Написанный почти 180 лет назад Карлом Марксом «Манифест коммунистической партии» начинается словами: «Призрак бродит по Европе - призрак коммунизма».
Со времён основателя марксизма по миру бродит множество мрачных призраков – коммунизма, фашизма, нацизма, радикального исламизма с их местными вариантами. Не меньше призраков и посветлее – демократии, гуманизма, «всеобщего благоденствия» и пр.
Латинскую Америку в 1960-80-е г. называли «Пылающим континентом» из-за вооружённых левых движений, бушевавших от Рио-Гранде-дель-Норте до Огненной Земли. Когда СССР впал в кому, а Китай перешёл от пропаганды мировой революции к экономическим реформам, багровые отсветы, озарявшие Латинскую Америку, померкли. Мексиканские, гватемальские, сальвадорские, перуанские, чилийские, бразильские и аргентинские barbudos погибли, занялись наркоторговлей или стали благонамеренными бизнесменами и политиками.
Но левое движение возродилось в 2000-х гг. (левые пришли к власти в Венесуэле, Бразилии, Аргентине, Боливии, Уругвае и Эквадоре), потребовав новый термин, обозначающий этот феномен. С лёгкой руки Ларри Ротера, репортёра New York Times в Монтевидео, написавшего про всеобщие выборы в Уругвае в 2004 г., на которых социалист Табаре Васкес был избран президентом, что это «не столько красный прилив... сколько розовый», новую левую волну назвали «Розовым приливом».
После «отлива» 2011-22 гг. последовала вторая волна «Розового прилива» (вновь Аргентина, Бразилия, Чили, к которым добавилась и вечно правая Колумбия), инерция которой в настоящее время иссякает.
Прежние волны демократизации в 1980-х и 2010-х, приводили к власти традиционные центристские силы – христианских демократов, либералов и либеральных консерваторов. Новую консервативную волну, катящуюся по Латинской Америке с момента прихода к власти в маленьком Сальвадоре Найиба Букеле в 2019 г., стоит назвать по его имени «букелизмом».
Неолиберал Букеле поставил в центр своей программы ликвидацию преступности, парализовавшей Сальвадор. Он ввёл чрезвычайные законы и бросил против банд армию, загонявшую преступников в специально построенные мега-тюрьмы. В Сальвадоре воцарилось никогда доселе не бывавшее спокойствие, и, как следствие, начала развиваться экономика, и приходить в порядок социальная сфера. Крайне жестокие методы Букеле вызывали негодование за рубежом, но сальвадорцы до сих пор массово поддерживают президента, гордо именующего себя «самым лучшим диктатором».
Пример маленькой страны вдохновил правых всего региона. Букеле превратился в икону правого движения, и политики стран Латинской Америки в своих программах обещают «сделать, как в Сальвадоре». Под лозунгом «букелизации» в Эквадоре победил Даниэль Нобоа, аргентинский «человек-бензопила» (Хавьер Милей) обращался к Букеле за консультациями, и новый глава Перу Хосе Хери Оре обещает применить опыт Букеле. К этому опыту апеллирует умереннейший боливиец Родриго Пас, его пытаются копировать даже левые президенты Гондураса Сиомара Кастро и Гватемалы Бернардо Аревало.
В Чили применить «букелизацию» обещают как правый кандидат в президенты Хосе Антонио Каст, так и коммунистка Жанетт Хара. В Бразилии и Колумбии основные лидеры правого движения тоже взывают к сальвадорскому опыту.
Никакой загадки в этом явлении нет. Десятилетия назад Латинская Америка страдала от недостаточного развития экономики, отсталости социальной сферы, вопиющей социальной дифференциации и беззакония, и это привело сначала к первой, а затем второй волне «Розового прилива».
Но с тех пор ситуация изменилась: самой главной проблемой экономики, социальной сферы стала преступность. Она сделала жизнь в большинстве стран региона почти невыносимой, отодвинув на второй план все проблемы, ещё недавно казавшиеся самыми значимыми.
Букеле убедил значительную часть латиноамериканцев, что преступность – не «порождение социальной несправедливости», а тормоз всего развития, и без её ликвидации никакое движение вперёд невозможно. В ситуации, когда мексиканские наркокартели, колумбийские наркоповстанцы и бразильские «команды» превратились в мощнейшие структуры с вооружёнными отрядами, не уступающими иной армии, а финансовыми возможностями, превосходящими государственные, латиноамериканцы забывают о заветах Че Гевары, огненных проповедях «теологов освобождения», и гуманистических обещаниях либеральных лидеров. Простой бразилец (мексиканец, колумбиец, чилиец и т.д.) хочет прежде всего вернуться домой с работы живым, с телефоном и часами на руках – всё остальное не так важно. И это ему обещают последователи «самого лучшего диктатора», превратившего Сальвадор в царство покоя, где можно даже по ночам спокойно гулять между стенами мега-тюрем, под охраной бессонных патрулей.
Читайте новости на телеграм-канале "Патагонский казакъ" https://t.me/patagonez