- Вообще ничего не понимаю. Что творится, уму непостижимо! - привычно возмущалась Дарья Михайловна.
- Что у тебя опять случилось? Мам, ну ты хоть во время обеда можешь не возмущаться? - недовольно отреагировал Эдуард.
- Да как же не возмущаться? В этом месяце мне такие странные платёжки пришли, - дожевав кусок испечённого невесткой пирога, поделилась мать с сыном. - Ох, Лара, ну до чего у тебя пироги вкусные получаются! И с мясом, и с капустой, да и сладкие тоже! Не поделишься рецептом теста?
- А что в них странного? - перебил Эдик мать.
- В чём, сынок? В пирогах? - удивилась Дарья Михайловна.
- Да при чём тут твои пироги? Ну вот ты сейчас только сказала, что платёжки тебе в этом месяце какие-то странные пришли. А что в них не так?
- Ах, ты об этом. Цифры там другие, платежи опять выросли. Может быть, надо всё-таки сходить в управляющую компанию и разобраться? - попивая ароматный чай из красивой фарфоровой чашки, предложила сыну мать.
- Мам, что ты как ребёнок? Ну в чём, скажи мне, разбираться? Опять выросли тарифы, цены поднялись. Об этом уже во всех новостях трубили. Вот и в платёжках тоже всё выросло, логично, - недовольно ответил Эдуард.
- Да? Так теперь я не знаю, что и делать. До этого еле концы с концами сводила, а теперь хоть на паперть иди. Как же выживать на пенсии? - Дарья Михайловна недовольно отодвинула от себя пустую чайную чашку. - Никому мы, пенсионеры, не нужны.
- Ну не преувеличивай, мам. Мы с Ларисой тебе помогаем. Придумаешь тоже - паперть! - с досадой выдал Эдуард. - Ещё где-нибудь ляпни, чтобы перед знакомыми опозориться.
- Ох, не знаю, не знаю... Доживёшь - скоро хлеб купить не на что будет, пока все квитанции оплатишь. А ещё рецепты на кругленькую сумму - каждый месяц. И лекарства уже заканчиваются, от них не откажешься, никак без них нельзя... - в своей обычной манере продолжала гудеть мать.
- Мам, послушай. Меня тут мысль одна посетила. А ты отцу позвони. Может, он тоже в оплате коммуналки будет участвовать. Всё-таки это и его квартира тоже. По документам, ведь так? Да, он от тебя ушёл, но из квартиры же не выписался, верно? - удивил Эдуард.
- Ой, нет, нет! Прошу тебя, сынок, даже не напоминай мне про этого предателя! - Дарья Михайловна схватилась за сердце. - Зачем ты портишь мне настроение и напоминаешь о мой личной неустроенности?
- Мам, хватит, а! Вы уже десять лет как разведены с отцом и последние два года перед его уходом жили вместе, но совершенно как чужие люди.
- Эдик, мне больно осознавать, что твой отец, этот недостойный мужчина, которого я когда-то так любила...
- Перестань, мама! Мы с Ларисой всё это слышали уже не раз. И про любовь твою великую, и про его предательство. Сейчас зачем об этом?
- Дарья Михайловна, а вот вам рецепт моего теста, - Лариса решила переключить свекровь на другую тему.
Она протянула матери мужа листок с записанным на нём рецептом.
- Ой, нет, Ларочка, я так расстроилась, что мне уже не до того. Не до теста и пирогов. Да и продуктов нет у меня, не из чего печь. И давление, чувствую, опять поднялось. Вот как всё сразу - и старость подошла внезапно, и безденежье, и болезни. Всё, жизнь практически закончена. Поеду домой, полежу и погорюю о своей судьбе.
Дарья Михайловна встала из-за стола, радушно накрытого невесткой, и собралась уходить.
- Лара, ты положи мне с собой пару кусочков пирога. Не пожалей для старухи. Вечером поужинаю. Всё равно в холодильнике у меня пусто.
Последнее предложение свекровь произнесла с особенной обидой. Как будто в укор ей и сыну.
Супруги уже не в первый раз становились зрителями подобных сцен. Стоило год назад свекрови уйти на пенсию, так сразу пошли такого рода разговоры. Дарья Михайловна всё время твердила о том, что теперь ей придётся жить впроголодь и питаться одними сухими корочками.
