Никак не могли съехаться с парнем из-за наших животных, пока он сам не предложил отличную идею

Все началось с тихого вечера и чашки остывающего чая. Звонок застал меня врасплох, как всегда.

— Алеша, мне кажется, это не сработает. Представь: мои кошки, твой Рекс, дети... В твоей трешке нам будет тесно, как сельдям в бочке. И я сразу скажу — я не готова делить жилье с большой собакой. — Я произносила эти слова уже в сотый раз.

— Мы найдем способ, Вероника! Тысячи семей уживаются с питомцами. И дети обожают животных! — настаивал Алексей.

— Возможно. Но я не хочу этого. Не хочу вычищать шерсть с ковров каждый день. Не хочу вставать в шесть утра на прогулку, независимо от погоды. Не хочу волноваться, что твой добряк-пес, сам того не желая, толкнет моего сына. Пес должен жить во дворе.

— А твой мурлыка разве не устраивает хаос? — Он попытался шутить, сменив тактику.

— Не смеши меня. Мой Маркиз ходит в свой лоток, не грызет обувь и точит когти строго о свою доску. Сравнивать кота и овчарку — бессмысленно.

— И что же нам делать? Я люблю тебя, я хочу, чтобы мы были вместе. — В его голосе прозвучала настоящая боль.

Мы встретились год назад, оба неся груз прошлых неудач. Его дочь, Соня, жила с матерью, мой Степан остался со мной. И пока наши отношения были чередой романтических свиданий и страстных встреч, все было прекрасно. Он познакомил меня с Рексом, мощным псом-спасателем, а я — со своим капризным Маркизом. Но стоило Алексею заговорить о совместном быте, как идиллии пришел конец.

— Я не знаю, что делать. Но переезжать в твою квартиру я не хочу. Это настоящая мужская берлога, приспособленная только под тебя и Рекса. Степе всего шесть, он не привык к большим собакам. А если Рекс не рассчитает сил в игре?

— Это просто отговорки! Скажи прямо — ты не хочешь быть со мной! — его голос сорвался на крик.

— Хочу! Но не в этих стенах! Ты меня совсем не слушаешь!

— Тогда давай я перееду к тебе.

— Ты серьезно? Я два года копила на ремонт, чтобы сделать все как мечтала. Твой Рекс, оставшись один, скучает и грызет все, что плохо лежит.

— Я не понимаю тебя. Не хочешь ко мне, не хочешь к себе. Похоже, ты просто не готова к этому шагу.

— Может, и не готова! — вырвалось у меня.

— Если не готова, тогда зачем мы вообще все это затеяли? Давай закончим эти мучения! — прогремел он в ответ.

— Прекрасно! Давай! — я резко положила трубку.

Разве я желала такого финала? Нет. Но иного выхода я не видела.

Прошло несколько тяжелых недель. Мы изредка переписывались с Алексеем, обмениваясь сухими, ничего не значащими фразами: «Как дела? Как Степа?». Гордость мешала сделать первый шаг. И вот однажды вечером он пришел.

— Привет, — произнес нерешительно. — Можно поговорить?

— Привет, — я постаралась, чтобы мой голос звучал холодно, хотя внутри все ликовало. — Если о нас, то, кажется, все уже сказано.

— Сказано-сказано... Можно войти? Просто выслушай. Обещаю, не буду упрашивать.

Я кивком разрешила ему пройти.

— А Степан где? Уже поздно.

— У родителей. Завтра мне рано на собеседование в другой конец города. Они отведут его в сад. О чем ты хотел поговорить? — я села в кресло, скрестив руки в защитной позе.

Он постоял с минуту, затем медленно подошел и опустился на корточки передо мной.

— Слушай, мы же взрослые, умные люди. Давай решать эту задачу вместе.

— Есть предложения?

— Я обдумывал это все время. И нашел вариант. Я продаю свою квартиру. Мы покупаем дом за городом. Представь: у Рекса будет свой просторный вольер, свой двор. Он не будет тосковать в четырех стенах. А у детей — свежий воздух и место для игр.

Он говорил долго, горячо, рисуя картину нашего будущего. Он не просил меня выбрать между ним и комфортом. Он нашел путь, где никто не будет жертвой. Это был по-настоящему зрелый, смелый шаг мужчины, готового строить семью.

Я протянула ему руку.

— Знаешь, — улыбаясь сказала я. — А это прекрасная идея.