О гневе, направленном в никуда

О гневе, направленном в никуда

Совет не злиться на систему звучит разумно с точки зрения личного спокойствия. Система безлика, абстрактна, её не переубедишь криком, а тратить силы на борьбу с ветряными мельницами — занятие утомительное. Однако в этой разумности кроется лазейка для странного умозаключения: будто бы система существует сама по себе, как стихийное бедствие или погода, а значит, и ответственность за неё нести некому.

Можно заметить, что слово «система» всегда используют в единственном числе и с определённым артиклем, которого в русском языке нет, но он подразумевается. Это придаёт ей черты монолита, некой надчеловеческой сущности. Но если присмотреться, любая система — от ЖКХ до налоговой — состоит из людей. Не из бездушных роботов, а из начальников отделов, бухгалтеров, чиновников, программистов, которые пишут код, и менеджеров, которые составляют регламенты. Эти люди принимают решения, пусть и в рамках своих должностных инструкций. Они же интерпретируют правила, находят лазейки, закрывают глаза на одно и ужесточают другое. Система не падает с неба — её годами проектируют, чинят, латают и усложняют такие же обычные люди, которые утром пьют кофе и вечером стоят в пробках.

Когда нам говорят «не злись на систему», нас по сути приглашают согласиться с мыслью, что человеческий фактор в этой истории ни при чём. Что виновата не чья-то косность, глупость или равнодушие, закреплённые в правилах, а некая мистическая «системная ошибка». Это очень удобная позиция для тех, кто внутри системы принимает решения. Она размывает персональную ответственность, растворяя её в коллективном безликом «так положено». Ты не можешь злиться на Ивана Ивановича, который не хочет шевелить мозгами, потому что Иван Иванович всего лишь винтик. А на винтик, как известно, злиться глупо.

Но гнев — это, помимо всего прочего, сигнал. Сигнал о том, что что-то не так, что взаимодействие дало сбой, что ваши интересы были проигнорированы. Направлять этот сигнал в пустоту, на абстракцию, — значит гарантированно не получить ответа. Система не ответит. А вот конкретный человек, чьим равнодушием или глупостью порождена проблема, — возможно. Конечно, он сослался на систему. Но это не отменяет того, что именно он в данный момент и есть её персонификация.

Отказываясь от гнева на систему, мы не столько бережём свои нервы, сколько молчаливо соглашаемся с тем, что все происходящее — это действие слепых сил, а не следствие чьих-то решений. Это странная форма смирения, которая развязывает руки тем, кто предпочитает прятаться за ширму инструкций. Возможно, иногда стоит позволить себе этот гнев, чтобы чётче увидеть за монолитом силуэты тех, кто его поддерживает. Ведь если систему создали люди, то и изменить её — задача тоже для людей, а не для абстракций.