6 и 7 декабря 2025 года на второй сцене Большого драматического театра им. Г.А. Товстоногова в Санкт-Петербурге пройдут премьерные показы экспериментальной танцдрамы «До поезда осталось» по роману Льва Толстого «Анна Каренина».
«До поезда осталось» — независимый театральный проект компании 2sisters, переосмысляющий историю Анны Карениной через призму современного танца, перформанса и визуального искусства.
Спектакль-исследование погружает зрителя во внутренний мир героини и проводит к трагическому финалу через ее главные переживания — от холодного брака с Карениным к живым отношениям с Вронским и нарастающей тревоге из-за потери связи с сыном. В фокусе постановки три персонажа романа Льва Толстого: Анна, ее сын Сережа и Вронский.
Главные роли исполняют экс-прима Мариинского театра Дарья Павленко и премьер Большого театра Владислав Лантратов. «Обычно режиссеры драматического театра опасаются входить на территорию пластического, хореографического театра,— рассказывает о постановке Дарья Павленко.— В нашем спектакле основным выразительным средством является тело. Тело не всегда танцующее, но всегда наполненное эмоцией, чувством, ощущением. Мне как актрисе и танцовщице было интересно зайти на эту территорию. Я люблю спектакли с историей — будь она прямолинейной или абстрактной, главное, чтобы я понимала, о чем танцую я и мое тело. Этот спектакль дает мне такую возможность».
Пластическое решение спектакля создала хореограф Ольга Лабовкина, ставившая танцевальные спектакли на сценах Большого театра (компания Muzart), «Новой оперы» («Балет Москва») и на зарубежных площадках.
Ключевой элемент постановки — сценография, созданная по законам театра художника. Она передает психофизическое состояние героини через визуальные метафоры. Так, мир Карениной «при муже» режиссер спектакля Ирина Михеева находит в белом фарфоре, которому предстоит разбиться. В противовес ему существует мир Вронского — гиперреалистичный, полный живых фактур, запахов, цветов.
«В этой постановке нам важно было показать не просто историю Анны Карениной, а ее внутренний разлом — этот мучительный путь туда-сюда между двумя мирами: трепетным и живым миром Вронского и скованным, “фарфоровым” миром, в котором остался Сережа. Ни один из них не становится для нее домом, и именно в этом противоречии рождается ее трагедия,— говорит Ирина Михеева.— Мы сознательно уходим от буквальности: вместо слов здесь — тело, вместо декораций — метафоричные образы, чтобы зритель мог заново пережить знакомый сюжет, пропустив его через себя».
В Telegram каждый день Weekend. А у вас еще нет? Присоединяйтесь!