"Это была не наша война"
Летом 1941 года Гитлер бросил против СССР не только вермахт. К нему присоединились целые армии союзников — у каждого правителя были свои причины:
- Одни (как румыны) хотели вернуть потерянные земли.
- Другие (как венгры) боялись, что если не пойдут за немцами, те их уничтожат.
- Третьи (как итальянцы) мечтали о славе, но получили лишь смерть в чужих степях.
Их солдаты гибли под Сталинградом, в одесских катакомбах, на кавказских перевалах — часто даже не понимая, за что.
Румыния: "Нас просто бросили умирать"
Ион Антонеску, румынский диктатор, жаждал отыграться за поражение 1940 года. Он отправил на фронт 300 тысяч человек — больше, чем вся армия Болгарии.
Но что чувствовали эти люди?
- Под Одессой за месяц погибло 90 тысяч румын. Немецкие офицеры потом писали: "Их гнали в атаку без артиллерии — как скот на убой".
- К 1943 году потери достигли 200 тысяч, но Антонеску призывал даже 16-летних мальчишек.
- Всего через войну прошло 600 тысяч румын — представьте: целая страна, отправленная на смерть.
И самое страшное: многие из них не хотели воевать. К 1944-му каждый второй либо дезертировал, либо сдался в плен.
Венгрия: "Мы не враги русским. Нас заставили"
Венгры не питали ненависти к СССР — но после 1940 года их правительство оказалось в немецкой удавке. Премьер Бардоши оправдывался: "Если не отправим войска, Гитлер оккупирует нас первым".
И пошли...
- 40 тысяч — под Киев в 1941-м.
- 200 тысяч — к 1942-му.
- 80% из них — погибли или пропали под Воронежем.
Солдатские письма:
"Мы едим дохлых лошадей. Командиры бьют тех, кто не хочет идти в атаку. Боже, когда это закончится?"
Поразительный факт: когда Красная армия вошла в Венгрию, крестьяне прятали советских раненых, шепча: "Мы не хотели этой войны. Это немцы нас заставили".
Италия: Летние шинели и сталинградский ад Муссолини мечтал о славе Рима, но его 230-тысячная армия оказалась не готова к русской зиме. Итальянцы в тонких шинелях и без противотанковых пушек гибли тысячами. Один офицер писал в дневнике: «Немцы отступают, бросая нас. Мы даже не знаем, за что умираем». После капитуляции Италии в 1943-м советские солдаты находили среди пленных изможденных людей в лохмотьях.
«Да они же не фашисты, они голодные», — говорили красноармейцы, делясь с ними хлебом. Другие союзники: Добровольцы и коллаборационисты Помимо официальных союзников, за Гитлера воевали французы, голландцы, испанцы — но их было не больше 100 тысяч. Сложнее всего судить о коллаборационистах с оккупированных территорий СССР.
Украинские националисты из УПА сначала воевали за немцев, но потом повернули оружие против всех. А казаки фон Паннвица стали символом раскола: для одних — предатели, для других — жертвы репрессий. Кто внёс самый страшный вклад? Если считать по цифрам — Румыния. Но как быть с тем, что половину её солдат мобилизовали насильно? Или с тем, что венгры массово сдавались в плен? Историк Иван Тюлькин пишет:
«К 1944-му каждый второй румынский солдат либо дезертировал, либо перешел на сторону СССР»
Иногда важна была не численность, а жестокость. Финны (100 тысяч человек) блокировали Ленинград, а словаки отметились карательными операциями в Белоруссии. Развязка: Бегство от Гитлера К 1944 году все союзники фюрера поняли: война проиграна. Румыния и Финляндия перешли на сторону СССР, Венгрию оккупировали немцы, чтобы не дать выйти из войны, а Италия раскололась надвое.
Сегодня в учебниках этих стран пишут по-разному: где-то — «вынужденный шаг», где-то — «национальный позор». Но цифры неумолимы: из каждых десяти солдат, воевавших против СССР, трое были румынами, двое — венграми, один — итальянцем. Остальные — немцы и «добровольцы». Как написал в 1945-м французский журналист Робер Бразийак: «Мы все стали соучастниками, думая, что остаемся наблюдателями». Возможно, в этом и есть главный урок.