ЗЕМЛЯНИЧНЫЕ ЗОВУТ ПОЛЯНЫ...

Земляничные зовут поляны.

Пахнет скошенной травой июль.

И закаты его багряны,

И огнём горизонт полыхнул.

Помнишь, мы васильки собирали.

Неба лучики среди ржи.

Помнишь, юные — зоревали.

Юность, вспомни же?! …Миражи…

Без печали июль проходит.

Просто некогда горевать.

Память в юность легко уводит.

Я в июль уйду — зоревать.

Я в июль хочу возвращаться,

Чтобы память разбередить.

У туманной реки влюбляться,

Я в июль хочу — чтобы жить.

Июль нашей юности

У каждого из нас в шкатулке памяти хранится свой июль. Тот самый, из далёкой, почти сказочной юности, когда сердце билось чаще не от зноя, а от любви, а мир казался бескрайним, как поле спеющей ржи. Вспомните... Воздух густо напоен ароматом земляничных полян и свежескошенной травы. Горизонт полыхает багряным огнём заката, и кажется, будто само небо сгорает от страсти, вторя пылу юных сердец. Дни бесконечны и полны смеха, а ночи коротки и отданы мечтам под звёздным шёпотом. То была пора нашей зирганской молодости. Пора, когда мы собирали васильки — синие лучики неба, запутавшиеся в золоте ржаных колосьев. Когда прохладные, чистые воды реки Белой остужали наш юношеский пыл, но не могли погасить огня первой, самой трепетной любви. Мы «зоревали», провожая закаты и встречая рассветы, не зная усталости, веря, что впереди — целая вечность счастья. Для кого-то та первая зирганская любовь стала путеводной звездой и верной судьбой на всю жизнь. А кто-то пронёс её через годы светлой, тихой грустью, как воспоминание о самом дорогом, что было и уже не вернётся. Но как бы ни сложились пути, тот июль навсегда остался в душе. Он укрыл нас своим теплом, научил любить и чувствовать так остро, как возможно лишь однажды. Так да здравствует наша яркая, звенящая зирганская молодость! Спасибо, что ты была. Спасибо за тот июль, в который мы всегда можем вернуться, стоит лишь закрыть глаза.

Спасибо Розе Сиротиной, которая своей поэзией вернула нас в зирганскую юность.