Сегодня – 50 лет со дня провозглашения Лаосской Народно-Демократической республики
Далеко не каждый наш соотечественник вспомнит, где находится Лаос, а уж тем более, что там за режим и кто стоит у власти. Дело в том, что, в отличие от туристически раскрученных соседей Вьетнама, Тайланда и Камбоджи, эта небольшая страна не имеет выхода к морю. Издавна это был медвежий угол Индокитая - горы и непролазные джунгли. И сегодня, если во Вьетнаме на площади меньше, чем у Камчатки или Бурятии, живет свыше 100 млн. человек, то Лаос при немного меньшей площади имеет население, сравнимое с Петербургом, – 7 млн.
Тем не менее, история лаосской революции и войны против Японии, Франции и США, весьма любопытна. Строчки из национального гимна «Захватчиков не знай, край Лао» вполне ей соответствуют. Сегодня эта страна является нашим последовательным союзником, а во главе её стоит выпускник ленинградского - петербургского РГПУ им А. И Герцена (который является alma mater и для автора данной статьи).
Слоны, французы, Красный принц
Первое государство на территории нынешнего Лаоса сложилось в XIV веке и получило красивое наименование «страна миллиона слонов и белого зонта». Через некоторое время однако оно развалилось на три королевства, которые попали в вассальную зависимость от соседнего Сиама (Тайланда).
В конце XIX столетия Индокитай стал ареной соперничества двух ведущих колониальных держав – Британии и Франции. До «медвежьего угла» правда долго не доходили руки, те делили соседние страны. В Бирме обосновались англичане, французы взяли под контроль Вьетнам и Камбоджу. Однако в 1893 году французский военный флот появился возле Бангкока и сиамцам пришлось отдать всю территорию восточнее реки Меконг. А уже в 1904 году – и практически весь Лаос. Сам Сиам при этом остался независимым.
Французы не особенно лезли в местные порядки и тем более не стремились вкладываться в развитие этих земель: часть провинций подчинили непосредственно генерал-губернатору, находившемуся во Вьетнаме, а часть - протекторатами, где у власти оставались местные вице-короли или упараты.
В 1909 году в семье упарата Луапхабангского королевства родился мальчик Суфанвонг. Он был младшим из 22-х (!) детей вице-короля, да к тому же незаконнорожденным, от обычной, незнатной женщины. Тем не менее получил неплохое образование в лицее во Вьетнаме, а затем уехал во Францию, где работал докером и окончил Парижскую школу рабочих инженеров.
Надо напомнить, что Париж 1920-х годов был настоящей Меккой марксизма, и многие выходцы с Востока, оказывавшиеся во французской столице, проникались этими идеями. Среди них – Нгуен Ай Куок, ставший нам известный как Хо Ши Мин, будущие лидеры Компартии Китая Чжоу Эньлай и Дэн Сяопин, и многие другие. Вот и Суфанвонг «заболел» марксизмом. Вернувшись в Азию в 1939 году, он осел во Вьетнаме, где женился на вьетнамке и получил должность в департаменте общественных работ в Нячянге.
К концу Второй Мировой войны сложилась ситуация, при которой номинально регионом продолжали управлять французы, но при этом в нем находились японские войска, допущенные туда коллаборационистским правительством Виши. Поэтому в марте 1945 года, когда уже было очевидно скорое падение Виши и приход генерала Де Голля, японцы свергли французскую власть. Причем происходило это под лозунгом «Азия для азиатов» и подавалось как освобождение от колониализма. Этим немедленно воспользовались вьетнамские коммунисты во главе с Хо Ши Мином, создавшие армию освобождения и взявшие под контроль ряд провинций.
И здесь нужно отметить ключевой момент – лаосская революция теснейшим образом связана с вьетнамской, можно сказать, является её младшей сестрой. Тут играет роль и историческая, и территориальная близость, и боевое содружество. Коммунисты вообще изначально предполагали объединение всего Индокитая в одно государство. С начала 1930-х годов существовала Компартия Индокитая (на основе вьетнамцев), принятая в Коминтерн. Однако уже после победы августовской революции 1945 года во Вьетнаме Хо Ши Мин распустил её, чтобы сплотить все силы страны в борьбе за независимость.
