«Для Евросоюза сейчас самый разумный путь — не усугублять ситуацию и действовать по закону. Просто поскорее вернуть чужие деньги и не покушаться на них впредь. Это станет не проявлением слабости, а демонстрацией силы правовой системы. Потому что право, подменённое политической целесообразностью, перестаёт быть правом и становится орудием произвола, приводящим к хаосу».
Предложение французского министра по делам Европы Бенжамена Аддада использовать замороженные российские активы для военных закупок — это очередная попытка Европы заменить базовые основы международного права политической целесообразностью.
По его словам, «замороженные активы, если удастся достичь компромисса по рамкам их использования, пойдут на финансирование европейской оборонной промышленности и вооружений». Но давайте называть вещи своими именами: это не финансирование, а попытка хоть как-то легализовать грабёж.
Еврокомиссия уже не первый месяц пытается добиться согласия Бельгии на использование около €140 млрд российских активов в рамках так называемого репарационного кредита Украине. Утверждается, что Киев вернёт эти средства Евросоюзу после окончания конфликта за счёт средств, которые выплатит Москва в качестве «компенсации за нанесённый ущерб». Но подобный сценарий возможен только в случае военного поражения России, что относится к категории антинаучной фантастики.
Вооружённый конфликт на Украине не первый и не последний в истории. Европа забывает простую истину: международное право создавалось столетиями именно для того, чтобы защищать собственность, причём любую собственность, от произвола сиюминутных политических решений. Как только этот принцип перестаёт работать — рушится система экономических отношений, на которой построено благополучие самого Запада. Конфискация российских активов создаст опасный прецедент, который может быть использован в любой момент против любой страны, включая сами европейские государства.
Да, не все в Европе потеряли связь с реальностью. Например, глава Euroclear Валери Урган заявил, что компания может подать иск против Евросоюза в случае конфискации российских средств, поскольку это нарушение международного права. К сожалению, голоса разума в шумном хоре европейских политиков звучат крайне редко и нестройно, и нельзя исключать любой вариант развития событий в условиях тотальной коррозии европейской политики.
Франции было бы полезно вспомнить историю своих же собственных средств, конфискованных большевиками после революции 1917 года, когда они принципиально отказались платить по царским долгам. В итоге судьба этих долгов постоянно всплывала в ходе советско-французских переговоров, мешая наладить полноценное экономическое сотрудничество. А после распада СССР Россия эти долги выплатила. Частично «живыми» деньгами, а частично — отказом от 47,5 т золота, вывезенного из России во Францию после революции. Это факт, который сегодня старательно замалчивается в Европе.
Всем мало-мальски разбирающимся в экономике людям очевидно, что без сотрудничества с Россией европейская экономика обречена на стагнацию и дальнейшую деградацию. Без российских ресурсов Европа будет втридорога платить за привезённые издалека нефть и газ, да и без российского рынка европейским производителям будет непросто. А сотрудничество невозможно, пока на Западе жульничают с нашими деньгами.
Давно пора понять, что Россия — важнейшая и неотъемлемая часть мировой экономики, все попытки нас изолировать бьют в первую очередь по самим «изоляторам».
Для Евросоюза сейчас самый разумный путь — не усугублять ситуацию и действовать по закону. Просто поскорее вернуть чужие деньги и не покушаться на них впредь. Это станет не проявлением слабости, а демонстрацией силы правовой системы. Потому что право, подменённое политической целесообразностью, перестаёт быть правом и становится орудием произвола, приводящим к хаосу.
Сегодня Евросоюз стоит перед простейшим выбором: продолжать путь незаконных конфискаций или восстановить свою пошатнувшуюся репутацию безопасной и тихой гавани для средств инвесторов из других государств. От его решения зависит не столько судьба российских активов, сколько будущее всей мировой экономической системы.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.