнении главной роли продавцом товаров повышенного спроса или воскрешение девятимесячный указов - есть истина в последней инстанции. Ибо ваша мантия заместителя уже сама по себе является и сценарием, и режиссурой, и партитурой. 🎼 Сомневаться же в дирижёре — дурной тон для простого артиста».
...Когда же Козьма Прутков вспомнив о профессиональной репутации театра, робко заметил, что зрители в прошлый раз освистали гастролёра из мясного цеха, исполнявшего партию Щелкунчика, Маргарита лишь снисходительно улыбнулась.
«Милый мой, — голос её звенел, будто хрустальный колокольчик, прикрывающий треск ломающихся судеб. — Вы оперируете устаревшими данными. У меня на столе лежат исключительно восторженные отзывы от ведущих театральных критиков! Они, например, отмечали беспрецедентную смелость трактовки, где прима-балерина наконец-то пахнет не сценой, а жизнью! А фраза "Этот кордебалет навсегда изменил моё представление о том, куда может катиться мир искусства — разве не высшая форма признания?»
Она не просто закрывала вакансию — она возводила себя в сан вершительницы судеб, благодетельницы, творящей чудеса на ниве кадровой политики.
Но истинный гений её «дипломатии» проявился в ином. Свой отказ обсуждать профессиональную непригодность кандидатки она облекла в тогу верности решению Шефа. И теперь, обладая уникальной гибкостью, позволявшей ей ставить других в тупик, она поставила Золушку в гениально спланированную ловушку. Любая попытка оспорить продавца на роль балерины автоматически превращалась в вызов решению самого Шефа. Вместо дискуссии о профессиональных качествах Золушка оказывалась перед необходимостью либо принять абсурд, либо, рискуя, доказывать Шефу, что его использовали в тёмную. Это был мастерский ход - акт кадрового дзюдо, где Маргарита, использовав авторитет Шефа, выставила Золушку «проблемой» в глазах руководства.
Финальный монолог: «Я — дочь Василия, а ты — Золушка!»
Выслушав это, Маргарита поняла — настал момент для её коронного номера. Её карьерные амбиции зашипели в ней, как змеи. Она выпрямилась, нацепив маску оскорблённого превосходства, и изрекла с ледяным величием, глядя на Золушку:
«Благодарю, дорогая, что так точно сформулировала мое кредо. Да, именно так. Моя должность — это и есть моя компетенция. Каждое моё решение априори верно, ибо исходит от меня. А ваша роль, Золушка, — не анализировать, а восхищаться скоростью и нестандартностью решений, которые вам, на вашем уровне, не дано постичь. Ваше предназначение в этом театре куда более конкретно и почётно — блюсти вес и глянец портфеля нашего Шефа💼. Не забывайтесь».
А затем скромно потупив взор, Маргарита с девичьей кротостью в голосе возвестила, что в отличие от бесхитростной Золушки, ее действия озарены светом высшей дипломатии. Воздух замер в почтительном трепете перед столь глубокомысленным заявлением.
И никто не осмелился пояснить сиятельной дочери Василия, что ее понимание дипломатии есть не что иное, как *феноменальная гибкость позвоночника перед лицом обстоятельств*.
***
Вот и занавес. 🎪 Как говаривала одна язвительная особа: "Когда таланта не хватает на творчество, его с лихвой хватает на интриги".
Вот уж с кем не поспоришь. Наша Маргарита, дочь Василия, являет собой живое подтверждение этого тезиса. Она нашла свое истинное призвание - в создании видимости бурной деятельности посредством мастерски разыгранных спектаклей. 🪇🎭
Ее "искусственные роды" с девятимесячными указами и "балетные премьеры" с продавцами товаров высокого потребительского спроса - все это было лишь фоном для главного действа: демонстрации собственной значимости. А когда факты и логика бесцеремонно врывались в ее вымышленный мир, она, подобно плохой актрисе, забывшей текст, начинала тыкать пальцем в свою должностную инструкцию. 👉📄
Что ж, каждому свое. Кому-то - создавать, кому-то - интриговать. А нам, зрителям, остается лишь наблюдать за этим бесконечным театром абсурда, время от времени вспоминая мудрые слова тех, кто давно разгадал эту незамысловатую механику. 🍿👀
Так что решайте сами, что двигало Маргаритой, дочерью Василия — скудоумие или коварство? В настоящем театре абсурда одно другому не мешает.
А Золушка, как ей и положено, просто продолжала делать свою работу, зная, что ровно в полночь фактов любая тыквенная карета интриг превратится в прах.🎃➡️🐀