Суфанувонг активно поучаствовал во вьетнамской революции, общался с Хо Ши Мином и в октябре 1945-ого вернулся на родину. Французы однако горели желанием вернуть контроль над регионом и начали боевые действия, против которых вооруженные чем попало партизаны устоять не смогли. Принц получил тяжелые ранения и через реку Меконг эвакуировался в Тайланд в марте 1946-ого.
А в 1956-ом Суфанувонг возглавил Патриотический фронт Лаоса, то есть широкую коалицию, включавшую левых и национально ориентированных лаосцев, намеренных бороться как с французами, так и с проколониальной монархией. С этого времени его стали называть Красным принцем.
Австралийский журналист Уилфред Берчетт весной 1954-ого, во время битвы при Дьенбьенфу, описывал нашего героя так:
Суфанувонг небольшого роста, но крепкого телосложения. Его лицо с высокими скулами и широким лбом производит впечатление необычайной силы, ума и жизненной энергии. Как и у большинства его соотечественников, у него угольно-черные глаза. Он самовыражается с большой энергией и демонстрирует силу характера, проявляющейся в его личности, которая подчеркивается даже тогда, когда он говорит. Он владеет прямолинейным и уверенным языком технаря, который не склонен тратить времени на политесы. С таким явлением мы часто встречаемся в Азии среди прогрессивных личностей из феодальных классов.
Лаосский Ленин, американцы, «кассетки»
Вторым (а если говорить по значимости – то первым) важнейшим действующим лицом лаосской революции стал Кейсон Фомвихан. Он родился в 1920-ом году в семье зажиточных горожан и был наполовину вьетнамцем, наполовину лаосцем. Учился в Ханое, таким образом тоже был провьетнамски ориентированным. Встретившись с принцем в 1945-ом году, он составил с ним политический союз. При этом именно Фомвихан для лаосцев - несомненный реальный лидер революции, как Владимир Ленин. А Красный принц - №2, человек, скорее осуществлявший политическое прикрытие в рамках ПФЛ. Сам Суфанувонг с такой трактовкой не спорил, а наоборот всячески её подчеркивал.
В 1955-ом при активном участии Фомвихана создается Народно-революционная партия Лаоса, которая довольно сильно отличалась от подобных организаций в мировом коммунистическом движении. Журналист и историк Михаил Ильинский, много лет проработавший в Индокитае, вспоминал:
Я думаю, что НРПЛ - самая демократическая из всех компартий мира. Ее ЦК допускало на свои закрытые совещания не только членов партии. Например, Суфанувонга. Он не был на первых этапах членом НРПЛ. Не было в партии идеологической борьбы, ни одного «персонального дела». В связи с пьянством и аморальным поведением кое-кого слегка укоряли, но «оргвыводов» никогда не делали. Шпионаж - это дело другое. За шпионаж строго наказывали, но не расстреливали... В общем, во всем была демократия по-лаосски.
Франция тем временем проиграла борьбу за Лаос. Во многом благодаря вьетнамцам: именно они изгнали французов из северных районов Лаоса, а после разгрома колонизаторов при Дьенбьенфу вынудили их вообще уйти из страны. В 1953 году Париж согласился предоставить независимость Лаосу. Была провозглашена конституционная монархия во главе с королем Сисавангом Вонгом.
Политическая жизнь страны была чрезвычайно запутана. Представители ПФЛ и Сафанувонг в частности то входил в рамках коалиционных соглашений в правительство, возглавляемое его братом принцем Суванной Фумой, то оказывался в тюрьме. В 1960-ом году страна пережила сразу три переворота, но тоже весьма своеобразных. Ильинский свидетельствует:
Особенность Лаоса в том, что почти все перевороты и путчи проходили бескровно. Солдаты даже шли в бой, стараясь не стрелять в противника: на другой стороне мог быть родной брат или другой член большой лаосской семьи.
