В зале ожидания небольшого вокзала было многолюдно и шумно. Но Настя видела только своего... ненаглядного. Он уезжал, а она его провожала.
Он говорил какие-то общие пустячные фразы, а она просто смотрела на него, на его умное худощавое родное лицо и думала: «Сейчас он уедет...уедет...и когда я увижу его- кто знает?...» И ей было больно.
Хотелось ей также обнять его крепко- крепко и долго не выпускать из своих объятий:
« Да плевать! Пусть все видят!...»
Но не смела- Максим этого бы не одобрил. Он вообще был против этого ее «провожания».
«Вокзал- место такое- мало кого тут встретишь случайно!»
Но она настаивала. Ей непременно хотелось хоть немного, хоть чуть-чуть, но все же побыть с ним. И он не решился отказать.
Ее немного «поцарапало» то, что в вокзале какое-то время он озирался, но не увидел никого из знакомых немного успокоился.
Рядом с ними сидел на каких-то тюках старенький дедок, его жена – невысокая худенькая старушка в платочке беспокойно перебирала что-то то в своем потрепанном ридикюле, то в клеенчатой хозяйственной сумке. Затем отошла еще раз взглянуть на расписание.
Старичок же с интересом оглядывал снующих людей, иногда внимательно смотрел на их парочку.
- Вот ведь, как смотрит! – восхищенно сказал он вдруг, когда его жена отлучилась куда-то в очередной раз. - Вот так оно завсегда- пока молоденькие- так куда с добром, в рот смотрят..а потом...куда чего девается?
Максим покосился на деда недовольно.
- Везет тебе, паря! На меня бы хош кто так посмотрел ...ох!- дедок рассмеялся. Смех его резанул неприятно Настю- был он похож на карканье старого ворона.
Не сговариваясь, отошли с Максимом от старичка подальше. У окна встали.
«Какой дед неприятный...но прозорливый...люблю и ничего не могу с этим поделать...»
Виноватой в том, что «крутит» с Максимом- Настя себя не считала. Кто же виноват, что влюбилась она в женатого? - любит –то ведь он ее- Настю. Сколько раз ей это говорил! А семья... Что поделаешь, женятся иной раз мужчины не на тех! Тем более, что когда он в ЗАГС пошел- Настя еще в пятом классе училась.
Увы, любовь ведь не спрашивает- кого любить. Она накрывает тебя иной раз в самый неподходящий момент, и заставляет сердце чаще биться от неподходящего –с разумной точки зрения- человека.
Помнится, как увидела его первый раз- так сразу волнение необычайное испытала. И ведь удивительное дело- со многими мужчинами ей приходилось общаться в деканате, и ничего. А как Максима увидела... Что тут скажешь? Судьба!
И он тоже сразу на нее внимание обратил. Стал часто заходить, один раз «случайно» вроде встретил у выхода из института. И она сделала вид, что удивилась этой встрече , хотя видела из окна- как он ходит по аллейке явно кого-то поджидая. И надеялась- вдруг ее- и не ошиблась.
На время сессии- он- студент-заочник снимал крошечную квартирку с отдельным входом в старом деревянном доме. И, однажды, после ужина в ресторане Настя поехала в эту квартирку к нему и...так начался из роман длиной в два года.
Настя жила с бабушкой. Отец ее умер давно- его она почти не помнила. Мама- едва Насте исполнилось 16 лет вышла замуж и уехала за своим мужем аж на Камчатку. Она писала ей, присылала посылки и денежные переводы. Но решения –после ее отъезда приходилось принимать самостоятельно. Настя не роптала- жизнь есть жизнь! Она даже гордилась собой!
Услышала однажды, как бабушка говорила приятельнице:
- Не пропадет! Школу закончила на четверки-пятерки, учится, работает... вся в сыночка моего- голову на плечах имеет...
Настя тоже так думала, пока в Максима не влюбилась!
« Жду, жду, а всё никак! Приехал- уехал. Скрывать приходится и чувства и отношения... Бабушке врать, что у подруги ночую- готовимся к экзаменам...а ведь я врать не люблю- особенно ей! Она в меня верит! Неправильно всё это...вот ...стою, как дурочка, даже обнять права не имею...».
Еще она подумала, что раз от раза расставание с ним дается ей все мучительней и надо как-то ему определиться- «сколько же можно?»
«Поезд 671 ...прибывает на первый путь»- загнусавил голос. Максим подхватил свою сумку, и тут они услышали чей-то громкий голос:
-О, сосед! А я смотрю ты не ты...тоже домой возвращаюсь...
