Коллега-предпенсионер попросил моей помощи в поиске молодой женщины без лишних запросов

Ко мне подошел начальник отдела. Всегда такой основательный, безупречный, в дорогом костюме. Мы были своими людьми: делились советами, как пережить подростковые кризисы детей, жаловались на болезни и дороговизну продуктов.

На этот раз у него был особый настрой, будто он готовился огласить важный стратегический план.

— Вероника, мне нужен твой совет. Дело деликатное, — произнес он.

Я внутренне приготовилась к чему-то серьёзному: возможно, проблемы с руководством или здоровьем.

— Я вся во внимании. Что стряслось?

Он покрутил в пальцах ручку, затем встретился со мной глазами.

— Не подскажешь, может, в твоём кругу есть особа? Незанятая. Привлекательная. И… чтобы помоложе. Где-то лет на тридцать. Энергичная, без лишних запросов.

У меня перехватило дыхание. Не из-за сути просьбы — желание поймать ускользающую весну в его годы понятно. Меня поразила форма. Он излагал это с таким видом, будто заказывал не спутницу жизни, а новую модель автомобиля. «Без лишних запросов».

Я собралась с мыслями и задала вопрос, словно уточняя детали рабочего проекта.

— Игорь Васильевич, а что вы можете дать такой девушке? Я не о материальной стороне, с ней, полагаю, всё ясно. Она, уверена, сама в состоянии себя обеспечить.

Он отпрянул. Его всегда уверенное лицо выражало полное недоумение. Он несколько раз моргнул, губы плотно сжались.

— Что предложу? В каком смысле? Я ведь не на аукционе! Мои стремления самые серьёзные! Мечтаю о семейном очаге, возможно, даже о продолжении рода...

Тут я не сдержалась и рассмеялась. Не от злости. От невероятного контраста между его словами и реальностью. Он — с прожитыми годами на лице, с вечными жалобами на боль в суставах, с его предсказуемым миром, состоящим из офиса, дивана и телевизора по выходным, — всерьёз рассуждал о наследниках с тридцатилетней «энергичной особой».

— Давайте честно, — начала я, овладев собой. — Вам нужна девушка, которая здорова, следит за модой, разбирается в цифровых технологиях, путешествует для впечатлений, а не для галочки. Та, что ценит искусство и самовыражается. Верно?

Он молча кивнул, всё ещё находясь в ступоре.

— А теперь представьте, каково это — подстраиваться под её ритм. Вместо привычного отдыха на даче осваивать сёрфинг? Интересоваться не курсом валют, а последними трендами в современной музыке, которая для вашего уха — просто шум? Через десятилетие, когда ей будет всего сорок, а вам — далеко за шестьдесят, не чувствовать себя истощённым и не бояться, что она найдёт кого-то другого? Вы готовы к такому ежедневному труду?

В кабинете повисла тишина.

— Я… смогу создать для неё все условия, — пробормотал он, но в его голосе уже не было прежней твёрдости.

— Условия — это лишь начало, — возразила я. — Это пропуск на старт. Но сама гонка потребует всех сил. Скажите, много ли вы знаете мужчин вашего возраста, которые не просто существуют, а горят? Кто способен подарить юной супруге не только счёт в банке, но и ту самую страсть, ради которой она, возможно, согласится на такой союз?

— Это… очень суровая правда, Вероника.

— Это просто правда. Вы же всегда учили просчитывать риски. Вы хотите приобрести красоту и свежесть. А что вы готовы отдать? Свою устоявшуюся жизнь? Душевное спокойствие? Постоянную тревогу? Это невыгодная сделка. Она ведёт к банкротству. Для обеих сторон.

Он развернулся и молча вышел.

Мы, женщины, порой сами культивируем в них эту уверенность, что они — готовый приз, а наша ценность измеряется свежестью кожи. Мы редко задаёмся этим простым, деловым вопросом: «А что на другой чаше весов, помимо капитала? Что вы можете дать такого, чего я не способна достичь самостоятельно?».

Пусть поразмыслит. Возможно, осознает, что вместо охоты за «молодой и энергичной» стоит сначала самому научиться радоваться жизни. Не для наивной девчонки, а для самого себя. И тогда, возможно, он встретит ровесницу, которая оценит не его кошелёк, а живой ум, способность слышать и тёплые руки, умеющие не только подписывать договоры, но и согревать душу.