Однако в «лаосскую семью» всё более активно влезали американцы, решившие ни в коем случае не дать левым прийти к власти в стране. Дело шло к новой войне, которая началась в конце 1950-х годов и получила название Гражданской войны в Лаосе, а в более широком контексте – Второй Индокитайской. Она тоже крайне запутана. Боевые действия прерывались мирными передышками и созданием коалиционных правительств, потом следовали военные перевороты и новые вспышки насилия. В страну входили то войска Демократической республики Вьетнам, то Южного Вьетнама.
С одной стороны действовал ПФЛ во главе с Фомвихваном и Суфанувонгом. С другой, правые силы, ориентировавшиеся на США, во главе с принцем Бун Умом, а также генералами Фуми Носаваном и Купраситом Абхаем, которые одновременно грызлись между собой. С третьей так называемые нейтралисты во главе с принцем Суванной Фумой, которые блокировались то с одними, то с другими, и внутри себя тоже делились на правых и левых. При этом Фума всю войну занимал должность премьер-министра (иногда при этом находясь в изгнании), а ДРВ снабжала партизан Южного Вьетнама через лаосскую территорию по знаменитой тропе Хо Ши Мина. Которую, а заодно и отряды ПФЛ постоянно бомбили американцы.
Всего за годы войны США обрушили на Лаос порядка трех миллионов тонн (!) бомб, то есть по несколько сотен килограмм в расчете на душу населения. В основном это были «кассетки». До сих пор разминировать всё не удалось – территории 9 провинций считаются опасными.
На стороне американцев выступало крупное (порядка полумиллиона) нацменьшинство хмонгов. Многие из них служили ещё в колониальной французской армии. Хмонги обитали в горах, занимаясь, в частности, выращиванием опийного мака. Что стало прибыльным бизнесом для ЦРУ, курировавшего операции в Лаосе. Самолеты их авиакомпании «Air America» курсировали между Южным Вьетнамом и горным районами Лаоса, вывозя оттуда наркотики и поставляя оружие хмонгам. Треть их после поражения бежали в США. Жизни хмонгской диаспоры посвящён фильм «Гран Торино» знаменитого американского актёра и режиссёра Клинта Иствуда.
Ещё одна интересная деталь – роль Управления международного развития (USAID). Казалось бы сугубо гуманитарная организация тоже спонсировала проведение операций ЦРУ в Лаосе, причем на средства, предназначенные для оказания медицинской помощи в сельских регионах страны. Уже в самом конце войны - весной 1975-ого - на деньги USAID американцы попытались спровоцировать очередной мятеж. Выяснилось, что для этих целей на острове Конг на Меконге существовала целая база ЦРУ для подготовки боевиков. После многочисленных митингов с требованием изгнания организации из страны USAID была вынуждена свернуть свою деятельность. Ну а в США – как мы знаем теперь – через полвека её прихлопнул президент Дональд Трамп.
СССР в свою очередь поставлял дружественному ПФЛ военную помощь. В конце 1960-ого года во Вьетнам были направлены две советских эскадрильи военно-транспортной авиации, осуществлявшие боевые вылеты на территорию Лаоса. 17 февраля 1961 года один из самолетов был сбит зенитным огнем проамериканской группировки – погибли 7 человек, 5 наших и двое сопровождавших вьетнамцев. Позднее из Союза через Северный Вьетнам пошли артиллерия с боеприпасами, топливо, продукты. А также прибыла группа советских инструкторов в количестве 113 человек.
Победа, русские и снова слоны
В 1971 году американцы совместно с южновьетнамцами попытались провести сухопутную операцию - массированную атаку на тропу Хо Ши Мина. Однако были отброшены назад, понеся серьезные потери. Это стало переломом в войне, которая, правда, продолжилась ещё 4 года. 23 августа 1975 года войска ПФЛ вошли во Вьентян, а 2 декабря была упразднена монархия: король Саванг Ватхана отрекся от престола, было провозглашено создание Лаосской Народно-Демократической республики.
