То, что произошло в финале спектакля на сцене в Чикаго, могло бы показаться трогательным триумфом, если бы не шлейф скандалов и тяжелый осадок, который остался у зрителей по ту сторону океана. Когда гаснет свет рампы, стираются грани между актерской игрой и пугающей реальностью, заставляя публику гадать: перед ними всё еще великая актриса или глубоко пожилой человек, потерявший связь с действительностью и предавшая свою страну?
Занавес поднят: Чикагский перформанс
Лия Ахеджакова, живая легенда советского кинематографа, чьи роли в «Гараже» и «Служебном романе» стали частью культурного кода нескольких поколений, продолжает свой непростой путь. После акта предательства - сегодня её маршрут пролегает далеко от родных подмостков. В свои 87 лет она колесит по западным странам с постановкой, само название которой звучит пугающе пророчески - «Веди свой плуг по костям мертвецов».
Компанию ей в этом странствии составляют артисты-релоканты, также покинувшие российскую сцену: Александр Феклистов и молодая звезда Муся Тотибадзе. Казалось бы, обычные гастроли для эмигрантской публики. Но ноябрьский визит в США и конкретно выступление в Чикаго стали катализатором новой волны обсуждений.
В сеть просочились кадры, снятые из-за кулис коллегами звезды. На видео - финал действа. Ахеджакова, окруженная облаком воздушных шаров, исполняет танец. Но это не классический поклон и не элегантный реверанс.
Это был набор хаотичных, резких, почти судорожных движений, которые сама труппа поспешила назвать «задором», а скептики - тревожным симптомом.
Сопровождающая надпись к видео гласила: «87 лет! И этим всё сказано. Чикаго взят, летим дальше. Остался всего один рывок и домой».
В этих словах сквозит не только гордость за выносливость пожилой примы, но и некая усталость, словно коллеги сами уговаривают себя, что всё происходящее - нормально...
«Король-то голый?»: Реакция, которую не ждали
Если окружение актрисы рукоплещет её витальности, то интернет-аудитория, увидев эти кадры, испытала шок. Эффект оказался прямо противоположным ожидаемому. Вместо восхищения несгибаемостью духа, в комментариях разверзлась бездна непонимания и сарказма.
Зрители разделились на два непримиримых лагеря, но голос критиков звучит громче и жестче. Люди отказываются видеть в странных па престарелой звезды искусство. Многие откровенно пишут о том, что наблюдать за этим неловко, словно подглядываешь за немощью, которую пытаются выдать за авангард.
Основные претензии публики звучат безжалостно:
- Вопрос ментального здоровья. Многие пользователи сети, не стесняясь в выражениях, предполагают, что эксцентричное поведение - это не сценическая находка, а возрастные когнитивные изменения. «Она пытается утоптать песок, который из неё сыплется», - язвят комментаторы, намекая на то, что актриса, возможно, уже не вполне отдает отчет своим действиям.
- Феномен «дутого величия». Зрители отмечают лицемерие ситуации: зал обязан восхищаться просто потому, что это Ахеджакова. Создается атмосфера, где любая странность трактуется как гениальность, а критика приравнивается к кощунству.
Цена свободы: Одиночество как ресурс
Однако дискуссия ушла гораздо глубже простого обсуждения танца. Вскрылась болезненная социальная тема. Многие комментаторы уверены: секрет физической бодрости Ахеджаковой кроется в её, по мнению народа, «эгоистичном» образе жизни.
Актриса трижды была замужем, но так и не познала радости материнства. Для большинства российских женщин, привыкших разрываться между работой, бытом и воспитанием детей (а затем и внуков), такая судьба кажется привилегированной лайт-версией жизни.
«Ей легко скакать в 87 лет, когда за плечами нет груза бессонных ночей у детских кроваток, когда не нужно было выживать в 90-е ради семьи», - пишут возмущенные женщины.
Сравнения неизбежны и бьют наотмашь. Пользователи приводят в пример своих бабушек - тружениц тыла, многодетных матерей, которые к этому возрасту изношены тяжелым трудом, но сохранили ясный ум и достоинство, не пытаясь изображать из себя юных дев на сцене.
Для народа Ахеджакова стала символом сытой жизни, оторванной от реалий простого человека. Ей вменяют в вину отсутствие «настоящих» жизненных трудностей, которые формируют характер, но подтачивают здоровье.
Неприкасаемая, но отвергнутая
Парадокс ситуации заключается в нынешнем статусе актрисы. Она продолжает жить в России, в своем подмосковном доме, возвращаясь туда после заграничных вояжей. И это несмотря на её жесткую, непримиримую позицию относительно событий на Украине и открытую критику власти.
Почему ей позволяют это делать?
Публицист Михаил Шахназаров озвучил версию, которая многим кажется правдоподобной: существует негласный приказ «сверху» - не трогать старушку. Ахеджакова получила своего рода охранную грамоту благодаря возрасту, "улетевшей кукушке" и былым заслугам. Её не преследуют по закону, ей позволяют возвращаться....
Но есть и обратная сторона этой медали.
- Родной «Современник», которому она отдала лучшие годы, закрыл перед ней двери.
- В России ей негде играть. Отношение россиян предельно негативное...
- Чтобы чувствовать себя живой и востребованной, она вынуждена гастролировать с артистами-релокантами, выступая перед специфической публикой, которая часто приходит не столько ради искусства, сколько ради политического жеста.
В этом танце с воздушными шарами есть что-то трагическое. Это танец человека, который потерял свою главную сцену, свою привычную среду и теперь пытается доказать всему миру и прежде всего самой себе, что она всё еще существует, что она всё еще может «жечь». Но для стороннего наблюдателя этот огонь все больше напоминает догорающую свечу, от которой идет не свет, а лишь дым разочарования.
А что думаете вы: имеет ли право артист, предавший свою страну и зрителей оставаться на сцене в любом случае и состоянии несмотря на свои прежние заслуги?