Ноябрь – всё, и, чтобы не быть «капитаном очевидностью», продолжу. Каким-то непостижимым образом многое происходит внезапно. Потому что мозг плавает в некой субстанции из ежедневных мелочей, за которыми уже не видно большего, и вдруг хлоп – декабрь.
И для коммунальщиков, я больше чем уверен, зима наступит внезапно, и для уже «переобувшихся» автомобилистов первый снег станет очередным «днём жестянщика». Но всё это ерунда. Главное, чтобы внезапно не обрывалась жизнь.
Встретил недавно возле подъезда дрожащего от холода мужичка. Жене стало плохо, сын пропал без вести на СВО, скорая не едет 40 минут, её всё нет. И домофона, как назло, в квартире нет тоже. Всё же – внезапно. Постояли вместе, подложил под дверь подъезда кирпич, чтобы врачи смогли зайти. Человека заботящегося, в отличие от просто человека, жалко всегда. Выжила супруга. Помогли, слава Богу.
А в закрытую нами же дверь лезет сосновыми ветками праздник. Вчера на сером тротуаре, под серым пока ещё небом рабочие разложили серебристые игрушки. Собирали ёлки. Выглядело это сюрреалистично. А на рынках появляются сосны, которые некоторые торговцы закупили аж в октябре. Внезапно для нас, предсказуемо для них. И у кого-то они в канун праздников станут цвета осенней листвы. И внезапно мы с тобой, дорогой читатель, окажемся на финишной прямой года, устало глядя на прилавки после рабочего дня.
А его надо дождаться, словно очищения, словно свежего стихотворения или первого снеговика. Дождаться и не пропустить. Он распишется свежими следами машин, извечными улыбками детей, что стоят и ловят снежинки ртом. Но главное – это когда утром открываешь штору и, несмотря на ожидания, произносишь: «Ах!» И суетное «внезапно» превращается в добрую реальность. Ту, что мы порой способны наколдовать сами.
Вдалеке от врагов, маяков, пересудов
Я сижу, окопавшись в лесу, как в норе.
Здесь ноябрь доводит тоску до абсурда в декабре.
И безвременья дни холосты, словно выстрел,
Я, как снайпер, стараюсь дышать не спеша.
В этом городе чай остывает так быстро и душа.
В этот тлен, помоги всем нам Бог, и нам надо,
Если толком не можем костёр развести,
Зажигать апельсиновый свет и лампады на пути.