Найти в Дзене
Вехи Синематографа

Про книги. Тургенев "Рудин"

Это первый опыт Тургенева в большой прозе. Прежде он сочинял рассказы и небольшие повести, а тут сразу роман, хоть и относительно не большой по объёму. Но дело не в количестве, а в качестве. Эта книга сперва вышла в двух номерах "Современника" и сразу же взбаламутила читающую публику. Образ человека умного, политически и культурно подкованного, но совершенно не приспособленного к жизни волновал и озадачивал забродившие умы. Было непонятно, герой он или антигерой. Теоретик-вождь или демагог-пустомеля?  Рудин заявился в имение мадам Ласунской, очаровал её своим красноречием, снискал расположение домочадцев и даже любовь её семнадцатилетней дочери Наташи. Но вот беда, Дмитрий Николаич Рудин совершено не знает, что делать с этим багажом теорий. У него пуст карман, он вечно в долгах и не стесняется быть нахлебником. Мало того, он и Наташу-то проворонил. Там, где теории должны перейти в крепкое лобзание Рудин выказал малодушие и нерешительность. Естественно, он был посрамлеëн и изгнан. Не

Это первый опыт Тургенева в большой прозе. Прежде он сочинял рассказы и небольшие повести, а тут сразу роман, хоть и относительно не большой по объёму. Но дело не в количестве, а в качестве. Эта книга сперва вышла в двух номерах "Современника" и сразу же взбаламутила читающую публику. Образ человека умного, политически и культурно подкованного, но совершенно не приспособленного к жизни волновал и озадачивал забродившие умы. Было непонятно, герой он или антигерой. Теоретик-вождь или демагог-пустомеля? 

Рудин заявился в имение мадам Ласунской, очаровал её своим красноречием, снискал расположение домочадцев и даже любовь её семнадцатилетней дочери Наташи. Но вот беда, Дмитрий Николаич Рудин совершено не знает, что делать с этим багажом теорий. У него пуст карман, он вечно в долгах и не стесняется быть нахлебником. Мало того, он и Наташу-то проворонил. Там, где теории должны перейти в крепкое лобзание Рудин выказал малодушие и нерешительность. Естественно, он был посрамлеëн и изгнан. Не совсем изгнан (сам уехал), но было неловко и стыдно.

 Полная противоположность Рудину - помещик Ленжев. Он энергичен и полон сил. В беседах он словно бы тыкает Рудина, как котёнка в молоко. Такие, как Лежнев локомотивы и более пассионарии, нежели говоруны-рудины. Рудин - "лишний человек" в русской литературе. Это определение, пожалуй, - в самую точку. 

Что интересно, в первой редакции Рудин скитался по Руси, как цветок в проруби, без дела и без занятий - он нигде долго не держался. Но спустя четыре года Тургенев приписал к роману ещё один абзац. Там он забрасывает своего персонажа на парижские баррикады и там убивает его. Ну хоть...