Максим нервно обернулся, к нему через спешащих к выходу на перрон людей пробирался мужчина в военной форме.
Максим, на секунду растерявшись- сам рванулся ему навстречу. Поздоровавшись с военным, он обернулся на мгновение, посмотрел на Настю, головной махнул- вроде как...«прости, вот так вышло...». Они заспешили к выходу.
«Ну, вот, попрощаться не успели...,- расстроилась Настя в конец.
Она представила, как сейчас одна-одинешенька поедет по вечернему городу в свой дом, а бабушка будет ворчать...а в понедельник на работу...и так все безнадежно и непонятно...и что дальше делать и как жить?
«Нет, не хочу я так больше!»
Быстро открыв сумочку, она пересчитала деньги и ринулась к кассе.
- Билет...на 671...до Орехово...
- Только общий вагон!
- Давайте!
Кассир сунула ей билет, Настя помчалась на перрон. Буквально за пару минут до отхода поезда, она заскочила в нужный вагон, и, наконец, села на свободное место у прохода в пятом купе. Выдохнула.
« С ума сошла что ли! Что творю... ай и ладно. Сил больше терпеть эту неопределенность... Теперь что? Он в третьем вагоне, но туда дорога заказана...этот сосед явно от него не отвяжется всю дорогу...»
Поезд лязгнув, покатил своим маршрутом. Постепенно народ притих, в вагоне приглушили свет.
« Это же мне до утра трястить,- подумала Настя обреченно, когда азарт прошел и наступило раскаяние за свой поступок.
Желудок заурчал недовольно- вспомнила, что не ела с утра. Встала, пробралась к выходу, попила воды из кипятильника, долго смотрела в окно на мелькающие огоньки.
« Что со мной? Чего понеслась? Куда? Он говорит всё время, что сам разберется, сам всё решит...надо подождать, а не бежать за ним как собачка...Он меня увидит и жутко расстроится, и даже, наверное, рассердится...сумасшедшая совсем стала...и всё же я хочу...я всегда хотела посмотреть ...где он живет, и его дом...и вообще...».
Она вернулась на свое место. Народ в купе дремал, на верхней полке громко храпел мужик.
« Нет, подходить к нему не буду...точно рассердится...я просто пойду за ним- чтоб не увидел...а там...там видно будет...в конце концов- даже если увидит- поймет меня...он же меня любит- никогда не обижается...наоборот- увидит как я его люблю сильно- минуточки жить в разлуке не могу...».
Под монотонный стук колес она и задремала. Проснулась от того, что поезд резко дернулся и остановился. Несколько человек из вагона пробирались к выходу.
« Широка страна моя родная...где только люди не живут...в каких-то Богом забытых полустанках...».
Посмотрела на маленькие часики на руке, подаренные Максимом в предыдущий его приезд.
Они тогда по городу бродили вечером. Холодно было, заходили в магазинчики погреться. Она в витрине отдела часов их и увидела- изящные, браслетик ажурный. Полюбовалась. А он взял и купил ей эти часы, на руку надел.
- Вот, время будешь по ним смотреть – всегда меня вспоминать.
А ей было смешно.
- Я о тебе ни на секундочку не забываю,- сказала она ему.
Продавщица завистливо смотрела на них тогда.
Это воспоминание согрело сердце на минуту.
«Ой...еще два часа ехать!»
Сомнения и страхи навалились с новой силой:
« Вот и бабушка говорит порой, что я нетерпеливая...а почему? Я очень терпеливая- два года живу от его сессии до сессии...а без него...пытаюсь отвлечься на учебу свою, на работу...а всё равно только о нем думаю... Странная штука любовь! Мне казалось раньше, что я Витьку люблю, а сейчас...даже странно вспоминать. Потому что глупости это всё были. Что я понимала! А тут...всё люблю- как говорит, как дышит, даже как хмурится... он спит, а я иногда- лежу рядышком и смотрю на него –смотрю, наглядеться не могу...недаром говорят «ненаглядный»...жаль, конечно, что жена у него больная, но что поделаешь...помогать будем, если совсем больная- девочку ее можем себе забрать...я детей люблю...»
Начало светать, народ в вагоне зашевелился, сходила в туалет, холодной водой в лицо плеснула.
« Надо же- бледная я какая...тушь размазалась...».
Привела себя в порядок немного, села на полку- в окно начала смотреть на мелькающие деревья.