Суфанавонг на Конгрессе народных представителей был избран её первым президентом, а Фомвихван – в дополнении к посту генерального секретаря ЦК Народно-революционной партии – стал премьер-министром. В 1992-ом Суфанавонг покинул свой пост, его сменил Фомвихван, однако через год тот скончался. Красный принц же ушёл из жизни в 1995-ом.
Интересно, что традиции «лаосской семьи» применили и к поверженным врагам. Незадачливый братец Суфанавонга Суванна Фума, который в годы войны возглавлял проамериканское правительство, не был репрессирован, а до естественной смерти в 1984 году жил в своём особняке и числился советником Фомвихвана и даже периодически с ним общался. А в 1990-ом году разрешили вернуться на родину бежавшим в США хмонгам, и многие это сделали.
Социализм в Лаосе существует и по сей день, а НРЛП остается единственной партией. Особо доверительные отношения, помимо Вьетнама, связывает две народные демократии – Лаос и Северную Корею. Достаточно взглянуть на памятники революционерам и строителям мирной жизни во Вьентяне возле музея Фомвихвана: очевидно, что их либо делали северокорейцы, либо авторы максимально вдохновлялись соответствующими композициями у дворца Мансудэ в Пхеньяне.
Действующий президент Тхонглун Сисулит, как уже было сказано, учился у нас: окончил филфак университета Герцена, а затем получил докторскую степень в Академии общественных наук при ЦК КПСС. Поэтому прекрасно владеет русским языком. И когда встречается с Владимиром Путиным может не пользоваться услугами переводчика.
В 2024 году между Россией и Лаосом был подписан договор о военно-техническом сотрудничестве, что вскоре вызвало истерику в Киеве: мол, вслед за северокорейцами приедет на фронт контингент лаосцев. Такого пока не произошло, но в целом Вьентян является нашим союзником и Москву поддерживает, в том числе это заметно по голосованиям в ООН.
И ещё один штрих – Сисулит во время одной из встреч с Путиным объявил о намерении подарить Петербургу двух слонов к 65-летию установления дипотношений между нашими странами. Дату отметили 7 октября, а судьба слонов так и не прояснена. Как выяснилось, петербургскому зоопарку их... негде держать. Хотя и до революции, и в советские времена слоны там были. Могли бы городские власти как-то подсуетится и решить вопрос, но, как всегда, из Смольного веет ленью и безразличием.
Ну а о сегодняшнем дне Лаоса в сравнении с соседними странами WG рассказал журналист Юрий Нерсесов, несколько лет назад путешествовавший по Индокитаю:
Камбоджа напоминает Россию нулевых, но без нефти. Вымогательство начинается с аэропорта, полицейские придираются к якобы неправильным печатям или фото и требуют деньги за необходимые для входа исправления. В гостинице постоянные проблемы: то переселяют в другой номер, то выстиранную одежду не отдают на основании того, что вы живёте в том самом другом номере, из которого переселили. Единственное интересное место - Королевский дворец. Музей геноцида красных кхмеров радует полным отсутствием экспонатов, кроме нескольких и так всем известных фоток неизвестно чьих черепов и каких-то корявых рисунков.
А вот Вьетнам и Лаос производят более благоприятное впечатление. Во Вьетнаме чувствуется деловая активность, все куда-то бегут или мчатся, кроме тех, кто на улицах торгует. В Лаосе наоборот никто не торопится. В остальном всё похоже, бюрократизма с туристами мало. Во Вьетнаме при въезде ничего заполнять не пришлось, в Лаосе заполнили одну бумажку, но зато нам указали службу такси при аэропорте, чтобы не тратили лишние деньги. В обеих странах очень приличный сервис и чрезвычайно интересные музеи. Говорят больше по-английски, но иногда и по-русски, демонстрируя симпатии к России.
Андрей Дмитриев, тг-канал Русское чучхе, специально для @wargonzoya