Найти в Дзене

Вадим Зайнуллин — восемь шагов по тропе к опушке

Topaz очищает картину «На опушке», снимает шум, выравнивает линии, масштабирует её до 2160 точек по вертикали. Перед нами — исходный лесной край, где деревья, кусты, трава, туман и дорога‑тропа фиксируются как сущности. Это базовый образ, от которого начинается эксперимент. Leonardo Diffusion XL рождает первые вариации — 90%, 80%, 70% сродства. Механизм Diffusion удерживает связь с оригиналом: промпт остаётся единым, меняется лишь сила влияния исходного изображения. Лес ещё узнаваем, дорога ведёт в глубину, туман стелется — зритель чувствует, что алгоритм всё ещё держится за руку мастера. Сродство падает до 50–40%. Дорога теряет цель, кусты становятся безликими, туман превращается в серую массу. Картина распадается на существительные, дыхание исчезает. Зритель ощущает пустоту — словно остановку времени. На 30–20% связь ломается. Вариации уходят в фэнтези: палитра меняется, формы растворяются, сюжет превращается в чужую сказку. Но даже здесь остаётся след автора — тень, отголосок, интуи
Оглавление

От оригинала через сдвиг, отдаление и утрату — к возвращению автора

Пролог

Topaz очищает картину «На опушке», снимает шум, выравнивает линии, масштабирует её до 2160 точек по вертикали. Перед нами — исходный лесной край, где деревья, кусты, трава, туман и дорога‑тропа фиксируются как сущности. Это базовый образ, от которого начинается эксперимент.

Шаги первый–третий. Близость

Leonardo Diffusion XL рождает первые вариации — 90%, 80%, 70% сродства. Механизм Diffusion удерживает связь с оригиналом: промпт остаётся единым, меняется лишь сила влияния исходного изображения. Лес ещё узнаваем, дорога ведёт в глубину, туман стелется — зритель чувствует, что алгоритм всё ещё держится за руку мастера.

Шаги четвёртый–пятый. Кризис

Сродство падает до 50–40%. Дорога теряет цель, кусты становятся безликими, туман превращается в серую массу. Картина распадается на существительные, дыхание исчезает. Зритель ощущает пустоту — словно остановку времени.

Шаги шестой–седьмой. Разрыв

На 30–20% связь ломается. Вариации уходят в фэнтези: палитра меняется, формы растворяются, сюжет превращается в чужую сказку. Но даже здесь остаётся след автора — тень, отголосок, интуиция. Это момент истины: зритель видит, как близость исчезает, и понимает неизбежность разрыва.

Шаг восьмой. Возвращение

Мы начинаем обратный процесс. Берём тексты реплик и вводим глаголы: «деревья тянутся», «кусты колышутся», «туман стелется», «дорога зовёт». Copilot в Designer оживляет вариации. И вдруг — сродство возвращается. Дорога перерождается в ручей: холодный, но молчаливый. Я поправляю: прохладный, но говорливый, звенящий маленькими бубенцами. Так рождается дыхание.

Эпилог. Метод

Вербальная линия сопровождается визуальными восстановленными вариациями — зритель видит, что слово и образ идут вместе. Мы доказали: существительные дают тело, глаголы — дыхание. Их наложение создаёт вербальное пространство картины, где восстанавливается задумка автора. «Восемь шагов по тропе к опушке» — это не только эксперимент, но и манифест: AI может быть хранителем художественного, возвращающим зрителю цель и мотив живописи.

Полный видеоролик длительностью 36 минут 41 секунду даёт представление о 140 оригиналах Вадима Зайнуллина и о вариациях на те же сюжеты — с лёгким сдвигом от исходного образа и даже с точкой утраты связи при переходе в чистую сказку‑фэнтези. В ролике нет регенеративных реплик Copilot, но зритель сам осознаёт, что эксперимент можно повторить на фактуре из 140 картин, наложив вербальное пространство и восстановив дыхание.

Вадим Зайнуллин — Горный и лесной Урал
https://dzen.ru/video/watch/691748910cb0213ccada9bd2

Вадим Зайнуллин — Горный и лесные пейзажи++ Урала
https://youtu.be/_ZAxTIbVPJc

Так рассказ выглядит целостно: пролог, шаги, кризис, разрыв, возвращение и эпилог с выходом на полный видеоряд