Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Сафари-мобиль вздрогнул, как раненое животное, и замер на месте

Сафари-мобиль вздрогнул, как раненое животное, и замер на месте. Мотор работал, а движения не было. Полная тишина, нарушаемая только шипением рации рейнджера. Патрик вышел, залез под машину, выполз обратно, вытирая пот со лба, и поэтично произнёс: «Время для привала». Сергей, ещё один участник нашего путешествия по Уганде, произнёс не менее поэтично: «Карданный вал полетел». Мы посреди саванны. До лагеря — десятки километров. До цивилизации — световые годы. Но нам ли быть в печали?! Пока гид по рации вызывал «техничку» из далёкого лагеря, произошло волшебство. Из багажника, как из шкатулки с сокровищами, появился уже знакомый раскладной стол и кемпинговые стулья. А тут и холодильник, а из него — пиво «Нил Спешиал». И вот он, наш любимый формат — незапланированный пикник. Не дожидаясь приглашения, мы покинули джип. Всё, что мы наблюдали из машины, теперь окружало нас напрямую. И это был другой мир. Мне даже показалось, что ветер обнял меня со всех сторон. Я почувствовал запах сухой

Сафари-мобиль вздрогнул, как раненое животное, и замер на месте. Мотор работал, а движения не было. Полная тишина, нарушаемая только шипением рации рейнджера.

Патрик вышел, залез под машину, выполз обратно, вытирая пот со лба, и поэтично произнёс: «Время для привала». Сергей, ещё один участник нашего путешествия по Уганде, произнёс не менее поэтично: «Карданный вал полетел».

Мы посреди саванны. До лагеря — десятки километров. До цивилизации — световые годы. Но нам ли быть в печали?!

Пока гид по рации вызывал «техничку» из далёкого лагеря, произошло волшебство. Из багажника, как из шкатулки с сокровищами, появился уже знакомый раскладной стол и кемпинговые стулья. А тут и холодильник, а из него — пиво «Нил Спешиал». И вот он, наш любимый формат — незапланированный пикник.

Не дожидаясь приглашения, мы покинули джип. Всё, что мы наблюдали из машины, теперь окружало нас напрямую. И это был другой мир. Мне даже показалось, что ветер обнял меня со всех сторон. Я почувствовал запах сухой травы, нагретой земли и чего-то сладковатого, цветущего где-то далеко. Я слышал шелест каждой травинки, жужжание каждого насекомого. Поодаль мирно паслись антилопы, великое множество. Хотелось к ним бежать и обнять их.

Мы стояли вокруг стола, потягивали уже тёплое, но безумно вкусное в этот момент пиво, и я понимал, что эта поломка — лучшая часть этого сафари. Это момент чистой, ничем не опосредованной принадлежности этому месту. Никакого расписания, никакого маршрута. Были только мы, бескрайнее небо Африки, земля под ногами и осознание того, что мы — гости в этом доме, и хозяева нас не затопчут, не съедят.

Когда через какое-то время на горизонте появилась пыль от машины спасения, мне почти стало грустно. Этот вынужденный пикник, этот сломанный карданный вал подарил нам то, за чем мы на самом деле сюда ехали — подлинность. Не впечатление от очередного сафари, а момент жизни внутри него.

Мы погрузились в другую машину. Я бросил последний взгляд на нашего «железного коня». Он не подвёл. Он сделал нам самый ценный подарок — остановил время. И в следующий раз, выезжая на сафари, я в тайне буду надеяться, что что-нибудь пойдёт не так. Но не так, чтобы сильно

-

Национальный Парк долины Кидепо

#МояУганда

-2
-3