Александр сидел на подоконнике небольшой квартиры-студии на седьмом этаже шестнадцатиэтажки которую он купил с полгода назад. Он был в черной футболке, темно-синих спортивных штанах, с завязанной на правой ноге штаниной. Чуть в стороне стоял протез ноги в черном ботинке. Александр в левой руке между пальцами крутил незажженную сигарету. Нет, он не курил, он бросил в госпитале, в котором ему формировали культю на правой ноге выше колена. На подоконнике перед ним лежал вскрытый большой конверт, в нем были несколько фотографий и несколько листов, исписанных мелким аккуратным подчерком. На верхней фотографии была изоражена девочка с острым носиком и нелепыми косичками. Александр вспомнил ее. Он напрочь забыл тот нелепый случай, случившийся с ним в школе в выпускном классе. Он с одноклассниками шли тогда из спортзала школы по коридору, когда в него на бегу врезалась девчушка из шестого класса, та самая, с фотографии, с нелепыми косчичками. Она выронила в тот момент книги, а он не заметил ее, повернувшись в тот момент на своего одноклассника, что то говорившего тогда ему. Столкновение с той девочкой было нелепым и неожиданным... Одноклассники Александра тогда дружно загоготоли, намеками комментируя ситуацию, а девочка, поняв, что все выглядело двуссмысленно, села на пол, закрыла лицо руками и заплакала. Александр шикнул на одноклассников тогда, заставив их сразу умолкнуть, наклонился к сидящей на полу девочке, поднял ее, взяв за дрожащие от рыданий плечи и слегка прижав ее к себе, приобнял. Он что то тогда говорил ей, успокаивал... Сейчас он помнил тоглько, что для того, что бы успокоить ее, он сказал что то вроде - "Ты как Бригантина в океане - плывешь не сворачивая"... Она тогда успокоилась, подняла на него голову, и улыбнулась. Он погладил ее по голове и... И все, он помог собрать ей книги и она побежала по коридору дальше, а он пошел по своим делам... В этом письме из конверта была описана эта история... от лица той самой девочки... Она писала и о том, как тогда она влюбилась в него, как смотрела на него на выпускном, не отводя взгляд, как плакала на вокзале, спрятавшись за табло, когда его провожали в армию. Как она почти каждый день ходила недалеко от его дома, пытаясь услышать хоть какие то новости о нем, как плакала от радости на том же самом вокзале, когда он вернулся из армии... И как снова рыдала за тем же самым табло, когда он уезжал служить по контракту... И как потом она твердо решила быть рядом со своим любимым. Любым способом. Как она ходила в спртивные секции, как училась стрелять в спортивной школе, как приходила в военкомат и требовала взять ее на службу... В армию... И ведь Александр не единой секунды не представлял даже, кто была та самая молодая девчонка - снайпер, переведенная в их боевую группу, молодая и боевая девчонка с позывным "Бригантина". Он вспоминал, что в самые тяжелые моменты, когда, казалось, уже не выбраться, рядом оказывалась она, прикрывала спину, давала возможность перезарядиться, и всегда говорила - "Дождь скоро кончится, снова будет светло и солнечно"... Ее коронная фраза, казалось бы банальная, но после нее у него всегда появлялась твердая уверенность, что все будет хорошо...
И он помнил момент, когда лет шесть назад, в очередной командировке, после тяжелого боя в каком то заброшенном здании, он случайно столкнулся с ней... Он вошел в помещение, в котором сделали душ, ворвался туда быстро, не глядя, только слыша что там кто то есть, он уже стянул с себя тельняшку, когда наконец увидел ее... Там была она, та самая "Бригантина"... Она стояла под струями душа, неловко прикрывая наготу... Он смутился, поднял тельняшку и повернулся выйти, но она поджбежала к нему, развернула и впилась ему в губы поцелуем... Дальше все было как в тумане... Он только помнил, что там была кровь... Он был у нее первым... Потом две недели они избегали друг друга... Отводили взгляды, если случайно сталкивались... А потом ее перевелеи в другую часть, а потом... Потом она пропала. Нет, не "без вести", просто он не слышал о ней ничего...