Женщина всю свою жизнь работала на одном месте - бухгалтером на заводе. Она и дальше могла трудиться, и сил, и желания было - хоть отбавляй! Но шеф был непреклонен. В очереди стоял резерв молодых кадров, которые били копытом, мечтая свои силы и знания применить на деле. И директор отправил Дарью Михайловну на заслуженный отдых.
Заводчане устроили ей хорошие проводы, с чествованием и перечислением всех заслуг юбилярши перед предприятием. Торжественно вручили большую красивую картину с горами и морем. И забыли про неё.
Правильно, зачем вспоминать о пенсионерах? Это уже отработанный материал, а перед руководством стоят новые рубежи и вызовы времени.
- Эдик, мне кажется, или твоя мать как всегда преувеличивает проблему? Я прекрасно знаю, какая у неё пенсия. Да свекровь и не скрывает этого. Конечно, теперь не пошикуешь, как раньше. Но если экономить, то вполне можно жить. По средствам, так сказать. Тем более, что мы с тобой её не бросаем, помогаем каждый месяц, оплачиваем коммунальные платежи, - рассуждала супруга.
Лариса была совсем не против помощи пожилым родителям. Своим тоже иногда давала деньги с ведома супруга. Жалко ей было стареющих маму и отца. Но то, что творилось сейчас, было выше её сил.
Чуть ли не каждый день видеть у себя дома вечно ноющую и недовольную свекровь Ларисе не хотелось. У самих проблем было не меньше.
Дети супругов давно уже выросли. Дочь вышла замуж и уехала с мужем в другой город. А сын, хоть и жил пока с ними, мечтал о самостоятельной жизни. Осталось лишь доучиться и получить диплом.
Всё же понимая, как непросто живётся свекрови на пенсии, невестка была не против её визитов к ним. Лариса привечала мать мужа, угощала её пирогами, выслушивала сетования и жалобы на безденежье и одиночество. Но и терпеливой Ларисе всё это уже порядком поднадоело.
А вскоре произошло такое, что вынудило сына и невестку перейти к решительным мерам.
- Ты, Лара, можешь думать про меня всё что угодно. Но с сегодняшнего дня я буду питаться у вас. Пенсия моя - с гулькин нос. Вот и кормите меня! - заявила свекровь, придя к ним как-то под вечер, подоспев к ужину.
- Что? У нас? - растерялась невестка.
- Да, у вас. Каждый день буду приходить.
- Вот дела. А не поделитесь, чем вызвано ваше странное решение? - продолжала изумлённая Лариса.
- Да в чём же странность? Нет у меня денег на продукты! Зашла в аптеку, купила всё, что мне положено принимать, потом кое-что из бытовой химии взяла. И коммуналку оплатила. Всё, пенсия кончилась! - садясь за стол, рассказывала свекровь.
- За твою квартиру я сам заплатил в этом месяце. Как и в прошлом. Зачем ты говоришь неправду, мама? - удивился Эдуард.
- И что? Ну, заплатил. А у меня что, ни рубля не должно остаться на непредвиденные расходы? А если кран в ванной надо срочно поменять? Или купить замок в дверь? Или, к примеру, маникюр пойти сделать? Я, по вашему, не человек теперь? И у меня нет забот и простых желаний? - с обидой выдала свекровь.
- Мам, ты человек, никто не спорит. Но твоя идея абсурдна. Сама не понимаешь? - с укором спросил сын.
Эдуарду совсем не хотелось каждый день после работы выслушивать жалобы и стоны матери о её тяжёлой судьбе. Вместо того, чтобы посмотреть любимую передачу или просто подремать на диване после ужина, он теперь должен был морально поддерживать свою родительницу.
- А в чём абсурд, сынок? - взвилась свекровь.
- Да в том, что ты лишаешь нас с женой личной жизни! Ты думаешь, что нам с Ларкой для тебя тарелки супа жалко? Или куска твоего любимого пирога? Конечно, нет! Не жалко. Но мы работаем, и после работы имеем право на тишину и покой в своей квартире. Это наше личное пространство, где можно чувствовать себя свободно.
- То есть в моём присутствии вам невыносимо! Ну спасибо, дорогой сыночек! Не ожидала я такого от тебя!
Дарья Михайловна резко поднялась из-за стола и демонстративно направилась к входной двери.
- Мам, ну хватит этих концертов! Надоело уже, - не выдержал Эдик.
- Надело? Я поняла, вам мать надоела. Спасибо за правду! Пойду домой. Буду там сидеть в одиночестве. Ничего, ничего! Я и сухими корочками смогу питаться. Мне не привыкать!
