Статистика утверждает, что каждую минуту у трёх женщин в мире диагностируют рак молочной железы (РМЖ). По данным Всемирной организации здравоохранения, ежегодно с этим диагнозом сталкиваются более 2,3 миллиона женщин. Это — самый распространённый онкологический диагноз среди женщин во всём мире.
При этом, уровень выживаемости при РМЖ вселяет надежду. Если болезнь обнаружена на ранней стадии (I–II) выживаемость достигает 90–95%. Даже на III стадии она остаётся высокой — около 70%, а при метастатическом процессе (IV стадия,) медицина уже умеет значительно продлевать жизнь и сохранять её качество.
И когда лечение закончено кажется, что можно выдохнуть, потому что болезнь остановлена, контрольные обследования показывают стабильность. Рак побежден! Я справилась! Я смогла! А что же дальше?... Женщины, уже прошедшие через РМЖ, знают, что за последней операцией, капельницей химиотерапии, за последним лучом начинается нечто совершенно иное. Жизнь после. Ремиссия, длиною в жизнь.
Это пространство, о котором мало говорят. Внешне оно похоже на возвращение к обычной жизни, но внутри — полное переосмысление. Изменения в теле, вынужденные корректировки в привычном графике жизни. Непонимание, как правильно вести себя в окружении близких, друзей или просто знакомых. Оплакивать потерю груди или радоваться, что живая? Возвращаться некуда, потому что жизнь не ощущается прежней, ее больше нет. Есть новая, и её нужно научиться проживать. А как чаще всего поддерживает общество? «Ты же выздоровела — радуйся!»
Вот уже пару лет своей профессиональной деятельности я работаю волонтером-психологом в Благотворительном фонде «Омыр сыйла»- Надежда на жизнь, созданном в поддержку женщин, столкнувшихся с раком молочной железы. Так с чем же чаще всего сталкиваются женщины в ремиссии после РМЖ?
В первую очередь это психоэмоциональные последствия. Страх рецидива — один из самых частых и тяжёлых спутников жизни после онкологического диагноза. Мои подопечные, выражаясь метафорически, говорят: «Я вроде бы живу… но как будто с чемоданом, который не знаю, когда придётся снова распаковать». Даже после успешного завершения лечения у пациенток остаётся сильный страх: "А вдруг болезнь вернётся», "наверняка рецидив", "я еще раз не справлюсь". Этот страх может быть навязчивым, мешать планировать будущее, наслаждаться жизнью и строить отношения. Он может проявляться как в виде фона, так и в виде приступов тревоги, особенно перед контрольными обследованиями, так называемый "синдром ожидания диагноза». Это неофициальный, но широко используемый в онкопсихологии термин, описывающий состояние повышенной тревожности у онкопациентов или пациентов, находящихся в ремиссии, связанное с ожиданием результатов медицинских обследований. И возникает ощущение, что жизнь «замирает» до получения результата. Это состояние может проявляться, даже спустя годы после окончания лечения.
Пациентки часто стыдятся этих страхов- «что я как маленькая», обесценивают- «переживать уже не о чем», или, заталкивают страх глубоко внутрь интроектом- «если буду об этом думать-притяну болезнь снова».
Несколько реже, женщины сталкиваются с симптомами посттравматического стрессового расстройства(ПТСР). Онкологический диагноз и лечение для некоторых пациенток становятся экзистенциальным ударом, травмирующим опытом, связанным с больницей, химиотерапией, мастэктомией. Это может проявляться в виде ночных кошмаров, но чаще всего выражается в повышенной чувствительности к медицинским темам и даже избегания общения с врачами, включая переносы страхов на своих родных и детей. Без медикаментозной или психотерапевтической помощи, женщина не может настроиться на последующие операции, связанные с реконструкцией молочной железы.
Изменение образа тела. Принятие тела после онкологии- это еще одно сложное переживание. Тело меняется необратимо, заметно и очень болезненно происходит принятие. Шрамы, отсутствие груди, протез, лимфостаз (чаще всего на всю жизнь.) «Я больше не чувствую себя привлекательной», «это тело — не моё», «я не хочу, чтобы кто-то видел меня такой». Снижается самооценка и особенно уязвимым местом становиться сексуальность женщины. Появляется избегание близости, стеснение партнёра, страх быть отвергнутой, снижение либидо.
Отдельно можно добавить про профессиональные сложности, которые возникают в связи с невозможностью выхода на прежнюю работу: «Я не потяну прежние нагрузки», «мне постоянно нужно будет отпрашиваться сдавать анализы». Это новый сложный поиск себя, освоение новых специальностей, при этом пережитая онкология нередко влияет на количество энергии и когнитивные функции.
Эту статью я подготовила, основываясь на опыте психологического сопровождения женщин после РМЖ в ремиссии, приоткрыв занавес пространства, о котором практически не говорят. И мне хочется донести до аудитории, до тех, кто столкнулся с этим диагнозом лично или в своей семье, что на стадии ремиссии женщины нуждаются в психологической помощи и поддержке! И особенно хочется обратиться к самим женщинам, пережившим РМЖ теплыми словами: «Дорогие женщины, вам выпало непростое испытание в жизни, вы уже показали всю стойкость и умение преодолевать трудности болезни, пройдя лечение и сейчас тот самый момент, когда точно не нужно справляться с этим в одиночку, обесценивая свои пережитые чувства и страдания». Есть много мест и специалистов, которые могут оказать психологическую помощь: фонды, группы поддержки, блоги, телеграмм каналы, сообщества. Обесценивание пережитой травмы и изоляция от общества не верный путь. Ваша жизнь точно теперь станет другой, но это ваша жизнь, и она продолжается.