Наконец, объявили, что поезд прибывает в Орехово. В этом небольшом городке выходило довольно много народу. Но Настя к выходу пробралась первой- терпения уже не было просто...
« Это хорошо, не так на виду буду, когда на перрон выйду...»
Спрыгнула с подножки вагона, огляделась.
Возле перрона за небольшим забором росли огромные тополя.
Быстро пошла к ним, затем за деревьями стала незаметно пробираться ближе к вагону Максима, чтобы его появление не пропустить.
Из вагона вышел, наконец, уже знакомый ей сосед Максима в военной форме, через какое-то время показался "ненаглядный" со своей синей сумкой.
Сердце радостно затрепыхалось.
- Папа,- услышала она детский радостный крик.
По перрону – раскинув руки, как крылья бежала девчонка лет пяти.
Настя увидела, как Максим оглянулся, поставил сумку на землю и ...поспешил навстречу девочке. Схватил ее на руки, закружил- ребенок заливался счастливым смехом!
- Папа! Я быстро бегаю...а мама нет...!- донеслось до Насти.
По перрону спешила- задыхаясь и приостанавливаясь- невысокая светловолосая женщина . Даже широкое пальто не могло скрыть ее... выпирающий живот...
Женщина, подошла, наконец, Максим- опустив дочь на землю, нежно обнял жену- поцеловал в губы...
У Насти оборвалось сердце.
- Зачем? – донесся до Насти его голос.- Вредно тебе...
- Так это Соня...давай папу встречать! Поспорь с ней!- стала оправдываться женщина.
Настя, спрятавшись за могучей спиной тополя увидела, как беременная жена Максима взяла его под ручку, они медленно пошли к выходу, довольный ребенок ,подскакивая, побежал впереди них.
Насте казалось, что видит она какой-то фильм, что это все происходит не с ней, что этот городок, перрон и тополя- это всё нереальное...
На секунду ей захотелось побежать за этим довольным семейством, обогнать и встать перед Максимом, посмотреть на его лицо!
Но она не посмела! Да и ноги были «ватные».
Настя почувствовала озноб, голова закружилась. Она побрела к зданию вокзала. Купила обратный билет, села на лавку.
Не было ни сил, ни мыслей- только усталость и опустошение. Она сидела так долго.
- Девонька, ты не заболела?- спросила участливо старушка, что сидела рядом.- Смотрю на тебя, смотрю- ты как неживая...
- Нет, все хорошо...
- Да где уж хорошо! Вид-то у тебя...краше в гроб кладут...на-ка вот ...поешь...
Она вдруг вытащила из клеенчатой сумки пирожки, завернутые в газету, дала два пирожка Насте.
- Спасибо,- Настя стала жевать механически...
- Вот-вот, поешь...вижу- горе у тебя...
Настя молчала.
- А и ничего...всё пройдет...такую войну пережили...жизнь, гля, какая началась. А это всё...пройдет... у меня муж без вести пропал, а детишек трое...вот где горе, а и ничего...сдюжила- куда деваться...А чего случилось? Помер кто?- спросила старушка участливо.
Отвечать не хотелось, но Настя была так благодарна ей за эти пирожки и заботу.
- Да вроде того,- сказала она, и глаза ее налились слезами.- Живой, но вроде как...и умер..
- МудрЁно...если живой еще- чего его хоронить раньше времени...
- Для меня...умер,- пояснила Настя.
- А, вона чего...дела сердешные,- старушка улыбнулась краешком губ.- Ниче-ниче- перемелется- мука будет.
Объявили, что поезд прибывает на первый путь. Настя, тепло распращавшись с новой знакомой вышла на перрон.
Пассажиры зашли в вагон, а она всё стояла и стояла...проводница посмотрела недоуменно.
« Вот и всё!»
С тоской оглядела еще раз здание вокзала, тополя...
Повинуясь непонятному порыву, Настя сняла любимые часики, посмотрела, бросила на перрон. Каблуком стукнула по циферблату. Стекло разбилось - как все ее мечты, надежды, как вся ее глупая любовь... Она поняла, что никогда уже не будет прежней- доверчивой и наивной, и «ненаглядного» в ее жизни больше не будет- никого и никогда!
- Вот теперь всё!- сказала она вслух, поднимаясь по ступенькам вагона и глядя на проводницу, которая видела всю эту сцену. Та покачала головой и улыбнулась ей понимающе и сочувственно.