Не бойся быть «недостаточно лиричным

Не бойся быть «недостаточно лиричным»

Есть особый вид неловкости, который возникает, когда от вас ждут вдохновенной речи о проекте, а вы способны описать его лишь в терминах сроков, ресурсов и конкретных шагов. В воздухе повисает немой вопрос: «И это всё? Где же огонь, где полёт?». Вас подозревают в недостатке лирики, будто бы душа предприятия измеряется исключительно патетикой его презентации. Создается впечатление, что прежде чем что-то делать, необходимо раздуть из идеи воздушный шар громких слов.

Лирический подход к делу часто выдают за признак глубины и увлеченности. Если вы не можете говорить о составлении отчета с придыханием и метафорами о восхождении на вершину, значит, вы не чувствуете магию процесса. Это любопытная подмена. Ведь страсть к делу проявляется не в умении его поэтически оформить, а в настойчивом желании довести до конца. Самый влюбленный в свое ремесло часовщик вряд станет сравнивать шестеренки с танцем фей — он просто, с предельным вниманием, соберет механизм, чтобы он точно показывал время. Его поэзия — в точности, а не в словах о ней.

Одержимость «лирическим» описанием задач частенько служит дымовой завесой. За красивыми формулировками вроде «создадим синергию потоков» или «реализуем экосистемное решение» бывает невероятно удобно прятать отсутствие понятного плана. Когда все говорят на языке высоких материй, очень сложно задать простой и неудобный вопрос: «А что именно я должен сделать к среде?». Требование четких сроков в такой атмосфере может быть представлено как грубый прагматизм, убивающий творческую искру. Хотя, если вдуматься, это всего лишь требование ясности — базового условия для любой совместной работы.

Можно заметить, что внятный срок — это не бюрократическая помеха, а форма уважения к участникам процесса. Он очерчивает границы, дает точку отсчета, превращает расплывчатое «когда-нибудь» в обозримое «к пятнице». Это не отрицает важности вдохновения или творческого поиска. Это просто признает, что у поиска тоже должны быть берега, иначе он рискует превратиться в бесцельное блуждание. Муза, как известно, посещает не только готовых к полету, но и тех, кто садится за стол в девять утра.

Боязнь показаться сухим исполнителем, лишенным полета, заставляет многих надевать маску искусственного одухотворения. Это утомительно. Гораздо честнее — и в конечном счете продуктивнее — позволить лирике быть естественным следствием увлеченной работы, а не ее обязательным авансом. Если в процессе вы вдруг найдете для него прекрасную метафору — что ж, прекрасно. Но если нет, а проект тем не менее завершен в срок и с должным качеством, это и есть самая убедительная поэма о профессиональной ответственности. Ее не нужно декламировать, ее видно по результату.