Переезд в первую собственную квартиру, пусть и в ипотеку, было как второе рождение.
Максим и Лена две недели жили на картонных коробках и сумках, в ожидании переезда.
Перевозка вещей была главным препятствием. Грузчики от частных фирм брали сумму, сравнимую со стоимостью нового холодильника.
— Да брось ты, Макс! Какие грузчики? — бодро рявкнул в телефон дядя Сергей, брат отца, когда Максим, в отчаянии, позвонил просто выговориться. — У меня ведь два богатыря! Артём и Лёха. Мужики, ростом под метр девяносто, сильные, как быки. Мы втроём за три часа твою фуру разгрузим, как орешки расщёлкаем. Бери машину поменьше, экономь!
Максим почувствовал, как камень свалился с души.
— Дядя Серёж, ты уверен? Это же суббота, у них, может быть, свои планы…
— Какие планы?! Помочь родне — это самый главный план! — уверенно отрезал дядя. — Мы в восемь утра уже будем у тебя. Сказано — сделано. Сам знаешь мой принцип.
Принцип дяди Сергея был известен: он любил давать громкие обещания, подчёркивая свою значимость и широту души.
Максим, помня несколько случаев, когда за шумной уверенностью следовали неловкие отговорки, заколебался.
Но речь шла о переезде, и предложение родного дяди звучало как манна небесная.
— Лен, — сказал он жене, — дядя Сережа с сыновьями пообещали взять разгрузку на себя.
Елена, заклеивая скотчем коробку с книгами, нахмурилась.
— Ты уверен? Помнишь, как он обещал помочь с ремонтом на даче, а потом его "срочно вызвали на работу"?
— Это другое! Тут его сыновья, они не подведут. Им по двадцать лет, им физически в кайф поворочать чемоданы. Да и дядя любит покомандовать. Он не подведёт, ему же лицо терять перед братом, моим отцом, неудобно будет.
Уговорив сам себя, Максим с облегчением заказал не огромный фургон с бригадой, а более компактный и дешёвый грузовик, рассчитанный на компактную перевозку. Он подтвердил дату и время водителю: "Разгрузка у нас быстрая, свои люди, будем готовы к 8:30".
Вечером в пятницу съемная квартира напоминала лабиринт из картонных коробок, сумок и пакетов.
Максим, уставший, но счастливый, отправил дяде Сереже подтверждающее сообщение: "Дядя Серёж, привет! Так и планируем на завтра. Фура будет у дома к 8:30. Мы к тому времени всё из квартиры вынесем в подъезд. Очень надеемся на вас. Спасибо огромное ещё раз!"
Через десять минут пришел голосовой ответ от родственника, шумный и бодрый:
— Максим, не парься! Всё будет, как надо. Мои пацаны уже спортивную форму готовят, шутят, что это им вместо тренировки. В семь выезжаем. Готовь бутерброды, мы поработаем на славу!
Тон дяди Сережи был настолько безапелляционным, что последние сомнения Максима растворились.
Он купил обильные закуски, пироги, пиво и газировку для "богатырей", предвкушая, как они, потные и довольные, будут уплетать еду после трудового подвига. Елена, несмотря на это, все равно оставалась скептиком.
— Я завтра с утра буду контролировать, как грузчики заносят хрупкое на новом месте. А ты точно справишься на съемной квартире сам? — спросила она.
— Абсолютно! Дядя Сергей — организатор, Артём и Лёха — рабочая сила. Я буду просто указывать, что куда нести. Всё схвачено.
Он лег спать в два часа ночи, но заснул быстро, под убаюкивающую мысль о том, что самые страшные этапы — погрузка и разгрузка — почти сделаны.
В субботу, в 6:30 утра прозвенел будильник. Максим, через силу разлепив веки, первым делом посмотрел на телефон.
Там не было ни сообщений, ни пропущенных. В 7:00 он позвонил дяде, чтобы подтвердить выезд.
Телефон звонил долго, потом звонок сбросили. "Наверное, за рулём, — подумал Максим. — Или собираются".
В 8:30 грузовик был уже во дворе. Водитель, угрюмый мужчина лет пятидесяти, вышел покурить.
— Ну что, поторапливай своих, — бросил он. — У меня по графику в 11 ещё один рейс.
— Сейчас будут, — бодро ответил Максим, снова набирая номер дяди.
На этот раз телефон взяли почти сразу.
— Алло? — голос дяди Сергея звучал неестественно тихо и хрипло.
— Дядя Серёж, доброе утро! Вы где? Фура уже пришла.
На той стороне линии послышался тяжёлый, страдальческий вздох, от кого мужчине стало не по себе.
— Максим… сынок… ты даже не представляешь, что тут у нас творится. Катастрофа...
Холодные мурашки пробежала по спине Максима.
— Что случилось?!
— Да все мы, все трое, свалились. Ночью скрутило. Кишечная инфекция, отравление, не пойму. Артёма и Лёху всю ночь… ну, в общем, извини за подробности, рвало. А у меня сейчас температура под 38, еле телефон взял. Мы лежим, вообще не встаём.
