Нужно отметить, что одной из моих обязанностей был анализ питьевой воды и воды в бассейнах на содержание остаточного хлора (дезинфекция). Для этого я раз в неделю навещал как наш городок, так и жилой комплекс для местных работников. И если у нас в городке обезьян практически не было, то в поселке для местных их было видимо-невидимо. Об этом знали все экспаты, и как любой исконно русский человек, они мечтали покормить милых зверюшек бананами с рук.
ИДИОТЫ!
Еще один хвостатый беспредельщик жил возле моего офиса на заводе. Это был предельно наглый тип, который заходил ко мне в кабинет и тащил оттуда все, что хотел. Например, печенье или старые кроссовки. Кричать и швыряться в него было бесполезно, потому как он сразу скалил зубы и начинал швыряться в ответ (своим же г... ном) и единственное, чего он реально боялся - вспышка от фотоаппарата. Поэтому я всегда замыкал дверь в офис. Просто закрыть - было недостаточно. Эта зараза легко открывала дверь.
В один из дней, вновь прибывший экспат напросился со мной посмотреть мартышек. Я долго не соглашался, но по просьбе директора взял его. Только сразу сказал: с рук не кормить. Кидать бананы издалека. За ухом обезьян не чесать. Мой коллега Вадим на все согласился, только попросил заехать на рынок, купить мартышкам вкусняшек. Ну заехали, ну купили килограмм 10 бананов и пару буханок местного сладкого хлеба. Сопровождающий нас солдат, наивная душа, думал, что это все ему. И всю дорогу от рынка до посёлка смотрел голодными глазами на бананы и глотал слюну. Каково же было его разочарование, когда понял, что у него были конкуренты.
Так или иначе, но, в конце концов, мы добрались в поселок для местных под названием Ferrostahll. Поскольку поселок был построен по типовому проекту, то посреди него находился плавательный бассейн. С одной стороны, местные им не пользовались, потому как обычно до ужаса боятся открытой воды и бассейн был грязным, с другой стороны его необходимо было регулярно обрабатывать химикатами, чтобы травить личинок малярийных комаров.
Рядом же росло несколько огромных деревьев, где жила стая зелёных мартышек. Пока я делал анализы воды, мой напарник решил покормить несчастных животных. Достал он бананы и хлеб и стал приманивать обезьян. Причмокивал им, рассказывал какие сладкие бананы... В общем, веселился как ребёнок. С дерева слез весь такой седой и наглый обезьян и отправился посмотреть, что за дебил тут нарушает общественный порядок. Наш герой дня очень обрадовался, что обезьяны понимают русский язык и стал швыряться в вожака стаи бананами и хлебом. Тот ничего не понял, но халявную кормёжку оценил. И практически в одну харю умял несколько килограмм бананов и хлеба.
Но, к сожалению, все хорошее рано или поздно кончается, в том числе и халявные лакомства. И Вадим не придумал ничего лучшего, как показать обезьяне всем известное Стахановское движение и послать по не менее известному адресу. Это была раковая ошибка. Не роковая, а именно раковая. Потому что Вадик сам же научил мартышку русскому языку. Естественно, что зверюга обиделась такому хамскому отношению. И с места прыгнула метров на пять. Своими зубами с визгом вцепилась моему коллеге в бедро и прокусила.
Кровь из ноги бьет почти фонтаном, Вадик орет, обезьян визжит. Короче Содом и Гоморра. А тут еще и солдат. С одной стороны, вроде как нужно и спасать белого дебила, но с другой есть классовая и расовая ненависть. Ибо нефиг было обезьян кормить, пока солдат голодный. В общем взял он автомат как дубину и начал лупить им по мартышке.
Но это в теории. На практике Вадим от боли скакал словно раненый лось, а перепуганный обезьян вцепился в его прокусанную ногу и истошно визжал. В результате солдат так ни разу не попал по зверю, но раз 5 или 6 от души саданул по Вадиму. В конце концов, обезьяне надоел этот цирк, а скорее его просто на полный желудок укачало от этих скачек, и он изрядно ощипанный, но не побежденный отправился, под аплодисменты стаи к себе на ветку. Мы же поехали в больницу, накладывать швы.