Не ставьте напоминание «написать искреннее сообщение

Не ставьте напоминание «написать искреннее сообщение»

Представьте себе: в календаре, между совещанием и походом в магазин, всплывает аккуратное уведомление — «спроси, как дела у мамы». Или «напиши другу теплые слова». Намерение, бесспорно, благое. Но сам факт его появления в списке дел на день сродни тому, как если бы вы запланировали по взмаху палочки испытать ностальгию или внезапно расчувствоваться ровно в семь вечера. Искренность, поставленная в один ряд с покупкой хлеба, перестает быть порывом и превращается в обязанность, выполнение которой тут же ставит под сомнение ее подлинность.

Можно заметить, что как только живое движение души обретает четкие временные координаты, оно начинает задыхаться. Мысли, которые должны были родиться из тишины или внезапного воспоминания, теперь приходится добывать в условиях цейтнота, между другими, не менее важными пунктами. Текст, написанный по напоминанию, неизбежно несет на себе отпечаток этой вымученности — даже если слова подобраны верные, за ними будет чувствоваться не спонтанная теплота, а усилие исполнительного ума, старательно выполняющего задачу по социальному обслуживанию отношений.

Иногда бывает, что такие запланированные жесты служат не столько поддержанию связи, сколько успокоению собственной совести. Мы ставим галочку — связался, проявил участие, — и с чувством выполненного долга возвращаемся к своим делам, не особенно вникая в то, что на другом конце провода. Искренность подменяется ритуалом, а живой человек — абонентом услуги под названием «эмоциональная поддержка». Получается парадокс: стремление быть внимательным, доведенное до систематичности, убивает саму суть внимания — способность откликнуться именно тогда, когда этого хочет душа, а не планшет.

Более того, привычка планировать искренние поступки может незаметно ослабить нашу способность распознавать и ловить те самые неплановые моменты, когда слово рвется наружу само. Внутренний импульс, не нашедший немедленного отклика, гаснет, уступая место логике расписания. Мы разучиваемся слышать тихие позывы сердца, доверяя вместо них бездушному будильнику. И тогда общение рискует превратиться в обмен корректными, но безжизненными депешами, отправленными в строго отведенное для душевности время.

Возможно, стоит не планировать сам акт искренности, а создать условия, в которых ему будет проще родиться. Не ставить напоминание «написать», а просто иногда откладывать телефон в сторону, позволяя мыслям свободно течь к тем, кто вам дорог. Настоящее сообщение, лишенное печати запланированности, приходит не тогда, когда прозвенит будильник, а в ту самую странную и непредсказуемую секунду, когда вы, казалось бы, заняты совсем другим. И в этой непреднамеренности — его главная сила и ценность.