Мир вокруг Максима замер. Звук — шум улицы, голос водителя, спрашивающего что-то, — все это утихло. Он слышал только собственное сердцебиение в ушах.
— Но… как?.. Вчера же всё было хорошо… — выдавил он.
— Да я сам в шоке! Наверное, вчера шашлык попался плохой. Скотина, я ему покажу… Ох, схватило опять… Максим, прости, родной, мы физически не можем никак. Ты уж там как-нибудь… сам… или найди кого…
Голос дяди Сергея прервал приступ фальшивого кашля.
— Держись, — хрипло бросил он и положил трубку.
Максим стоял посреди двора, уставившись в экран телефона. Водитель, до которого наконец дошла суть происходящего, заговорил:
— Молодой человек, у меня график. Или грузим сейчас, или я уезжаю. А ты мне и за простой, и за рейс заплатишь.
Максима бросило в холодный пот. Кого он найдет в 08:30 утра субботы? Все друзья либо уехали, либо спят после пятницы. Родители вообще в другом городе.
— Лена… — с ужасом подумал он о жене, которая уже была на новом месте и ждала машину с коробками.
— Дайте пять минут! — взмолился Максим, обратившись к водителю, и начал лихорадочно обзванивать все конторы по переездам из интернета.
Первый номер: "На сегодня все бригады заняты, могу предложить на понедельник".
Второй: "Можем подъехать, но только после трёх дня, и стоимость разгрузки будет 25 тысяч, так как срочный вызов".
Третий, четвёртый, пятый… Цены взлетали с каждой минутой, а доступных грузчиков не было.
Водитель, видя его панику, выдвинул ультиматум:
— Делайте что хотите, но через 15 минут я начинаю накручивать простой по 300 рублей за каждые 10 минут. И вы мне оплачиваете полный рейс.
Отчаяние превратилось в холодную, яростную решимость. Максим нашёл в интернете объявление "Грузчики-шабашники. Недорого. В любое время".
Он набрал номер. Ему тут же ответил невнятный голос с сильным акцентом: "Двое будут через час. 20 тысяч наличными. Без чека".
— Едьте! — закричал Максим.
Час ожидания под испепеляющим взглядом водителя, накручивающего счётчик простоя, был пыткой.
Наконец, подъехала раздолбанная "девятка". Из неё вылезли два тощих парня, от которых пахло дешёвым табаком и вчерашним перегаром.
Они посмотрели на гору коробок и мебели без энтузиазма. Работа пошла со скрипом. Они путали этажи, едва не уронили шкаф, грубо швыряли коробки с пометкой "хрупкое".
Максиму пришлось работать наравне с ними, только чтобы ускорить процесс и сохранить хоть что-то.
К 12 часам, с дикой болью в спине и пустым кошельком, он наконец расплатился с водителем (включая огромный простой) и шабашниками.
*****
На новой квартире Елена, прождавшая три часа с хрупкими вещами у входа, была в истерике.
Увидев измученного, грязного мужа и то, как грузчики бросают коробки, она расплакалась от бессилия.
Вечером, разбитые, они сидели среди хаоса, заедая стресс тем самым пирогом, купленным для родственников.
Максим чувствовал не только физическую усталость, но и жгучую обиду, злость на собственную наивность.
— Позвони отцу, расскажи, — предложила Елена устало. — Пусть знает, на что способен его брат.
Максим нехотя набрал отца. Выслушав историю, мужчина долго молчал.
— Странно, — сказал он наконец. — Сегодня днём звонила твоя тётя, жена Сергея, спрашивала рецепт маринада для шашлыка. Ни слова про болезнь не сказала.
Сердце Максима упало. Он зашёл в социальные сети. На странице двоюродного брата Артёма обновлений не было.
Но на странице Алексея, который был менее скрытным, в разделе "Фотографии с друзьями" он нашёл то, что искал.
Фото было загружено три часа назад. На нём — улыбающийся дядя Сергей в кепке и рыбацком жилете, держащий за плечи сыновей-близнецов.
На заднем плане — гладь озера, лодка и уже пойманная щука. Подпись: "Мужской день удался! Ничего лучше субботней рыбалки с пацанами и не придумаешь! #отличныйулов #семейныеценности #богатыри".
Максим показал телефон жене. Она посмотрела на фото, потом на его лицо, и в её глазах отразилось не столько удивление, сколько глубокая, окончательная печаль.
Всё стало ясно. "Кишечная инфекция" была на озере. "Не встаём" превратилось в активную ловлю рыбы.
Максим не стал звонить дяде с претензиями и не стал писать гневных сообщений.
Он просто сохранил это фото. А через несколько минут тишины взял телефон и набрал номер отца.
— Пап, дядя Сережа с сыновьями были на рыбалке, оказывается. Я больше никогда не буду полагаться на него. И прошу тебя: никогда не передавай мне его просьбы о помощи. Всё.
Он положил трубку. Максим обнял жену, и они молча начали разбирать коробки, уже ни на кого не надеясь, кроме самих себя.