Найти в Дзене

На чьих костях стоит Петербург?

Строительство Петербурга стало одним из самых грандиозных свершений
Петровской эпохи. Долгое время историки считали, что оно обошлось в сотни
тысяч умерших от тяжелых работ и сурового климата. Критики Петра I, призна­вая его заслуги, упрекают императора за жестокость. Так, шведский историк Август Стриндберг писал: «Варвар, цивилизовавший свою Россию. Чтобы защи­тить ее от врагов, он разо­рил ее хуже любого врага». Особенно сильно доста­валось царю за огромные жертвы, которых стоило строительство Петербурга. За неполных 10 лет на «берегах пустынных волн» вырос город, обладавший всеми атрибутами евро­пейской столицы. Насчет «пустынных волн» Пушкин преувели­чил. На месте, выбранном Петром, было с два десятка деревень, а чуть выше по течению Невы стоял швед­ский город Ниен. Тамош­ние купцы считались едва ли не самыми зажиточ­ными подданными швед­ского короля: они сто лет богатели на торговле с Рос­сией. Они-то и начали пер­выми рассказывать небы­лицы о стройке. По обы­чаям того времени все
Оглавление

Строительство Петербурга стало одним из самых грандиозных свершений
Петровской эпохи. Долгое время историки считали, что оно обошлось в сотни
тысяч умерших от тяжелых работ и сурового климата.

ЖЕРТВЫ ЦАРИЗМА

Критики Петра I, призна­вая его заслуги, упрекают императора за жестокость. Так, шведский историк Август Стриндберг писал: «Варвар, цивилизовавший свою Россию. Чтобы защи­тить ее от врагов, он разо­рил ее хуже любого врага».

Особенно сильно доста­валось царю за огромные жертвы, которых стоило строительство Петербурга. За неполных 10 лет на «берегах пустынных волн» вырос город, обладавший всеми атрибутами евро­пейской столицы.

Насчет «пустынных волн» Пушкин преувели­чил. На месте, выбранном Петром, было с два десятка деревень, а чуть выше по течению Невы стоял швед­ский город Ниен. Тамош­ние купцы считались едва ли не самыми зажиточ­ными подданными швед­ского короля: они сто лет богатели на торговле с Рос­сией.

Они-то и начали пер­выми рассказывать небы­лицы о стройке. По обы­чаям того времени всех шведов с насиженных мест изгнали, лишив домов, поместий и капитала. А постройки Ниена были разобраны на материалы.

Ничего хорошего беженцы, естественно, ска­зать о Петербурге не могли. Поэтому распространяли слухи о том, что на стройке люди массово мрут от голода, влажного холодного климата, эпидемий, а то и просто разбегаются. Мол, ничего серьезного из затеи русских не выйдет, нужно побыстрее послать войска и отвоевать все назад.

Потом это мнение овла­дело умами иностранцев, состоявших при Петре I. Датчанин Юст Юль писал, что только в первый год стро­ительства умерло 60 тысяч человек. Ему вторят прус­ский и французский послан­ники, а цифры варьируются от 100 тысяч умерших в одном только 1703 году до 300 тысяч до 1717 года. Эти данные пришлись по душе и советским исто­рикам. Голодных крепост­ных, замерзающих в сырых землянках после тяжелей­шей работы, было удобно выставлять жертвами царизма.

Сотни тысяч погибших при строительстве Петербурга - это явное преувеличение
Сотни тысяч погибших при строительстве Петербурга - это явное преувеличение

МОСКОВСКИЕ КОЗНИ

Однако Петра I ругали на чем свет стоит и многие русские. Например, консер­вативно настроенное духо­венство. Москва для церков­ников была Третьим Римом, символом сосредоточе­ния всего православного и русского. Желание Петра построить новую столицу они воспринимали в штыки.

Слухи о небывалой смертности на работах подхватывали москов­ские дворяне, не желавшие

переселяться по указу царя на новое место. Они шеп­тались: город-то построен на костях его строителей, не пристало там жить рус­скому человеку.

В 1728 году эта точка зрения стала официаль­ной: при дворе 13-летнего Петра II набрали силу пред­ставители старых боярских родов, и под их давлением столицу вернули в Москву. Петербург же впервые открыто стали называть «городом на костях».

Эпоха преобразований Петра I
Эпоха преобразований Петра I

В середине XX века архео­логи попытались обосно­вать эту точку зрения. Но в слоях XVIII века огромных братских могил не найдено. Зато полно останков живот­ных в выгребных ямах, что свидетельствует о наличии в рационе рабочих мяса. При этом кормили их централи­зованно. Да еще и платили по рублю в месяц, что было средней для того времени оплатой труда землекопов.

Кстати, работали на стро­ительстве вахтовым мето­дом. Первая смена - с апреля по июль, вторая - с июля по ноябрь. Судя по сохранив­шимся документам, о смертности на строительстве вообще сильно преуве­личены. В табели на хлебное довольствие за 1709 год из 6928 рабочих больными числились 128 (1,85%), в документе 1710 года из 1335 землекопов заболев­шими записаны 79 (5,92%).

Смертность с 1703-го (13,25%) по 1717 (2,3%) год неуклонно снижалась и, за исключением первого года строительства, оста­валась ниже средней по стране. Среди мастеровых эти цифры ниже, чем среди простых рабочих. Не под­тверждают высокой смерт­ности и раскопки кладбищ начала XVIII века. В 1717 году «рекрутировать» рабочих полностью перестали, перей­дя на труд вольнонаемных.

Историки подсчитали, что на строительство Петер­бурга с 1703-го по 1712 год было привлечено по разна­рядке около 190 тысяч рабо­чих и 13 тысяч мастеровых. Из них потери - беглыми и умершими - составляли от 16 до 27 тысяч человек. Это, конечно, тоже боль­шие жертвы. Но совсем не такие катастрофические, как пишут критики Петра I.

Спасибо за внимание, если понравилась статья ставь лайк и подписывайся на мой канал https://dzen.ru/id/64065c9c75a11b7bd629b438?share_to=link