Свекровь всхлипнула, вытерла набежавшую слезу и покинула квартиру сына и снохи, громко хлопнув дверью.
- Ну вот, поужинали! Весь аппетит пропал от подобных капризов, - нервно выдал муж.
- Да, бабуля зажигает. Строит вас, - проговорил сын Никита, сидевший с ними за столом. - В секцию её надо записать, в танцевальную. Или сразу на бокс.
- Никита, прекрати шутить. Не до шуток нам. А ты, - обратилась Лариса к мужу. - Всерьёз всё это не воспринимай. Не нервничай и ешь давай. Послушай, что я тебе скажу, - примирительно произнесла жена.
Эдуард действительно продолжил есть, внимательно слушая, о чём ему рассказала супруга.
- Наш сын в чём-то прав. Дело-то не в том, что твоей матери до такой степени не хватает денег, что даже есть нечего. Дело тут в другом. Свекровь изнывает от безделья. У неё появилась масса свободного времени, а общения - никакого. Дарья Михайловна не знает, куда применить свои силы. Ей просто хочется общения, эмоций, а вместо этого - пустая квартира.
- Ну, это не новость. Делать что надо? - спросил муж. - Ну не на танцы же в самом деле записать маман!
- Нужно найти ей работу. Такую, чтобы не сильно напрягала, но вновь вернула её к привычному образу жизни. Работа даст общение и пополнит её скудный бюджет, - объяснила Лара.
- А это идея! - отодвинув от себя пустую тарелку, бодро выдал Эдуард. - Поищешь что-нибудь подходящее? У тебя же много знакомых, может, кто-то совет дельный даст.
- Знакомые тут ни при чём. Для этого есть интернет. Объявлений - море, ищи и выбирай. Ну я посмотрю, время будет.
Через неделю Лариса позвонила свекрови и пригласила её в гости.
- Нет, не пойду. Я вам в тягость - обиженно сказала женщина в трубку.
- А вот и нет! Вас ждёт сюрприз, Дарья Михайловна. У меня для вас есть очень заманчивое предложение. Приходите, всё обсудим, - не обращая внимания на недовольство свекрови, загадочно произнесла невестка.
- Ну, хорошо. Уговорила, приду.
Когда свекровь выслушала всё, о чём ей поведала невестка, то поначалу растерялась.
- Я... даже не знаю, что и сказать. Справлюсь ли, сумею ли? Нет, это, скорее всего, не для меня.
- Да что тут уметь? Это же просто идеальная работа! Соглашайтесь. Попробуете, если не получится - всегда можно бросить. Да и деньги не лишние к вашей небольшой пенсии.
- Соглашайся, бабуль! Хоть позажигаешь среди молодёжи! - подбадривал её внук.
- Мама, ну что тут думать? Идеальный вариант, - уговаривал Эдуард. - Тем более, ты сама жаловалась, что у тебя вечная бессонница.
- Ой, не знаю. Подумать надо.
Свекровь ушла от них в этот день задумчивая.
А на следующий день позвонила сама и... согласилась!
- Всё, Лара, я решилась! Давай телефон и адрес, пойду устраиваться!
С этого дня женщина стала работать ночным вахтёром в студенческом общежитии местного колледжа. График был удобный - ночь через ночь. На работу она приходила к шести вечера и уходила утром, в девять, когда приходил дневной воспитатель.
Свекровь сразу же подтянулась, приободрилась и внешне даже похорошела.
Теперь Дарья Михайловна была в самом центре событий - студенты полюбили её и частенько приглашали на свои тематические вечера и дискотеки.
- Ларочка, как ты думаешь, если я надену своё фисташковое платье, в котором меня на пенсию провожали, будет уместно? - спрашивала свекровь, собираясь на работу в канун Восьмого марта, где намечался концерт и дискотека. - И бусы, те шоколадного цвета, надену, да?
- О, вы будете неотразимы! - с улыбкой ответила сноха. - Это платье вам очень идёт, Дарья Михайловна.
- И на стрижку мне пора. Я ещё подумала, может, мне цвет волос сменить? Как ты считаешь?
- Обязательно! Меняйте! И меняйтесь! Я вас поддерживаю во всём, - соглашалась невестка с хитрой улыбкой на лице.
Теперь Лариса была спокойна - проблему свекрови они решили.
Благодарю всех читателей за лайки и донаты!
Ваше внимание помогает мне и дальше писать для вас интересные рассказы.