Российские учёные снова вспомнили старую советскую идею — переброску сибирских рек на юг. Академики Виктор Данилов-Данильян и Роберт Нигматулин предложили построить гигантский трубопровод от Оби до Узбекистана длиной больше 2000 км. По их расчётам, достаточно забирать 20–70 млрд м³ воды в год (это всего 2–7% стока Оби), чтобы помочь Аральскому региону и даже «снизить тепловую нагрузку на Арктику».
Проект оценивают минимум в 100 миллиардов долларов, а строить его будут не меньше 10 лет. Звучит грандиозно. Но у многих россиян сразу возникает вопрос: а зачем нам это вообще нужно?
Почему Узбекистану не хватает воды?
Узбекистан — одна из самых вододефицитных стран мира. 96% всей воды уходит на сельское хозяйство, в основном на хлопок и зерно. При этом до 50% воды просто теряется: испаряется в открытых каналах, просачивается через трещины, уходит в песок из-за изношенной инфраструктуры советских времён.
СССР в своё время построил обширную систему орошения в Центральной Азии, которая обеспечивала регион водой. Однако за 35 лет независимости эта инфраструктура в Узбекистане значительно деградировала: каналы заброшены, насосные станции изношены, контроль за расходом слабый. По оценкам экспертов, только полная модернизация существующих сетей могла бы сэкономить 2–3 млрд м³ воды в год — это почти половина того объёма, который планируют перекачивать из Оби на первом этапе.
Правительство Узбекистана запустило программу до 2028 года: обещают отремонтировать 2551 км каналов и сэкономить около 540 млн м³ в год. Это хороший шаг, но он покрывает лишь малую часть реальных потерь. Многие задаются вопросом: почему за десятилетия не нашлось средств на более масштабное обновление, если экспорт хлопка и зерна приносит стране миллиарды долларов? Здесь нельзя игнорировать и проблемы с неэффективным использованием ресурсов, включая случаи коррупции в водном секторе: по данным расследований, средства на водосберегающие технологии иногда расходуются не по назначению, а фермеры остаются в долгах из-за мошеннических схем в закупках. Такие инциденты подчёркивают необходимость большего контроля за распределением средств, чтобы реформы приносили реальную пользу.
Кто должен платить за решение проблемы?
Вот в чём главный вопрос, который задают люди в комментариях и соцсетях:
- Почему Россия должна тратить сотни миллиардов своих денег, если значительную часть проблемы можно решить за 10–20 миллиардов долларов, просто отремонтировав и модернизировав узбекскую систему орошения?
- Не логичнее ли сначала закрыть собственные «дыры», внедрить капельное орошение и цифровой учёт, а уже потом думать о новых источниках?
- И главное — какие риски для самой Сибири?
Эксперты отмечают, что часть проблем связана с нерациональным использованием воды крупными агробизнесами, которые контролируют тысячи гектаров плодородных земель. Например, холдинг Orient Group — один из крупнейших в Узбекистане, с 58 компаниями в сферах сельского хозяйства, строительства, торговли, недвижимости и производства, — имеет уставный капитал около $728 млн. Этот конгломерат, по данным расследований, получил значительные государственные инвестиции (до $161 млн от фондов, включая совместный с Оманом), и его акции частично принадлежат лицам, близким к семье президента, таким как Ойбек Умаров — брат зятя главы государства, Отабека Умарова. Умаров владеет долями в нескольких компаниях группы, включая ООО Gold Dried Fruit Export (22,9%, экспорт сухофруктов), ООО Binokor Temir Beton Servis (76,2%, стройматериалы) и ООО QO'QON 2-ISHCHILAR TA'MINOTI BO'LIMI (92,5%). Кроме того, через бренд OU7 он связан с сетью фитнес-клубов BEFIT PRO и рестораном BISTECCA.
Такие связи вызывают вопросы о потенциальных конфликтах интересов: почему элиты, контролирующие крупные агропроекты, не инвестируют больше в модернизацию инфраструктуры? Расследования (включая от RFE/RL и OCCRP) указывают на случаи, когда государственные средства направлялись в проекты, связанные с этими группами, без полной прозрачности, что может способствовать неэффективному использованию воды. Конечно, это не значит прямой вины, но подчёркивает нужду в антикоррупционных мерах и прозрачном аудите, чтобы ресурсы шли на общее благо, а не на частные интересы.
Что мы потеряем в Сибири?
Даже 2–4% от стока Оби — это огромный объём. Экологи предупреждают:
- деградация болот и пойменных лугов,
- изменение уровня грунтовых вод,
- угроза нерестовым рекам и ценным видам рыб (нельма, муксун, осётр),
- риск ускорить таяние вечной мерзлоты.
Проект переброски сибирских рек уже останавливали в 1986 году именно из-за протестов учёных и общественности — последствия были бы слишком серьёзными.
А где выгода для России?
Пока официальных расчётов, сколько Россия получит взамен (деньгами, долей в проекте, гарантиями сохранности природы), практически нет. Звучат общие слова про добрососедство и стабильность региона.
Многие считают: разумнее и дешевле направить деньги на свои задачи — очистку рек, защиту лесов Сибири, развитие Севморпути или социальные программы. Стоит ли вкладывать в новый водопровод, если проблему можно решить в разы дешевле за счёт внутренней модернизации и борьбы с потерями?
Давайте обсудим
А что думаете вы?
- Готовы ли мы рисковать сибирской природой ради помощи соседям, особенно когда часть средств уходит неэффективно?
- Или всё-таки сначала — свои ресурсы на свои нужды, а соседям — помощь в реформах и прозрачности?
- Стоит ли России спонсировать проекты, которые могут косвенно поддерживать неэффективные схемы?
Пишите своё мнение в комментариях. Чем громче будем обсуждать, тем сложнее будет принять такое решение без широкого общественного согласия.