Есть такая проблема в пубертатный период — взаимное отчуждение детей и родителей. Явление это распространенное, хоть и не повсеместное. Избежать его возможно, и давайте попробуем разобраться, как.
Для начала надо понять, отчего оно происходит, его объективные предпосылки. Конечно, это резкий рост организма, его перестройка и психологическая адаптация к новым реалиям.
В школе нам говорили, что революция происходит, когда низы не могут, а верхи не хотят. Примерно так и здесь. Ребенок уже ощущает себя большим и сильным, он многое понимает и может, оглянувшись вокруг, усомниться в авторитете родителей. Такой нигилизм — это отчасти обязательный этап роста самосознания, ему же потом свою жизнь строить. Он должен разорвать пуповину и, имея за плечами полученный от родителей опыт, отстраиваться от окружающего мира, впитывать всё самое лучшее, важное и интересное (как он считает). Таким образом новое поколение приспосабливается к устоявшейся на данный момент среде и вызовам, которые старшие могут даже не считать ввиду мышления в старой парадигме.
Итак, мы видим перед собой объективные и даже необходимые предпосылки, но реализоваться они могут по-разному. Если у ребенка нет формата для самореализации, он всюду поставлен в давно жмущие ему детские рамки, если тревожность родителей, неизбежно ведущая к гиперопеке, не позволяет ему и шагу ступить самому, сделать ошибки и почувствовать себя самостоятельным, если при этом нет тесного и привычного контакта с ребенком, когда он не боится рассказать даже о самом сокровенном (а такое доверие — пугливая птица, одной грубости по деликатному вопросу может хватить, чтобы она вылетела так, что не поймаешь), то быть нарастающему кризису в отношениях и как будто неожиданному взрыву.
Самый простой способ этого избежать — это не забывать в себе ребенка в терминах Эрика Берна («Люди, которые играют в игры»). Если мы помним, как было важно для нас внимание родных и взаимопонимание, как трудно нам самим было всё это высказать или хотя бы разобраться, отчего так тягостно, если мы можем понять и бунт, и веселье, и тоску, и переживания по поводу кажущихся незначительными для взрослых поводам, если при этом мы находим время для ребенка и семьи не раз в квартал по отпускам, а как образ жизни, то, скорее всего, у вас будет искренний и глубокий контакт, и вы вовремя скорректируете систему взаимоотношений с ребенком, не допустив накопления слишком большого напряжения и отчуждения.
Если нет, то часто нужен человек со стороны, который поможет разобраться. Семейный или детский психолог. Если ситуация уже запущена и пошла под откос, то делайте, что возможно, с упором на лучшую социализацию и примеры для подражания для ребенка, чтобы рядом были зрелые и неравнодушные люди, которые смогут помочь, если надо. Корабль уже попал в шторм, и идеально не будет, но надо пробовать минимизировать издержки. Пубертат не навсегда, и через двадцать лет вам будет не хватать птенца под боком, он хоть и временами несносный, но ваш. А теперь живет где-то далеко и лишь изредка приезжает навестить.
Никогда не торопите время, его потом не вернешь. Чем более мы по-детски живые и искренние, тем проще вам будет установить с ними контакт. Это не значит, что нужно отринуть взрослого внутри вас, просто надо гармонизировать эти сферы, они вполне себе могут дополнять и усиливать друг друга. Взрослый дает ответственность, умение анализировать ситуацию и принимать решительные меры, ребенок — сохранять свежесть восприятия, искренне удивляться и радоваться, не черстветь душой.
Надо беречь в себе ребенка, но наращивать вокруг этой мягкой оболочки твердую и точную оболочку родителя. Как в хорошем мече чередуются мягкие и твердые слои, так и здесь. Взрослый, который потерял ребенка внутри, о чем много писал Экзюпери, такой человек будто собственная тень или робот, ребенок не потянется к нему, он не будет чувствовать живого контакта. Но и инфантильный взрослый, отрицающий зрелую часть себя, тоже не вызовет доверие, ведь он ненастоящий, он только молодится и делает вид, а дети не хуже взрослых чувствуют фальшь.