Однажды, два года назад, во время его последнего боя, когда его накрыло взрывом и оторвало ногу, ему казалось сквозь бред, когда его кто то тащил из под обстрела, что он слышал ее голос, ее фразу, ту самую - "Ничего, родной, Дождь скоро кончится, снова будет светло и солнечно"... Только сейчас, из этого письма, он понял, что тогда был не бред, это была она...
Он взял с подоконника конверт. Покрутил его в руках и из него выпал еще один листок, маленький. Он взял его и прочитал написанное уже другим подчерком:
- Саша, я мама Ани, той самой, кого вы знали как Бригантину. Вот мой адрес, нам очень надо поговорить. Анечки больше нет...
В голове Александра как будто взорвалась бомба. Бригантины, той самой Бригантины, которая столько раз прикрывала его, больше нет... Он собрался по военному быстро, вышел из квартиры, закрыл дверь на ключ и скрипя протезом вошел в подошедший лифт. Указанный в записке адрес он нашел быстро. По этому адресу был небольшой частный домик, с покрашенными белой краской наличниками, с аккуратным палисадником. Александр открыл калитку, подошел к свежепокрашенной двери и постучал... Сначала никто не ответил, но потом с той стороны застучали маленькие ножки и дверь открыла маленькая девочка лет пяти...
- Дядя, а вам кого?
Александр смотрел на девочку... остренький носик, нелепые косички и большие серые глаза... Следом вышла пожилая женщина, посмотрела на него и сказала девочке:
- Сашенька, иди в дом, это ко мне.
Девочка улыбнулась Александру и скрылась в доме. Женщина подошла к Александру, пару секунд посмотрела на него внимательно, потом обняла его и заплакала...
Они сидели в маленькой и уютной кухне, пили чай. Маленькая Сашенька крутилась за столом, не находя себе места. А Валентина Макаровна, бабушка Сашеньки и мама его "Бригантины" рассказывала. Три месяца назад Аня вернулась в цинке. Похороны были не очень пышными - только самые близкие. Валентине Макаровне передали сумку с вещами дочери, отсалютовали при опускании гроба, отметили небольшие поминки и разъехались, оставив пожилую женщину и ее пятилетнюю внучку одних. Валентина Макаровна долго не могла разобрать сумку Ани. Но неделю назад все же решилась. А там были два письма - одно ей, а второе ему, Александру. То самое, которое и было в том конверте. В письме матери Ана рассказала ей все о своем выборе и своей любви. И так же рассказала самое главное... О том, что в ее жизни был всего один мужчина и всего один раз... Тогда, в импровизированном душе шесть лет назад... И что маленькая Саша его дочь... И что Аня оставила все свои деньги ему... именно их Валентина Макаровна вложила в его бизнес... На следующий день они втроем стояли у могилы на кладбище... Александр подошел ближе, опустился на одно колено, то самое, которое осталось, и положил на могилу букет... С фотографии на обелиске на него смотрела девочка с острым носиком и нелепыми косичками... Он стоял так минут десять, не скрывая слез. Потом тихо произнес:
- Ничего, моя Бригантина, Дождь скоро кончится, снова будет светло и солнечно...
Прошло почти два года. 1 сентября на площадке возле той самой школы, где когда то учился Александр, суетились нарядные школьники, первоклашки, с серьезными лицами и с букетами, осматривались вокруг, привыкая к незнакомой обстановке. Александр, в строгом костюме, стоял среди родителей и с нежностью смотрел на одну из первоклашек. Рядом с ним стояла Валентина Макаровна и его мама, Светлана Борисовна. К Александру подбежала первоклашка с остреньким носиком, большими серыми глазами и нелепыми косичками, украшенным большими белыми бантами. Она посмотрела Александру в глаза и повернувшись к нему спиной сказала:
- Пап, поправь мне бантики, а то развяжутся.
Александр поправил бантики, подтянул узелки и нежно сказал:
- Вот теперь не развяжутся, доченька, Беги к классу, моя маленькая Бригантина.
Девочка повернулась к нему, обняла его, он погладил ее по голове:
- Доченька, Дождь скоро кончится..
А девочка эхом ответила:
- ... снова будет светло и солнечно...