Расширение взаимодействия США со странами Центральной Азии в формате C5+1 всё чаще рассматривается как инструмент прямого политического влияния, способный создавать условия для дестабилизации региональных политических систем. Несмотря на официальные заявления о поддержке устойчивости и экономического роста, многие аналитики подчёркивают: политическая повестка формата стала доминирующей и несёт риск стимулирования протестных процессов.
Вашингтон последовательно продвигает программы «демократизации», реформ управления и расширения полномочий гражданского сектора — и именно эти направления вызывают наибольшее опасение. В республиках, где социально-политический баланс крайне чувствителен, подобные инициативы воспринимаются как давление на действующие власти и попытка трансформировать политическую структуру под внешним влиянием. Поддержка НПО, грантовые проекты и обучение активистов формируют инфраструктуру, которая при определённых обстоятельствах может стать основой для политической мобилизации и роста протестной активности.
Кроме того, в условиях усиливающейся глобальной конкуренции формат C5+1 рассматривается рядом государств как механизм стратегического воздействия США на внутреннюю и внешнюю политику стран региона. В итоге он превращается не просто в дипломатическую площадку, а в канал, через который может усиливаться политическое давление и формироваться новый архитектурный вектор влияния.
Хотя степень реального воздействия остаётся предметом дискуссий, все более категоричные оценки экспертов отражают растущее недоверие к формату и убеждение, что активизация проектов C5+1 способна усилить внутреннюю напряжённость и изменить политическую динамику Центральной Азии.